Реванш отвергнутой герцогини драконов - Марина Павельева

Марина Павельева

Реванш отвергнутой герцогини драконов

Глава 1. Когда-то всё случается в жизни впервые

С такими щенячьими глазами полными тоски нельзя, невозможно говорить те вещи, которые он сейчас произносит:

- Ты продажная тварь! Ты обманула меня, обвела вокруг пальца. А я как последний идиот поверил, что ты меня действительно любишь. По-настоящему. Ведь ты была моей истинной. А недавно выяснилось, что это всего лишь искусная подделка, махинация, которую вы провернули вместе с подлецом Олеаром. Тот еще родственничек оказался. Но ты-то! Ты!

Почему молодой симпатичный мужчина в черном странного покроя костюме, на лацкане которого красуется золотая булавка с головой дракона, говорит всё это, выстреливая словами будто из ружья в лицо Кате, она не понимала. Как и не знала говорившего. Ни разу не видела. Нигде. Точно. А память у нее как у художницы отменная. Однако тот определенно девушку знал. И судя по сказанному довольно близко.

- Что пялишься, как овцебык на за̉мок? Не надо строить из себя обиженную сиротку. И не делай вид, что грохнулась в обморок. Меня теперь не проведешь. Вставай, собирай пожитки и уходи из нашего... – тут он поперхнулся, тряхнул темными не коротко стрижеными волнистыми волосами, и мигом исправился. – Из моего… из моего дома. Хорошо, что забеременеть от меня не успела. Вовремя мне Кимерия правду о тебе рассказала. Так что не удивляйся, что я с тобой развожусь.

А Катя по-прежнему не понимала, что происходит. Муж? Какой муж? Этот мужик ее муж? С какого перепоя? Со своим бывшим Петечкой она развелась полгода назад, когда уяснила, что «непризнанный гений» (а он тоже как бы художник) всего лишь лентяй и нахлебник, ласкою взгромоздившийся ей на шею и свесивший оттуда ножки, за которые стянуть эту сволочь оказалось довольно сложно. Несколько судов, раздел совместно нажитого имущества, полностью заработанного Катей – ужас ужасный.

Так что выходить снова замуж – тот еще квест, к которому Катя пока не готова. А тут вот этот сюрприз. Прикольно. Получается, она, сама не зная как, и явно в Лас-Вегас из Питера не летала, оказалась женой мудака, чуть не плачущего (кстати, почему?), но настырно ее выгоняющего. Судя по словам, за какую-то махинацию. Интересно, какую? И не забеременела, что радует. Значит, свободна, как птичка в полете.

Ой!

А какого черта она вообще тут делает, сидя на пушистом ковре, застилающем деревянный пол спальни? Последние воспоминания перед этим были совершенно другими…

- Я надеюсь, Катрин, тебе не надо во второй раз объяснять, что наше дальнейшее совместное проживание невозможно? Сегодня утром я подал прошение о разводе и император принял его на рассмотрение. Так что недели через две расторжение нашего брака будет оформлено официально, - вещал мужик с влажными карими глазами.

- Какая замечательная новость, - неожиданно для «мужа» выдала Катя, обрадовавшись, что хоть здесь (а где это? – сознание хаотично пыталось найти ответ и не находило) развод пройдет безболезненно.

Мужик ей пофигу. Даже такой приятной наружности. А имущество? Черт с ним. Катя, оглядываясь вокруг, скептически подумала, что вряд ли из своих кровно заработанных что-то вложила вот в это убожество. Современностью, дизайнерским интерьером в стиле лофт или ар-деко, на худой конец хюгге, даже не пахло. Разве что ретро 60-х, да и то с большой натяжкой. Скорее всего, век девятнадцатый. Середина. Светильник на столике перед кроватью с балдахином напоминал газовый.

- Ты из этой халупы меня выставляешь? – спросила Катя, презрительно скривив губы, и встала, решив, что разговаривать снизу вверх совсем неудобно. С удивлением отметила, что и сама была одета в платье того времени, ощутив тугой корсет и зашуршав пышкой юбкой бирюзового цвета. – Не велика потеря, - удовлетворенно хмыкнула, увидев, как у «мужа» округлились глаза и поползли вверх брови.

- Тебе же так нравился наш дворец… - начал было он, затем замолчал, вспомнив что-то, и нахмурился. – Ах да, ты же просто притворялась, чтобы втереться ко мне в доверие и женить меня на себе, чтоб стать герцогиней Валлеор. Так вот, - прищурился. – Ничего при разводе тебе не достанется. Ваш заговор вскрыт. А двоюродному братцу от меня большой и пламенный привет, - внезапно сверкнул вертикальным зрачком рептилии.

Теперь уже удивилась Катя. Куда это она попала? Что за сюрреализм? Ладно бы с горем пополам ее занесло в прошлое. К людям. А мужик и не мужик получается? Жесть.

Змей? Наг? Змей Горыныч? Или кто? Ну, не дракон же. Их ведь не существует. Впрочем, в ее сне (иначе не объяснишь) всё может быть. Пусть будет дракон.

- Непременно передам, - с усмешкой заявила Катя. – А кто он, этот Олеар? – уточнила, потому что хотелось больше подробностей. – Братец мой или твой?

- Чтоооо? – вылупился «муж». – Катрин! Это уже совсем ни в какие ворота! Хватит притворяться, что ты ни при чем. Кимерия доказательства, заметь неопровержимые, твоего с ним сговора мне предоставила, так что сомнений на твой счет у меня не осталось. Даю час на сборы и отправляйся в свое старое имение. И благодари, что не в тюрьму, - решительно отвернулся и, хлопнув дверью, выбежал из спальни.

«Ну-ну, - подумала Катя. – Предоставила. Кимерия. Судя по имени змея подколодная. Хорошо бы разобраться, что за доказательства и что за сговор. Как-то всё странно. И хорошо бы узнать, как я тут очутилась, если это не сон». Остановившись на сне, думать дальше не хотелось. Ведь если это не так, то… она неизвестно по какой причине перенеслась в другой мир! И как теперь вернуться обратно, в свою квартиру в Питере, а не в усадьбу черт знает где? А если остаться тут жить, то… привыкать?

Не имей стойкого характера, который всегда выручал в запутанных ситуациях и сделал из неё довольно известного артера книжных обложек, пока Петечка творил свой единственный шедевр, Катя сейчас бы плюхнулась на кровать и заревела. Только, как известно, слезами горю не поможешь. Отсюда и привычка – сесть, успокоиться, составить план на ближайшее будущее и действовать согласно плану.

Катя так и сделала. Поискала глазами стул и обнаружила его стоящим около столика с небольшим круглым зеркалом. Подошла и… Офигеть! Себя не узнала. Хотя в отражении определенно была она. Вот платье бирюзовое, вот молоденькая светловолосая девушка с