Никак - Юлия Прудько Страница 22

– Это украшение! На Новый год!

– Опять?! – недоуменно удивилось дитя, уже порядком утомленное бесконечными лесными родами елочек и джинглами, которые основательно укачали его за весь этот новогодний all the way.

– Это Китайский, мы не празднуем, – предусмотрительно отметила «А», дабы не спровоцировать в сыне вторую волну интереса к подаркам. – Только украшаем, чтобы удача была в доме. И деньги. Солнышко, Лида тебя ждет, сырники остывают.

Недоверчиво глядя на китайское новогоднее украшение, Владик сполз с кровати и попятился к двери, не отрывая взгляд от объекта внимания.

– А в Китае есть Дед Мороз? – все же решил уточнить он напоследок.

Почувствовав, что запахло жареным – точнее, паленым пластиком какого-нибудь очередного «Лего», – Алиса повторно и куда более настойчиво акцентировала внимание Влада на сырниках, мысленно обещая себе больше никогда не разбрасываться трусами.

После того как сырничковый диссидент был обезврежен, Алиса перешла к процессу сборов, который называла «ломайте ноги когда угодно, но только не зимой». Вопрос «В чем выйти из дома?» для Алисы всегда лежал в области экзистенциального и стоял ребром. А после того как она начала хромать и категорию «джинсы» пришлось полностью исключить из повседневной жизни, дела с самовыражением посредством внешнего вида пошли совсем плохо…

На прошлой неделе Алиса ужинала с Игорем[38] – своим товарищем по нехватке кальция в организме, невольно, но весьма удачно составившим ей компанию в травмпункте. Правда, он уже давно восстановил целостность своих конечностей и баланс кальция в организме, избавился от токсичных отношений с лангеткой и теперь взял шефство над Алисиной немощью.

Когда ты влачишь достаточно жалкое существование, а вместе с ним – собственную правую ногу и костыль, наличие персонального портативного Тони Роббинса под рукой, с одной стороны, оказывается весьма кстати, а с другой – основательно испытывает твое терпение на прочность. Алисино – трещало по швам! Как и вся одежда на ее гипсе… С чего бы ни начинались их с Игорем разговоры, они неизменно сводились к методикам тайм-менеджмента, формирования полезных привычек и самопреодоления. Алиса, кстати, время от времени сомневалась в том, что она является таким уж препятствием для самой себя, чтобы настолько рьяно пытаться саму же себя преодолеть. Но Игорь упорствовал: «Ты можешь», «Все ограничения только в твоей голове», «Для тебя нет ничего невозможного», «Просто встань и иди» – и это только во время ее попыток встать с дивана. Стоит ли говорить, что начиналось, когда речь заходила не о пути до холодильника, а о жизненном и творческом пути!

Однако никуда дальше эта речь не шла… Прошло уже почти два месяца с момента, как Игорь начертал на ее гипсе технику постановки целей по методу SMART. Но сам с целеполаганием, большим, чем невинно-образовательные завтраки и полдники, не спешил. Когда свободное место на Алисином гипсе закончилось, Игорь стал заполнять все пространство ее квартиры, машины и телефона бесконечными табличками, графиками и схемами. Алиса внимательно вглядывалась в них, разбирала на составляющие, пыталась разглядеть среди них тайные смыслы, иносказательные знаки, скрытые признания в любви… Но, как ни вертела Алиса это все – в прямом и переносном смысле, – ничего, кроме шифров продуктивности, в них увидеть не могла.

Не то чтобы Алиса была влюблена… Но сам феноменальный факт того, что Игорь даже ни разу не попытался применить к ней никакие домогательства, кроме коучинговых: «Почему для тебя это важно?» и «Что ты чувствуешь прямо сейчас?», – ее явно обескураживал. Он же наносил непоправимый урон тому, над чем кропотливо трудился сам Игорь, – Алисиной самооценке. «Вот вроде дипломированный специалист, – размышляла Алиса, – а совсем не теми методами пользуется… Хотя, может, дело и не в психологических ориентирах вовсе, а в личной ориентации…»

На фоне вышеупомянутых тренинговых полдников предложение об ужине Алиса расценивала почти как свидание и мысленно готовилась к нему весь день. Но что-то пошло, точнее – в случае Алисы – поковыляло, не так.

За пять минут до назначенного времени выхода из дома Игорь поднялся, чтобы помочь хромой подруге преодолеть препятствия в виде всех дверей, лифтов и собственных проблем с пунктуальностью. И не без удивления обнаружил Алису в пижаме.

– Мне нечего надеть, – траурно приветствовала она с порога долгожданного гостя.

– Какое необычайное происшествие, – утрированно ахнул коуч, – никогда не слышал, чтобы нечто подобное происходило с девушками.

– Ты просто не понимаешь, каково наряжаться в минус 15 даже в обычном, незагипсованном состоянии, – сменила Алиса трагический тон повествования на голос, полный скорби и отчаяния.

– Да кто же тебя просил наряжаться? – праведно возмутился наставник, чуявший попытки манипуляций за версту. – Мы на ужин идем, а не на открытие Каннского фестиваля. Давай полюбопытствуем у профессионалов: Алиса, что надеть Алисе?

Игорь давно сдружился с одноименным ботом, неизменно обитавшим на Алисином комоде. И апеллировал к его мнению независимого эксперта всякий раз, когда Алиса сваливалась с позиции осознанности в тухлое болото своего нытья. То есть весьма регулярно.

Ту-дум: Так и знала, что вы когда-нибудь спросите. Надевайте что угодно, только не все красивое сразу.

– Вот, пожалуйста, Алис, Алиса тоже за приоритизацию – Эйзенхауэр не зря старался, теперь его цитируют даже роботы, – довольно отозвался Игорь.

– Я не знаю такого дизайнера, – угрюмо буркнула Алиса, демонстративно скрестив рукава своей пижамы на груди.

– Дурочка, это не дизайнер! – разразился своим обаятельным гоготом посланник Бога Продуктивности на земле. – Алиса, скажи ей, кто такой Эйзенхауэр!

Ту-дум: По данным русской википедии, Эйзенхауэр Дуайт – американский государственный и военный деятель, генерал армии, 34-й президент США.

– Спасибо, моя цифровая прелесть!

– Я понять не могу, как мне генерал поможет одеться, – продолжала занудствовать Алиса.

– Его авторству принадлежит знаменитейшая схема, которой обязаны своим успехом толпы предпринимателей по всему миру. В мире fashion в том числе, осмелюсь предположить. Эйзенхауэр взял всего два критерия – «срочно» и «важно» – и сложил из них четыре вариации приоритетности. Ты можешь взять любую свою задачу, определить ей место в этой эйзенхауэровской матрице и понять, насколько она приоритетна для тебя.

Алиса заметила, как Игорь маниакально начал перебирать воздух пальцами и обшаривать взглядом пространство на предмет выявления ручки и бумаги:

– Ну уж нет, – продолжала гнуть свою гиперболу вредности Алиса, – объясняй так, на словах.

– Давай сразу покажу на примере твоего гардероба, с него же начали. Только пообещай, что оденешься за пять минут, после того как я тебе все разложу:

1. Есть вещи ВАЖНЫЕ и СРОЧНЫЕ – например, штаны. Глобально очень важно, чтобы мы отправились на ужин не без них, но прямо сейчас, т. е. срочно, учитывая отягчающие