Королевы эпохи рыцарства - Элисон Уэйр Страница 39

16 марта произошла битва при Боробридже. Люди Ланкастера массово дезертировали. Херефорд получил смертельную рану. На ночь противники заключили перемирие, но на другой день, понимая, что сопротивление бесполезно, Ланкастер сдался королю, который был полон решимости отомстить за убийство Пирса Гавестона.

Опозоренного эрла доставили в кандалах в его собственный замок в Понтефракте, где 20 марта он предстал в большом зале перед судом короля и нескольких магнатов, включая Диспенсера Старшего, как мятежник. Ему не позволили выступить в свою защиту, поскольку десять лет назад он не предоставил такой возможности Гавестону. Лорды признали Ланкастера виновным в государственной измене и приговорили к повешению, потрошению и четвертованию как предателя. Принимая во внимание королевское происхождение Ланкастера и по просьбе королевы, его родственницы, монарх заменил приговор на обезглавливание. 22 марта, в разгар снежной бури, дрожащего эрла, одетого в мрачную рясу кающегося грешника и старую потрепанную шляпу, вывезли из замка верхом на муле на холм Святого Фомы, где двумя или тремя ударами неумело отсекли ему голову.

После смерти Ланкастера Эдуард смог править, не встречая сопротивления, и жестоко отомстил всем, кто поддерживал эрла, полностью уничтожив своих врагов. Сто восемнадцать человек, включая Бэдлсмира, были казнены, брошены в тюрьму или изгнаны, а многим другим грозили разорительные штрафы. Папа умолял Эдуарда прекратить тиранию, но он отказался слушать.

Эдуард призвал Изабеллу присоединиться к нему в Понтефракте. О ее преданной поддержке во время восстания и после него свидетельствуют ее письма, адресованные Харкли и папе римскому, в которых королева решительно осуждала действия Ланкастера. Тем не менее она ожидала, что Эдуард пощадит эрла. Казнь потрясла Изабеллу, поскольку Ланкастер приходился ей дядей и был королевских кровей. Изабелла обвинила в его смерти Хью, таким образом тот «заслужил глубокую ненависть всей страны, и особенно королевы»[142]. «Неудивительно, что [королева] недолюбливает Хью, из-за которого погиб ее дядя», – отмечал автор «Жизнеописания Эдуарда Второго».

Изабелла была осведомлена о кровавой расправе, которая происходила в суде, и старалась смягчить ожесточенное сердце короля. Однако монарх не внял ее просьбам о милосердии, а Хью негодовал из-за вмешательства королевы и подстрекал Эдуарда к безжалостной мести. Король передал жене Хью, Элеоноре, имущество, конфискованное у сторонников Ланкастера после Боробриджа; Изабелла, напротив, не получила ничего.

В мае король и королева прибыли в Йорк, где собрался парламент, который должен был отменить ордонансы как подрывающие королевскую власть. «С этого времени власть Диспенсеров начала возрастать, а власть королевы уменьшаться»[143]. Когда Эдуард вознаградил тех, кто его поддерживал, Изабелла снова ничего не получила. 10 мая Диспенсера Старшего провозгласили эрлом Винчестера, что положило начало тирании фаворитов. Отныне они управляли королем, почти не заботясь о законе и справедливости, и держали под контролем государственные дела и королевское покровительство, сами при этом, как многие опасались, не подчиняясь никакому контролю. В результате недавних чисток главные противники Диспенсеров были либо убиты, либо угодили в тюрьму, а среди оставшихся магнатов ни один не оказался достаточно силен, чтобы обуздать власть фаворитов, – даже занедуживший Пембрук. Обиженный на него за призывы к изгнанию Диспенсеров, Эдуард заставил Пембрука поклясться телом, землей и имуществом, что он будет повиноваться королю и не вступит в союз против короны; в результате Пембрук был вынужден раболепно поддерживать новый режим.

Теперь Эдуард «правил страной, [проявляя] большую жестокость и несправедливость, [внимая] советам сэра Хью ле Диспенсера»[144], которого осыпал крупными пожалованиями. Большая часть земель, конфискованных у мятежников, перешла к Диспенсеру, что фактически сделало его единственным правителем Южного Уэльса. Хью начал злоупотреблять щедростью короля, запугивая землевладельцев, заставляя их продавать имущество по заниженным ценам и вымогая деньги с помощью насилия, угроз, мошенничества и хитрых манипуляций с законом. Такими беспринципными методами он создал обширные земельные владения и скопил огромное состояние, которое соперничало даже с богатством Ланкастера, – и все это при полном содействии и благословении короля.

Жестокость Хью распространялась даже на женщин. Он занимался вымогательством и совершал насильственные преступления против вдов и детей казненных сторонников Ланкастера. Он лишил собственности свою свояченицу Елизавету де Клер, вдову д’Амори. Позднее он преследовал вдову Пембрука, подругу королевы, отобрав у нее двадцать тысяч фунтов стерлингов (£ 12,3 миллиона), земли и скот. Он похитил богатую наследницу Елизавету Комин и держал ее в заложницах в течение года, пока она не отписала ему более десяти тысяч фунтов (£ 4,6 миллиона) и два ценных поместья. Он притеснял вдову Ланкастера, возлагая на нее вину за казнь мужа и угрожая в наказание сжечь ее заживо. В ужасе она отказалась от своих земель и уплатила огромный штраф в размере двадцати тысяч фунтов. Другую вдову он подверг пыткам, в результате которых ей сломали руки и ноги, а сама она лишилась рассудка.

О Хью говорили, что «вся страна возненавидела его, и мало кто стал бы скорбеть о его падении»[145]. Люди роптали, что плохой король – это беда, но трое – это уже невыносимо. Роковым последствием тиранического правления Диспенсеров стало постепенное ослабление симпатий к королю.

Диспенсеров возмущало влияние королевы на Эдуарда, пусть даже ослабевающее. Фавориты знали, что Изабелла сыграла важную роль в процессе их изгнания, и, вероятно, видели в ней единственную оставшуюся угрозу своему политическому господству. С июля 1322 года Диспенсеры перестали выплачивать королеве положенную долю доходов. Это было вопиющим оскорблением, но у Изабеллы не осталось никого, кто мог бы за нее заступиться. Королева, вероятно, испытывала страх, ведь жестокость Диспенсеров и их влияние на короля были очевидны.

21 июля Мортимеров судили за государственную измену в Вестминстерском зале и приговорили к конфискации имущества и смертной казни, однако приговор был смягчен до пожизненного заключения в Тауэре.

Поскольку срок перемирия с шотландцами подходил к концу, король объявил о намерении начать новую кампанию против Брюса и приказал собрать войско в Ньюкасле к 22 июля. В июне, как только перемирие завершилось, Брюс снова принялся грабить север Англии. Когда в августе Эдуард наконец вступил в Шотландию в сопровождении своего незаконнорожденного сына Адама, то обнаружил, что земли опустошены. К началу октября королевская армия была деморализована, голодала и страдала от дизентерии, которая, вероятно, и унесла жизнь Адама. У короля не осталось иного выбора, кроме как отступить на юг, чтобы собрать новые войска.

Намереваясь захватить Эдуарда врасплох, Брюс двинулся на юг Англии. Как и в 1312 году, Эдуард распорядился, чтобы Изабелла укрылась в Тайнмутском приорате. Королева находилась там 14 октября, когда короля и Диспенсеров, обосновавшихся в аббатстве Риво, предупредили о быстром приближении шотландцев. Эдуард бежал в Йорк, бросив сокровища,