Таривердиев - Анна Михайловна Ветлугина Страница 5

армяне вовсе не ограничились скромной ролью каменщиков и маляров, как можно было бы предположить. Они образовали целое сословие, называемое «мокалаки», что значит «горожане», но считались при этом горожанами почетными. Их делили на первостепенных и второстепенных. К первостепенным восходят такие фамилии, как Шадиновы, Абесаломовы, Юзбашевы, Харазовы, Тамамшевы, Татоевы, Измировы, Кишмишевы. Но даже и второстепенные часто оказывались зажиточнее многих грузин. Представители мокалаков вошли во все слои общества, включая самый высший. Известно их присутствие при дворе царицы Тамары. Известный венецианский путешественник Марко Поло, посетивший Тбилиси в XIII веке, пишет об огромной армянской общине, живущей среди грузин в почете и уважении. Подобное отношение к армянским переселенцам сложилось еще при Вахтанге I, который был очень заинтересован в том, чтобы удержать мигрантов в своем государстве и, как пишут историки Д. Бакрадзе и И. Бердзенов, «предоставил им разные выгодные и почетные привилегии, впоследствии к ним присоединились новые пришлецы, вызванные царицей Тамарой».

Интересный момент: оставаясь разными народами, грузины и армяне имели очень глубокие взаимопроникающие культурные связи. Например, грузинская династия Багратидов воспринималась армянами как последовательница одноименной армянской династии. Этот факт помогал армянам, переселившимся в Грузию, не чувствовать себя беженцами, а грузины их в этом только поддерживали. В летописи истории Грузии действительно присутствуют армянские династии, правда, в своей грузинской версии. По словам историков Д. Бакрадзе и И. Бердзенова, «всего династий в Грузии было пять: картлосиды, небротиды, аршакиды, сасаниды и багратиды. Из этих династий картлосиды были родом грузины, небротиды и сасаниды – персы, аршакиды – армяне, багратиды – евреи».

Конечно же, жизнь армян в грузинской столице не ограничивалась торговлей, переселенцы и их потомки принимали деятельное участие в самых разных областях, принося пользу приютившей их стране и даже прославляя ее. Из армянской среды вышло немало выдающихся государственных деятелей, представлявших интересы Грузии на международном уровне. История знает имя Гургена Ениколопова (Мирза Гурген Ениколопашвили), служившего дипломатом у царя Ираклия II. Он был полиглотом, по этой причине и получил прозвище «ениколопи», что значит по-грузински «мешок языков». Этот талантливый представитель армянского народа смог улучшить грузино-турецкие отношения, которые в то время вызывали много проблем. За свою дипломатическую победу Гурген удостоился от царя богатых подарков. Его сын Априам пошел по стопам отца и возглавил Министерство иностранных дел при наследнике Ираклия II, царе Георгии XII.

Пример Гургена Ениколопова отнюдь не единичен. Некоторым армянам удалось подняться даже выше. После присоединения Грузии к Российской империи функцию правителя страны стали исполнять гражданские губернаторы. И вот с 1832 по 1838 год гражданским губернатором Грузии и ее фактическим правителем был князь Евсевий Осипович Палавандов (Иесе Палавандишвили). А как написано в Энциклопедическом словаре Брокгауза и «Летописи Грузии» Бориса Эсадзе, «Палавандовы, по преданью, происходят от армян», то есть «являются князьями армянского происхождения».

Если управление целой страной – случай уникальный, то армян-градоначальников или хотя бы имеющих отношение к городской администрации Тбилиси история помнит немало. Как пишет современный исследователь Сергей Мамулов в книге «Армяне в Грузии», «Почетные граждане, состоящие преимущественно из армянских фамилий, представляли большую часть так называемых “меликов”, а также градоначальников – “меликов-мамасахлисов”, держащих в своих руках управление делами всего столичного населения, со Средневековья до середины XVIII века. В 1779 году при царе Теймуразе тифлисским “меликом-мамасахлисом” был определен некто Аветик (Грузинская крестьянская грамота, изд. Пурцеладзе)».

