Тень Лисы, след Волка - Елена Геннадьевна Бабинцева

Елена Бабинцева

Тень Лисы, след Волка

«Осень уже пришла!» –

Шепнул мне на ухо ветер,

Подкравшись к подушке моей.

– БАСЁ

Я не любила самолёты. Не потому что боялась упасть. Просто не любила. Не вызывали доверия, наверное. Странно было садиться в самолёт и понимать, что предстоит почти десятичасовой перелёт. Ещё более странным мне показалось, что у меня в Японии оказались родственники. Да–да… откуда у простой девушки, тем более сироты, могут быть родственники в Японии?

Ну да ладно. Перелёт будет долгий. Я успею всё рассказать.

Итак, начнём с самого начала.

Меня зовут Лена. Я сирота. Мать от меня отказалась сразу после рождения. Отца я никогда не знала. Жила в приюте. Потом ходила в школу. Поступила в училище. Закончила его с профессией штукатур–маляр. Работала на стройках домов. Частных и многоэтажек. Бывали шабашки. В общем, я не жаловалась на жизнь. Такую профессию я выбрала сама, прекрасно понимая, что от какого–нибудь юриста или менеджера будет меньше пользы. Я предпочитала практичность и действенность. Меня не пугала работа. Я могла пахать наравне с мужчинами у нас в бригаде. Опять же, опыт. Всё в дело.

Моя тихая и спокойная жизнь меня устраивала. Я была довольна. Раз в месяц получать зарплату, радовать себя какими–нибудь мелочами, типа нового лифчика или новых туфель.

Мне нравилось читать. Я с упоением читала всё, что попадало под руку. И не важно, какой жанр был передо мной. Я впитывала знания, как губка.

И, видимо, в силу моей чрезмерной начитанности, мне было очень трудно заводить знакомства. Особенно с мужчинами. Я была в их глазах слишком… умной. Или занудной. Или… не знаю. Причины всегда разные. Но все они сводились к одному и тому же. Я была не в их вкусе. «Дело не в тебе, детка…» – ага–ага. Охотно верим. В свои двадцать восемь лет отсутствие в жизни партнёра нисколько меня не волновало. Будто это было настолько второстепенно и не важно. Животных в квартире у меня тоже не было. Не потому что я не хотела, а потому, что очень часто я работала допоздна. Я не могла себе позволить мучить бедное животное. Это ведь не игрушка. Ему и внимание нужно, и ласка, и правильный уход. Нет уж…

Вот так я и жила себе. Всё было хорошо и спокойно. Пока в дверь не постучали.

Это был выходной день. Я сидела дома и с упоением дочитывала книгу, которую не дочитала вчера вечером. Немного удивившись, я пошла открывать. Заглянув в глазок, я увидела почтальона. Странно. Но тем не менее дверь я открыла. Молодой человек приветливо улыбнулся, потом представился, отдал мне коробку и попросил за неё расписаться.

– Это точно мне? – уточнила я, неуверенно держа коробку в руках.

– Елена Громова? Дом 3, квартира 46? Всё верно. Это вам.

Я лишь пожала плечами и закрыла дверь.

Странная коробка была не очень большой. Помещалась на двух ладонях. Формата альбомного листа…

Я прошла в комнату и решительно взялась за распаковку. Я точно ничего не заказывала. Тогда что это может быть? Ещё и курьер доставил! Нет, точно ошиблись.

Коробку я вскрыла аккуратно, думая, что, возможно, придётся её возвращать. Итак, на дне лежал жёлтый конверт, плотно набитый бумагой, потом свёрток с какими–то документами, и простой мобильный телефон в пузырчатой упаковке.

Я села на диван, глупо глядя на содержимое. Это что, шутка?

Телефон тут же зазвонил. Я даже немного вздрогнула. Взяв аппарат в руки, я осторожно приблизила трубку к себе. Номер незнакомый. Явно не местный. Нажав кнопку ответа, я несмело сказала:

– Алло?

– Елена Громова?

– Да…

– Прошу прощения, что доставляем вам неудобства таким вот образом. Я нотариус и поверенный вашей покойной бабушки. Меня зовут Мамору Ичибана.

Я поперхнулась. Чего? Как?

– Простите…

– Вы не ослышались, – собеседник на той стороне линии был абсолютно спокоен. – Я звоню вам из Осаки. Это в Японии. Ваша бабушка очень хорошо говорила по–русски. И научила меня. Я должен вам сообщить очень печальную весть – ваша бабушка скончалась вчера вечером. Я подготовил для вас необходимые документы, чтобы вы могли выехать в Японию как можно скорее для оформления наследства.

– Наследства… – у меня уже не осталось сил удивляться. – Но почему она раньше не объявилась?

– К сожалению, я не могу этого знать.

– Но я не могу ехать сейчас… моя работа…

– Я позвонил вашему начальству и сообщил, что вы ненадолго берёте отпуск для того, чтобы присутствовать на похоронах родственницы. Не беспокойтесь.

– Но это ведь дорого… перелёт в Японию…

– Не тревожьтесь. Билет и паспорт лежат на дне посылки. Там же есть некоторая сумма денег на первое время.

Я замолчала. Я вообще не понимала, что происходит. Происходящее казалось странным и выдуманным кем–то сном. Бабушка в Японии? Что за бред! Да я за японку сойду разве что в тёмном переулке! И то, если особо не присматриваться.

– Елена–сан? – мой собеседник был слегка обескуражен моим молчанием. – Понимаю ваше замешательство. Но мне нужен ваш ответ сейчас.

Я посмотрела на коробку, потом обвела взглядом свою квартиру. Если верить этому типу на слово, то у меня где–то там есть… была бабушка. И она оставила наследство. И это может быть что угодно! Но если меня нашли здесь ради наследства, значит, это может быть приличная денежная сумма! И в конце концов, я ничего не теряю, если полечу в Японию. Билет есть, паспорт и приглашение оформлены, деньги даже дали.

– Хорошо. Я согласна.

– Очень рад это слышать, – мой собеседник был явно обрадован моим решением. – Тогда не задерживайтесь. Ваш рейс сегодня поздно ночью. У вас есть время собраться. Как только вы будете в Японии, вас встретят в аэропорту Токио. Сопровождающий доставит вас в Осаку для дальнейшего подписания документов.

– Спасибо… – прохрипела я в трубку.

– С нетерпением жду нашей встречи. Всего вам доброго.

В трубке послышались короткие гудки, и я отключилась. Коробка была осторожно перенесена на стол и тщательно изучена. Этот тип не врал. Мой паспорт, приглашение посетить Японию и значительная сумма денег. Интересно, что же такого мне оставила моя покойная родственница? А она моя бабушка по папе или маме? Надо было спросить…

Как бы то ни было, я стала собираться в дорогу. Япония была для меня некой мечтой. Я хотела её посетить, но всегда думала, что как–нибудь в другой раз. И вот он,