Злодейка. (не) нужная невеста - Maria Sonik

Злодейка. (не) нужная невеста

Глава 1. Умереть, чтобы выжить

Если бы мне кто-то сказал, что моя жизнь закончится в вонючей, мутной воде городского парка, я бы, наверное, громко обиделась. Я планировала что-то более эпичное. Например, чтобы меня сбил кабриолет с голливудским красавчиком за рулем, который в последнюю секунду понял бы, что жить без меня не может. Или, на худой конец, скоротечная, но мучительная болезнь на руках у всего взвода медсестер (да, я любительница драм, и что вы мне сделаете?).

Но нет. Судьба — та еще злобная шутница.

В тот день светило солнце. Обычное майское солнце, которое так и манило выйти на улицу, сделать вид, что ты активный член общества, а не просто задрот, который вышел купить доширак и чипсы. Я, Аня, двадцать три года, хвостик кривой, джинсы с дыркой на колене (не модной, а реальной), шла себе по набережной, попивала «Колу» и листала ленту в телефоне.

И тут я услышала этот звук.

Сначала я подумала, что это кошка орёт. Знаете, бывает такое: «Мя-а-а-ау!» противное и требовательное. Но потом вслушалась. Орали не по-кошачьи. Орали по-человечьи, причем на такой высокой ноте, что у меня заложило уши.

— Помогите! Тоне-о-о-ет!

Я подняла голову. На мостике через парковую речушку (глубиной, кстати, метра три, не больше) металась полная тетка в плаще и тыкала пальцем в воду. Я глянула туда, куда она показывала, и увидела мальца.

Пацан, лет семи на вид, отчаянно молотил руками по воде, выныривая и снова уходя с головой. Он не кричал. Он уже просто барахтался, и было видно, что силы его покидают.

Дальше — как в тумане. Телефон, «Кола» и пакет с чипсами полетели на асфальт. Я, даже не успевшая ни разу в жизни надеть ласты, рванула к воде. В голове билась только одна мысль, глупая, как пробка: «Да тут же мелко, глубина смешная, ну что ты как щенок тонешь, дурачок?!».

Я прыгнула. Тело обожгло холодом (вода в мае еще та еще бодрящая дрянь), но адреналин был сильнее. Я доплыла до пацана за пару гребков, схватила его за шкирку куртки и потащила к берегу. Он кашлял, плевался, но вцепился в меня мёртвой хваткой, чуть не утопив нас обоих окончательно. Я кое-как вытолкала его на отмель, где уже суетилась та самая тетка и подбегали другие зеваки.

— Живой? — прохрипела я, пытаясь отдышаться. Пацан заорал благим матом. Ну, орет — значит, жив, психологическая травма у него теперь на всю жизнь, но главное — дышит.

Я перевела дух и хотела уже вылезти, как вдруг почувствовала, что вода подо мной... закрутилась. Какая-то хрень. Сильный поток. И меня резко потащило вниз, под воду.

— Что за... — только и успела подумать я, прежде чем глотнуть мутной жижи.

Я пыталась выплыть, правда пыталась. Но ноги словно свело судорогой, а руки нащупали что-то скользкое и холодное. То ли коряга, то ли... Да какая, к черту, разница?! Меня засасывало, как в воронку. Перед глазами поплыли круги, в ушах зашумело, и в последней вспышке сознания мелькнула мысль: «Вот же тупая смерть... Глупая, нелепая, и даже никто не запишет видео для ютуба нормально!».

А потом была темнота. Абсолютная, плотная, ватная темнота. Тишина. И чувство, что я лечу в бесконечную пропасть.

Сознание возвращалось кусками. Сначала — звук. Кто-то тихо всхлипывал рядом, шмыгал носом и причитал тоненьким голоском: «О господи, о господи, леди Эвелина, ну пожалуйста-а-а...».

«Кто такая лединахрена?» — вяло подумала я. Веки были чугунными, но я кое-как заставила их приподняться.

И чуть не охренела навечно.

На меня, с широко распахнутыми от ужаса глазами, смотрела девчонка. Лет шестнадцати, в смешном чепчике и сером платье, с лицом, перепачканным слезами. Она сидела на стульчике возле кровати и, увидев, что я открыла глаза, взвизгнула, подпрыгнула и зажала себе рот обеими руками.

— М-м-м? — промычала я. Во рту было сухо, как в пустыне Сахара. Я попыталась приподняться на локтях и тут поняла масштаб трагедии.

Кровать, на которой я лежала, была размером с мою бывшую двушку в хрущевке. Серьезно. Два на два, если не больше. Надо мной нависал балдахин из тяжелой парчи, колонны кровати были резные, из темного дерева, а простыни... Я погладила ткань. Это был шелк. Настоящий, скользкий, дорогой шелк.

— Где я? — спросила я хрипло. Голос был... странным. Не моим. Более низким, что ли.

— Л-леди Эвелина! — залепетала девчонка, падая на колени прямо у кровати. — Слава Создателю, вы очнулись! Я так боялась, так боялась! Доктор сказал, если вы не придете в себя к утру, то... то...

— Стоп-стоп-стоп, — я выставила руку вперед и замерла.

Рука была не моя.

Мои руки, мозолистые после универа и вечного печатания конспектов, были нормальными. А эта... Эта рука была холеной, белой, с длинными тонкими пальцами и идеальным маникюром. На безымянном пальце красовалось кольцо с огромным синим камнем, которое, судя по весу, могло бы служить якорем для небольшой лодки.

Я перевела взгляд на свою грудь (куда ж без этого). Моя скромная вторая единица отсутствовала. Там возвышалось нечто грандиозное, упакованное в кружева ночной рубашки, от вида которой любой модельер «Victoria‘s Secret» удавился бы от зависти.

— Черт, — выдохнула я.

— Что, миледи? — испуганно встрепенулась служанка.

— Я говорю, черт, какая я... аппетитная, — пробормотала я, ощупывая лицо. Нос был точеный, скулы острые, кожа — персиковая. Ни одного прыщика. В голове начало что-то щелкать, и перед глазами поплыли картинки, словно кто-то включил кино на проекторе, но кусками и вразнобой.

Я леди Эвелина Ашфорд. Мне девятнадцать лет. Я сирота, но это не важно, потому что я баснословно богата. Мои родители погибли, оставив мне состояние, которое может прокормить маленькую страну. Я живу в столице, в этом самом особняке. И я... невеста. Невеста кронпринца этого чертова королевства.

— Ни хрена себе старт, — прошептала я, хватая ртом воздух. — Попала так попала.

— Миледи, вам плохо? Позвать доктора? — служанка подползла ближе.

— Подожди, — я прикрыла глаза, пытаясь ухватить ускользающие образы. Бал. Роскошный зал. Толпа разряженных людей. И он. Высокий, красивый до зубного скрежета, с холодными глазами и презрительной усмешкой на губах. Кронпринц. Мой, блин, жених.

Он стоит рядом с какой-то другой девушкой,