Дерзкая для имперца: союзники поневоле - Наталья Нежданова

Дерзкая для имперца: союзники поневоле

Глава 1

— Будешь моей!

В ужасе отшатываюсь от протянутой ко мне руки. Ворвавшийся в дом страшен.

Смотрю на него снизу вверх. Блестящие доспехи забрызганы кровью. Шлем закрывает верхнюю часть лица и я не вижу его глаз. Но и без этого знаю: он — лютый враг и ничего хорошего меня не ждёт.

Я же видела, хоть и издалека, как они бились. Имперцы не щадили наших. Даже в плен не брали.

Родители падают на колени и молят о пощаде. Зачем они так? Всё равно это ничего не изменит.

Грубая рука сжимает моё запястье, словно железный обруч. У меня на поясе нож, но против мускулистой громады в доспехах это просто смешно.

— Будь покорной, Лара! Ты должна выжить! — отчаянно кричит мне вслед мама.

Имперец тащит меня за собой так быстро, что мне чуть ли не бежать приходится. Что же мне делать-то теперь? Что со мной будет?

Да уж понятно чего. Тут такое сплошь и рядом, когда война.

— Это мой трофей! — отрывисто произносит он и толкает меня к повозке с высокими бортами, около которой стоят двое воинов.

Те не такие, как мой похититель. Простые кожаные доспехи почти без металла. На ногах грубо выделанные башмаки. Правда, мечи на поясе у обоих имеются.

Покорно склоняют головы и шагают мне навстречу. Один достаёт верёвку и вяжет мне руки за спиной. Второй вытаскивает подвешенный к моему поясу нож.

Затем они хватают меня и забрасывают в повозку. Словно мешок какой-то. Кое-как изворачиваюсь, чтобы лечь поудобнее. Вот оно, началось…

Если бы я тогда удержалась! Просто перетерпела бы, как уже много раз прежде. Ничего этого не было бы сейчас.

Я попала в эту вселенную два года назад. В тело утонувшей в реке девушки. После того, как наглоталась таблеток в своём родном мире.

Не знаю, где бы я сейчас была. Точнее, подозреваю. Но меня почему-то решили пощадить и дали второй шанс.

Всё пошло с того, что я родилась недоношенной. И к моему первому дню рождения получила страшный диагноз — ДЦП.

Отец тут же слинял в неведомые дали. Хорошо хоть, мамины родители оказались на высоте и не лишили её своей поддержки.

С самого детства я жила в виртуальном мире. Сначала книги и фильмы, потом интернет. Все попытки мамы вытащить меня в реал терпели крах.

Пару раз она даже пыталась устроить меня в обычную школу. Ей шли навстречу, потому что с интеллектом у меня всё было в порядке. Даже более чем. И с речью тоже. Так, слегка запиналась иногда.

Но моё качающееся из стороны в сторону при ходьбе тело и нервные тики быстро делали меня изгоем и объектом для насмешек и жестоких шуток.

Всё заканчивалось долгой тяжёлой болезнью с больницей и антибиотиками. Причём тело выкарабкивалось довольно успешно, а вот лечить душевные раны было гораздо больнее, труднее и дольше.

В итоге я всё больше разрывала связи с реальным вещественным миром, всё глубже соскальзывая в фантазийные пространства несуществующих вселенных.

Пока мне однажды не подарили квадрокоптер с видеокамерой.

Я увидела мир с высоты птичьего полёта и это всё изменило. Я начала выходить из дома и даже ездить в общественном транспорте. Впервые в жизни мне стало всё равно, что подумают обо мне прохожие.

Я стала снимать и монтировать потрясающей красоты видео. Научилась накладывать на них музыку и делать великолепные клипы. Наконец, создала свой канал, на удивление быстро ставший популярным.

Моими творениями восхищались многие. И это потихоньку разрушило так старательно возводимые мною с детства барьеры.

Я принялась много общаться с самыми разными людьми. Переписки, голосовые сообщения. Иногда мне даже признавались в любви.

Я поверила вдруг, что у меня тоже есть право на счастье.

А потом появился он. Обычный парень, он почему-то заинтересовался мной на молодёжном слёте, куда меня направила одна благотворительная организация.

Я думала, что его привлекли мои видео. Но он быстро перешёл к личному общению. Убеждал, что я — очень интересный человек. И со мной гораздо приятнее общаться, чем с тупой массой размалёванных девиц, с которыми и поговорить-то не о чем.

Я слушала его, развесив уши. И мечтала о несбыточном, как о вполне реальном.

Он жил в нашем городе и пригласил меня встретиться в кафе. Мы ели мороженое и увлечённо болтали. Я даже не запиналась нисколько.

Затем он попросил меня прислать фото в купальнике.

Почему бы и нет? — подумала я. И прислала снимок, сделанный моей мамой на пляже.

Он написал, что у меня очень красивая фигура.

Я принялась рассматривать себя в зеркале. Часами. Если бы не болезнь, я действительно могла бы считаться весьма симпатичной.

Моя жизнь превратилась в ожидание его сообщений и звонков. Я даже свои видео почти забросила. Не до них было. Вместо этого просматривала каналы гламурных девушек, прилежно выслушивая советы по уходу за внешностью.

Наконец, я стала писать ему сама. Приглашала в гости, хотела познакомить с мамой.

Он отвечал, что лучше это сделать чуть позже и намекал, что хочет быть со мной вместе. В конце концов я не выдержала и написала ему большое письмо, в котором откровенно сказала о своих чувствах. После этого он исчез.

Если бы он просто занёс меня в чёрный список, я бы всё поняла. Но он вообще перестал заходить в ту соцсеть, где мы общались. А его обычного номера у меня не было.

Тогда я испугалась, что с ним случилось что-нибудь нехорошее. И стала его искать. Из-за моего виртуального существования с самого детства я была почти хакером и смогла выяснить геолокацию мест, где он постоянно бывает.

Одно из них, технический университет, наверняка было местом его учёбы. Туда-то я и решила направиться. Его имя и фамилию я знала.

Вот только до расспросов я так и не дошла. Пока ковыляла к зданию, он вышел оттуда под руку с другой девушкой. Я успела спрятаться за припаркованные машины.

Уже дома я решила расставить все точки над и и взломала один из его аккаунтов. Я обнаружила там своё фото и скрин того письма. Он просто поспорил с приятелем, что раскрутит меня на любовь.

Не знаю, зачем я позвонила ему. Просто сказала, что так нельзя поступать.

Он ответил, что я — конченая идиотка, если