И первым официальным градоначальником Тифлиса в составе России тоже стал армянин Ованес Измирянц, в русском варианте – Иван Измиров (с 1840 по 1843 год). Его правление отличалось неравнодушием к горожанам, к их жизни и внутреннему миру. Измирянца знали как справедливого и неподкупного руководителя, который даже ради всеобщего удобства решился частично ограничить давние привилегии некоторых армянских ремесленных цехов. А ведь среди них были оружейники, чья слава гремела далеко за пределами Кавказа. Например, мастера сабельных и кинжальных дел Элиазаровы первыми в России начали делать клинки из особо прочного булата. Во время испытания подобного оружия отсекали одним ударом голову быка.

Армянские градоначальники старались развивать свой город на всех уровнях. При Язоне Туманянце (Туманов; с 1870 по 1875 год) в Тбилиси появилось городское самоуправление и было открыто Михайловское ремесленное училище. Потом оно переросло во Вторую мужскую гимназию, Нахимовское училище и, наконец, стало средней школой № 25.

Городской голова Александр Матинянц (Матинов; с 1879 по 1891 год) подарил Тифлису мосты и водопровод, построил Городской дом (мэрию), и проложил трамвайные пути. Горожане ценили активного градоначальника и переизбирали его целых четыре раза. Последним градоначальником Тифлиса в истории Российской империи тоже стал армянин Александр Хатисян (Хатисов; с 1909 по 1917 год). При нем город обрел канализацию, асфальтовые мостовые и газовые фонари на улицах.

Армяне вместе с грузинами создавали тот самый, пестрый, яркий и вкусно пахнущий колорит старого Тбилиси. В этом городе ценилось свободолюбие, а неповторимая культура складывалась из мирного и дружелюбного взаимодействия разных народов. Не эта ли терпимость и интеллигентность вкупе с потрясающим жизнелюбием местных гурманов заставляла путешественников XIX столетия называть Тифлис «Парижем Кавказа»?

Пусть со временем многое изменилось, сегодняшний Тбилиси иной и, бесспорно, грузинский, хотя по-прежнему красивый и атмосферный. Но осталась история дружбы, в которой главная площадь грузинской столицы Тависуплебис Моедани (Площадь Свободы) когда-то называлась Ереванской. А некоторые улицы до сих пор носят армянские названия, например, Араратская, Севанская или улица Туманяна.

Также в истории Тбилиси живет армянский театр и армянский пантеон выдающих людей. И конечно же, не смолкает слава выдающихся тбилисских армян. Среди них писатель Ованес Туманян, поэт Саят-Нова, политик Микаэл Лорис-Меликов, революционер Степан Шаумян, шахматист Тигран Петросян, композиторы Арам Хачатурян и – Микаэл Таривердиев.

Глава третья

Родовое гнездо

Микаэл Леонович начинает автобиографию с описания синего тбилисского неба и воздуха: «…кажется, его можно резать ломтями». А потом уже идет сияние лица его матери, научившей сына самому главному – любви.

Детство по-настоящему любимого ребенка – словно удивительный фильтр, магические очки, через которые обычная человеческая жизнь представляется сказочным миром. И очень интересно бывает посмотреть на эту волшебную страну со стороны, как бы объективно, но все же попытаться понять ощущения маленького героя, заглянув в дом, где он вырос. Что создала детская фантазия, а что существовало в реальности?

Старинное строение на улице Павла Ингороквы, 14, бесконечно далеко отстоит от типовой советской застройки. Уже сам двор с широкой лестницей вдоль кирпичных стен, увитых плющом, напоминает скорее туристическую достопримечательность, чем обычное жилище. Ступеньки существуют и сегодня, правда, сильно обветшали, но выглядят не убого, а по-своему аутентично, как и другие неодушевленные свидетели истории, коих в тбилисских дворах немало. А вокруг лениво занимаются своими делами рыжие коты – потомки тех, с кем играл маленький Балик – так звучало детское прозвище Микаэла. Единственного и