Измена. Под защитой врага - Аида Янг

Аида Янг

Измена. Под защитой врага

Глава 1

— Это правда, Лейла. Я женился.

Я даже не сразу поняла. Сидела на диване, держала в руках чашку с остывшим чаем, и пыталась уловить смысл сказанного.

Он стоял напротив — спокойный, как будто говорит о погоде.

Муж. Мой муж.

— Что ты сказал?

— Всё, что ты услышала. Я женился.

— На ком?

Он отвёл взгляд.

— На дочери Мурада.

Я рассмеялась — истерично, коротко, будто воздух вырвался из груди.

— Мурада? Того самого, с кем вы враждуете двадцать лет?

— Всё меняется, — спокойно сказал он. — Это выгодно всем.

Я встала.

— Выгодно? А я где в этой сделке?

— Ты остаёшься в доме. Как мать моих детей. Никто не тронет тебя, Лейла.

Он сказал это таким тоном, будто делает мне одолжение. Как будто я — часть имущества, о которой просто нужно позаботиться.

— А любовь? — спросила я. — Или это слово теперь тоже невыгодно?

— Не начинай. Ты взрослая женщина, всё понимаешь. Это политика.

Я шагнула к нему ближе.

— Политика? Ты разрушил семью, чтобы получить власть?

Он пожал плечами.

— Так живут все.

В тот момент я поняла, что между нами — всё. Никаких «мы» больше не существует.

Есть он — человек, который выбрал власть.

И я — которая стала сопутствующим ущербом, побочным эффектом.

Он ушёл, хлопнув дверью. А я осталась в тишине.

Потом пошли звонки. Сначала шепот от соседей, потом прямые слова:

«Слышала? Он женился на дочери Мурада. Теперь кланы объединятся.»

«А Лейла? Ну что Лейла… потерпит.»

Я выключила телефон, но слова всё равно звенели в голове. Позор. Предательство. Унизили при всех.

Я не плакала. Просто села на пол и смотрела на ковер. Страх пришёл позже — когда поняла, что теперь я чужая даже в своём доме.

К вечеру приехал брат.

— Собирай вещи, Лейла. Уедешь к нам.

— Не могу. Дети здесь.

— Дети его. Он сделает всё, чтобы ты бросила их. Оно тебе надо?

— Я не оставлю их.

Он вздохнул, провёл рукой по лицу.

— Тогда хотя бы не выходи из дома. Сегодня у него пир у Мурада, будут отмечать свадьбу.

Я отвернулась к окну. Слышала, как за стеной играла музыка, как смеялись люди.

И где-то там — мой муж. Танцует, поднимает бокал за «новый союз».

А у меня внутри всё горело. Не ревностью — пустотой. Как будто вынули сердце и оставили дыру.

Ночью кто-то заколотил в ворота. Слуга прибежал бледный, задыхаясь:

— Хозяина… нашли. На дороге. В крови.

Я выбежала босиком, не чувствуя ни холода, ни страха. Его привезли в багажнике старой машины. Лицо разбито, рубаха залита кровью. Живой, но еле дышит.

Я упала на колени.

— Кто это сделал? Кто⁈

Ответа не было. Только тихий стон и запах крови, от которого мутило.

К утру дом заполнился людьми. Родня, охрана, женщины с криками, мужчины с оружием.

Все говорили одновременно:

«Это покушение!»

«Мурад отомстит!»

«Началась война!»

Я стояла в углу и не понимала, что теперь со мной. Жена ли я? Вдова? Или просто свидетель чужих игр?

Один из мужчин подошёл ближе, глядя прямо.

— Руслан уже знает. Сказал, что возьмёт под защиту всех женщин дома.

Я подняла глаза. Руслан.

Имя, которое раньше означало «враг».

И вдруг — защита?

Когда в ворота въехали чёрные машины, я почувствовала, как внутри всё похолодело.

Руслан вышел из первой. Высокий, в чёрной куртке, с лицом, на котором не было ни злости, ни жалости. Просто спокойствие. Такое, каким прикрываются те, кто привык решать судьбы людей.

Он подошёл ко мне, остановился на расстоянии шага.

— Ты Лейла?

— Да.

— Тебе лучше не оставаться здесь.

— Почему?

— Потому что твой дом теперь поле боя.

— И что, по-твоему, я должна сделать?

— Ехать со мной. Под мою защиту.

Я усмехнулась сквозь слёзы.

— К врагу? После всего?

— К тому, кто жив.

Он сказал это тихо, но в голосе прозвучало что-то, от чего стало страшно.

Не угроза — уверенность. Будто всё уже решено.

Когда его люди забрали раненого мужа в больницу, я стояла у ворот и смотрела, как уезжают машины. Мир вокруг рушился. Мой дом, моя семья, всё, во что я верила.

И где-то внутри мелькнула мысль: «А может, враг — единственный, кто теперь скажет правду?»

Глава 2

День был серым, как пепел. Во дворе пахло гарью — ночью кто-то поджёг склад за домом. Женщины плакали, мужчины спорили, у кого хватит права командовать.

Я сидела на кухне, в старом халате, и не чувствовала ничего. Чай остыл, как всё вокруг.

Руки дрожали, но внутри — пустота.

Слуга подошёл тихо, почти шёпотом:

— Лейла-ханум, к вам пришёл человек.

— Кто?

— Руслан.

Имя будто ударило. Я подняла глаза и увидела его в дверях.

Без охраны, без улыбки. Просто стоит. Тот самый, о ком в нашем доме всегда говорили шёпотом, с ненавистью.

Я не встала. Только сказала:

— Проходи, если не боишься запачкаться. Здесь всё в грязи — и стены, и люди.

Он прошёл, остановился у стола. На нём лежали фотографии мужа в больнице — кто-то прислал утром. Трубки, бинты, лицо безжизненное.

Руслан глянул на снимки, потом на меня.

— Живой. Но ненадолго.

— Это угроза?

— Констатация.

Он говорил спокойно, будто обсуждал погоду. В его голосе не было ни злости, ни жалости. Только уверенность — как у тех, кто всегда добивается своего.

— Зачем ты пришёл? — спросила я.

— Сказать, что тебе и детям небезопасно.

— А тебе до этого есть дело?

— Есть. Пока твой муж жив, ты часть его семьи. А значит, цель.

Я сжала ладони.

— И что ты предлагаешь?

Он посмотрел прямо, не отводя взгляда.

— Ехать со мной.

— К тебе? — я усмехнулась. — В дом врага?

— Под защиту.

— Это одно и то же.

Он медленно обошёл стол и встал ближе. Я почувствовала запах его парфюма — сухой, резкий, с горчинкой.

Не запах, а предупреждение.

— Тебе не из чего выбирать, — сказал он.

— Это звучит как приказ.

— Это совет.

— А если я откажусь?

— Не успеешь.

Он говорил тихо, спокойно. Но в этой тишине чувствовалась сила, к которой не привыкла.

Не грубая, не крикливая — тяжёлая, как камень.

Я посмотрела ему в глаза.

— Зачем тебе я?

— Не ты. Символ. Пока ты под моей защитой, на тебя не посмеют напасть.

— А люди? Они скажут, что я перешла к тебе.