Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

Татьяна Михаль

Замуж за монстра, или Любви все чудища покорны

Пролог

- Госпожа Аврора Даль? Это вы?

- Она самая. Что будет угодно господину инспектору? - проговорила вежливо.

Руки на переднике покорно сложила. Глазки - сама невинность. Лёгкая улыбка на губах.

Но мужчину не проняло. Чёрствый сухарь.

- Получите и распишитесь в повестке. Вас вызывает на приём первый министр межмировых миграционных дел.

Он достал из внутреннего кармана пиджака документ, сложенный вдвое. Протянул мне.

Осторожно и за самый край взяла бумажку двумя пальчиками, словно прикасалась к чему-то мерзкому. Хотя, это и есть мерзость. Разве госструктуры радостные новости доставляют? Да ни шиша подобного!

Из другого кармана мужчина вынул свёрнутый в тубус другой документ и ручку- перо. Развернул документ на моём столе, разгладил ладонью бумагу и протянул мне перо со словами:

- В конце списка ваше имя. Распишитесь в получении повестки.

Скривила губы и сказала:

- Погодите, сначала прочту, что здесь...

Развернула документ. Прочла.

С силой стиснула лист в руках и поджала губы, ещё язык прикусила, чтобы ругательства не вырвались наружу. Подняла гневный взгляд на инспектора, но его лицо выражало абсолютный пофигизм.

Снова уткнулась в текст и прочитала всё очень внимательно.

«Уважаемая госпожа Аврора Даль!

Министерство Межмировой Миграции в лице первого министра по делам переселенцев из других миров Оливера Ханса уведомляет вас о вызове в министерство на следующий день после получения повестки в час начала работы МММ.

Причина вызова – беседа о вашем дальнейшем проживании в мире Соуль.

Явка обязательна.

В случае неявки, на следующий день Вас доставят в принудительном порядке.

В личное дело будет занесена соответствующая запись.

С уважением, МММ».

С трудом удержалась от желания мгновенно разорвать белый гербовый лист и швырнуть обрывки в лицо невозмутимого инспектора.

Глава 1

ЛИАМ

- Мило-о-орд! Мне так жаль, но я вас не люблю! - старательно и душераздирающе рыдала моя несостоявшаяся невеста леди Эмилия Касс.

- Какое облегчение, леди, что вы меня не любите, — усмехнулся в ответ.

- Вы жестоки! - сильнее зарыдала леди.

Рыжеволосая девушка стояла на коленях в роскошном белом платье, расшитом жемчугами, кружевами, бантами и напоминала нелепое пирожное. Её волосы цвета закатного солнца были уложены высоко и виртуозно. Причёску леди можно было смело назвать странной вишенкой на взбитых сливках (несомненно, прокисших).

- Поймите, боюсь, я не сделаю вас счастливым! - стонала и выла она сквозь рыдания, заламывала руки.

- Скорее вы боитесь меня, - хмыкнул я и заложив руки за спину, качнулся на пятках.

Хотелось сказать что-то более грубое, но, если честно, было просто лень сотрясать воздух. Всё равно из-за грома своих рыданий, леди меня не услышит.

Вздохнул и взглянул на своего дворецкого. Мой слуга взирал на рыдающую леди с ледяным спокойствием, ни один мускул не дёрнулся на его лице, во взгляде не было ни жалости, ни сочувствия. Подобных невест я и мои слуги повидали предостаточно.

Я уже давно перестал ждать ту единственную, которая согласилась бы вступить со мной в брак, хотя бы из-за моего богатства. Увы, дурная слава обо мне, приправленная самыми идиотскими ужасами, шла впереди меня. Юные, прекрасные девушки готовы были выбрать нищету и позор, нежели жить в сытости, достатке, но со мной под одной крышей.

Леди Касс подрагивающими пальчиками вытерла покрасневшие глаза, опухший нос и протянула ко мне руки в белых перчатках, словно собралась вознести молитву.

Она провыла жалобно:

- Я другого люблю! Будьте милосердны, не губите меня! Отпустите!

Я сделал шаг назад. Не хотелось, чтобы это слезливо-сопливое существо прикоснулось к моему новому костюму. Портной старался, из сил выбился, чтобы угодить мне и создать шедевр. Негоже, чтобы «невеста» испортила своими жидкостями великолепную ткань. Один жилет из шатуша чего стоит.

- Я вас и не держу, - произнёс равнодушно и кивнул ей на дверь. - Напомню, вы сами ко мне приехали, леди. Я вас насильно замуж не звал.

Леди, очевидно, надоело сидеть на коленях, изображая жертву. Она резво вскочила на ноги, некрасиво приподняла верхнюю губу, отчего стала напоминать крыску, топнула ножкой и истерично выпалила:

- Мои братья за меня решили мою судьбу! Это они написали вам! Они устроили этот кошмар! А я не хочу за вас замуж! Не хочу! Вы... Вы... Вы мне отвратительны!

Вот оно. Каждый раз одно и то же.

Пожал плечами и сказал:

- Вы тоже не блещете красотой, леди. Особенно, когда устраиваете истерику.

Она открыла рот и едва не задохнулась от возмущения. Я не позволил ей вставить и слова.

Сказал зловещим тоном:

- Даю вам сутки, чтобы покинуть моё поместье, леди Касс. По истечении этого времени я выпущу зверя. Знаете, он так сильно любит лакомиться капризными и громкими девушками, такими, как вы. Вы ему идеально подходите.

Вдобавок одарил девушку своим самым злым оскалом из своего арсенала, отчего леди передёрнула плечами, затем приложила ручку ко лбу и свалилась в обморок. Точнее, это была имитация обморока. Так сказать, выгодный и принятый в высшем обществе приём «терять сознание», когда нечего сказать в ответ.

Одно не предусмотрела леди. Ловить её никто не собирался. Ни дворецкий, ни я даже не дёрнулись, чтобы подхватить Эмилию. Леди Касс не ожидала подобного. Очевидно, она привыкла, что на её обмороки тут же находится три-четыре пары мужских рук, готовых поймать прелестницу, прижать к сильной груди и утешить. Я - другой случай.

- Леди, вы крайне неуклюжи. Неужели вас плохо обучили манерам? - нахально

произнёс, даже не думая подходить к стонущей Эмилии.

Она приподнялась на локтях и, глядя на меня снизу вверх обиженным взглядом, зло прошипела:

- Вы — монстр! Чудовище! Вас никто и никогда не полюбит! Так и помрёте злым, страшным и одиноким! И никто не придёт на ваши похороны!

Я коротко рассмеялся и спросил своего дворецкого:

- Сэм, если я сдохну раньше тебя, явишься на мои похороны?

Сэмюэл кивнул и ответил:

- Милорд, можете не сомневаться. На ваши похороны обязательно приду. Более того, даже всё организую.

- Ну вот, а вы говорите... - хмыкнул я.

Леди поднялась на ноги. Оттряхнула и поправила нелепое, совершенно немодное свадебное платье и произнесла:

- Вы оскорбили мои чувства, милорд. Вы напугали меня. Я требую, чтобы вы оплатили мне дорогу из вашего