Трофей темного генерала - Лина Лазурина

Трофей темного генерала

Глава 1

Лунный свет просочился сквозь густую крону леса и незатейливыми бликами отпечатался на узкой дорожке. Ночь всегда нравилась мне своей умиротворяющей тишиной и тягучей неспешностью времени. Но не сегодня. Сегодня кто-то посмел нарушить границу леса.

Моего леса!

Я зевнула, накинула шаль на голову и шепнула скрытное заклинание. Настроение было, прямо скажем, убивательное.

Прохладный ночной воздух стер остатки сонливости, я передернула плечами и вскинула голову к небу. Там, на темном бархатном полотне, среди россыпи звезд зависла луна. Полная, яркая…красная как кровь.

Долго искать нарушителей моего покоя не пришлось.

— Ну же, давай! Я приказываю! — дочь местного старосты подтолкнула тощую сутулую девицу к небольшому кривоватому кругу из соли. — Ты обещала!

— Не хочу, — всхлипнула та, с благоговейным ужасом взглянула на собственное запястье и отрицательно замотала головой. — Я бою-ю-юсь…

С местным населением у меня сложись вполне приемлемые отношения: они меня боялись и обходили десятой дорогой, чем сильно облегчали жизнь. Лишь староста и его прихвостни, хорошенько вооружившись и хлебнув отвара для смелости, несколько раз в год заглядывали на огонек. Проверить, не обратилась ли я в ужасное чудовище из-за злоупотребления черной магией. Ну что тут скажешь? Дилетанты.

В общем-то, именно поэтому я сейчас прибывала в некотором смятении. Великовозрастные девицы не только не испугались гнева страшной ведьмы-отшельницы…они собирались провести на моей земле ритуал!

От чужой наглости даже во рту пересохло.

— Тише! — шикнула третья девица. — Ведьму разбудите. Если она прознает, чем мы тута занимаемся, то беды не миновать. Будем до конца жизни ходить с кривыми лицами или пуще того лысыми.

Отличная идея, кстати…

— Давайте вернемся, пожалуйста, — взмолилась тощая и тоненько взвизгнула, когда дочь старосты схватила ее за руку…Блеснуло тонкое лезвие, алые капли упали на землю.

— Где я тебе еще нетронутую девицу возьму? — огрызнулась она и шагнула в круг. — Хватит ныть, трусихи! Повторяйте за мной. Милый мой, суженый, приди…

Вот так из бессмысленного и вполне безобидного ритуал мгновенно превратился в черный. Любая жертва, будь то крошка хлеба, прядь волос или кровь должны быть отданы добровольно. Что ж, пора заканчивать этот балаган. Я отмерла и вскинула правую руку к небу, призывая стихию.

Старые стволы заунывно заскрипели, ветер промчался по поляне, хлестнул наотмашь по девичьим лицам, рванул платки и косы. Сухая листва закружилась вихрем и объяла поляну плотным кольцом. Чужой неподдельный страх и визги приятной музыкой отозвались в моем скучающем сердце. Старостина дочь первой рванула наутек. А гонору-то было.

Я нахмурилась, разглядывая следы человечной глупости, и шаркнула ботинком по земле, разрушая целостность круга. Откуда они узнали обо всех тонкостях? Соль, кровь девственницы, красное полнолуние… Надеюсь, страх надолго отобьет у глупых детишек желание участвовать в подобном.

Всю дорогу до дома я размышляла о том, стоит ли полагаться на чужое благоразумие. Или все же наслать на нарушительниц легкое проклятье? Исключительно в воспитательных целях. Чесотку, например. В конце концов, не такое уж я чудовище!

Староста рано или поздно поймет, что это моих рук дело и явится на разговор. Вряд ли ему понравится рассказ о губительных наклонностях ненаглядной доченьки, но лучше пусть узнает об этом от меня. Пока еще не слишком поздно, и пока черная магия не запятнала детскую душу.

Под ногой протяжно скрипнули ветхие доски крыльца, выдирая меня из собственных мыслей. Звук этот мерзким клекотом разлетелся в мертвой тишине леса… Почему так тихо?

Я порывисто обернулась, всматриваясь в кромешную тьму, разбавленную светом луны, и ощутила, как на землю опускается тяжелое одеяло чужой магии… Плотное, давящее, густое как застывший мед…

Пространство, аккурат у крыльца моего разваливающегося домика, пошло рябью, вспыхнуло алым и разошлось, будто вспоротое самым острым в мире мечом. Из образовавшейся воронки хлынула тьма, поползла по земле, оставляя на своем пути маслянистые черные кляксы.

Все случилось так быстро, что я даже моргнуть не успела, сердце лишь раз ударилось о ребра. Я сглотнула сухим горлом и шарахнулась назад, запнулась о проклятую ступень и грохнулась на колени. Страшная ведьма во мне в один миг превратилась всего лишь в испуганную молодую магичку, скрывающуюся от правосудия в чертовой глуши.

Я вцепилась пальцами в перила и попыталась подтянуть непослушное тело вверх, но разлившаяся вокруг тьма была такой густой и жгучей, что даже вдохнуть не было сил.

Как меня нашли? Чем я себя выдала? Тысячи вопросов вихрем пронеслись в голосе, заставляя сердце заходиться в бешеном ритме страха. Теперь-то меня точно казнят…

Позади раздался глухой звук, и давление магии исчезло. Я судорожно вздохнула, закашлялась неловко и обернулась, лелея в душе надежду, что новоявленный портал мне всего лишь привиделся, а дорогие гости явились не по мою душу.

Что ж, в чем-то мои надежды действительно оправдались…На выжженном тьмой куске земли лежал мужчина. Один. Голый по пояс. И, кажется, немного мертвый…

Я обвела взглядом окружающее нас пространство, облизала пересохшие губы и медленно поднялась на ноги. Что-то это не похоже на отряд королевских гончих.

Шаг, другой, еще немного…Я застыла над распростертым передо мной телом и забыла, как дышать. Даже в таком неприглядном положении мужчина выглядел внушительным и нагоняющим жути. На мускулистых предплечьях его красовались многочисленные боевые браслеты и руны тьмы, давно въевшиеся в кожу.

Но вишенкой на торте моей надежды оказалась огромная кровоточащая рана прямо в верхней части спины…Подлая такая рана. Будто темного застали врасплох. От центра ее в разные стороны раскинулась паутина почерневших вен. Неужели лортийский яд? Это же целое состояние…А впрочем, ничем другим темного мага не убить.

И что мне со всем этим богатством теперь делать? Неужели нельзя было помереть где-нибудь подальше от моей избы?

Я присела на корточки, протянула руку к кинжалу, закрепленному на его поясе, и завизжала почище тех самых девиц, когда на моем запястье внезапно сомкнулись стальной хваткой мужские пальцы. Темный оторвал голову от земли и впился в меня убийственным взглядом черных глаз. Знакомых глаз…

— Стихийница, — прохрипел он, и от звука его голоса у меня на затылке зашевелились волосы. — Сойдет.

— Что? — помертвевшим голосом спросила я, ощущая разливающийся по телу холод.

Я попыталась отодрать его руку от своего запястья и, поняв всю безуспешность этого мероприятия, решилась на крайние меры. Саданула ногой по ребрам, рядом с