Четыре тысячи недель. Тайм-менеджмент для смертных - Оливер Беркман Страница 42

Социальные сети – это огромный механизм, заставляющий нас тратить время на то, что того не заслуживает, но, кроме того, он заставляет вас тратить на это слишком много времени. Сегодня мы сталкиваемся с нескончаемым потоком насилия и несправедливости, и каждый случай может требовать от нас времени и благотворительных пожертвований. Но в совокупности этих проблем больше, чем может решить один человек. (Хуже всего, что экономика внимания обязывает участников кампаний считать любой кризис, разрешением которого они заняты, делом первостепенной важности. Ни одной современной организации по сбору средств и в голову не пришло бы назвать свое дело четвертым или пятым по важности на общей повестке дня.)

Как только вы поймете, как это работает, вам станет легче сознательно выбирать возможности для благотворительности, активизма и политической деятельности. То есть в ближайшие несколько лет вы будете посвящать свое личное время лоббированию тюремной реформы и программе поддержки местных производителей продуктов питания не потому, что пожары на Амазонке или судьба беженцев менее важны: просто вы будете понимать, что для изменения ситуации вы должны сузить для себя сферу социальной активности.

Отвлекающие факторы цифрового мира так соблазнительны потому, что они, как представляется, дают возможность сбежать в царство, где не действуют неприятные человеческие ограничения. В Сети вы никогда не будете скучать и никто не будет ограничивать вашу свободу действий, чего нельзя сказать о важной работе. Однако с этой проблемой можно бороться. Сделайте свои гаджеты как можно более скучными: удалите приложения социальных сетей и, если отважитесь, даже электронную почту, а затем переключите экран с цветного на черно-белый. (Эту опцию можно найти на iPhone в разделе «Настройки» > «Универсальный доступ» > «Дисплей и размер текста» > «Светофильтры».) «После перехода на черно-белый экран я не стала внезапно другим человеком, но чувствую себя более уверенно, когда пользуюсь телефоном, который теперь больше похож на инструмент, чем на игрушку», – пишет журналистка Нелли Боулз в The New York Times{170}. Кроме того, выбирайте по возможности устройства только с одной функцией, такие как электронная книга Kindle, на которой делать что-либо, кроме чтения, утомительно и неудобно. Если стримы и социальные сети находятся на расстоянии одного клика или свайпа, при первом же приступе скуки или при первой трудности в работе противиться искушению будет невозможно.

С возрастом кажется, что время ускоряется и чем меньше недель нам остается, тем быстрее мы их теряем. Это удручает, но, оказывается, подобные отрицательные эмоции можно притупить или вовсе от них избавиться. Дело в том, что наш мозг кодирует проходящие годы на основе количества информации, которую мы обрабатываем за тот или иной промежуток времени. Детство состоит из множества новых впечатлений, и по воспоминаниям кажется, что оно длилось вечно. Но чем старше мы становимся, тем однообразнее делается жизнь: мы оседаем на одном месте, приобретаем постоянный узкий круг общения и работу – и новизна постепенно исчезает. «Поскольку каждый год превращает часть нашего опыта в автоматическую рутину, которую мы почти не замечаем, – пишет Уильям Джеймс, – дни и недели сглаживаются в воспоминаниях до бессодержательных единиц, а годы становятся пустыми и стираются»{171}.

Стандартный совет, как с этим бороться, – наполнять жизнь новыми впечатлениями. Это действенный способ. Правда, он может усугубить другую проблему – экзистенциальную перегрузку. Более того, это непрактично: если у вас есть работа или дети, рутина в жизни неизбежна, а возможность путешествовать в экзотические страны есть не у всех. Альтернатива, объясняет Шинзен Янг, в том, чтобы уделять больше внимания каждому моменту, каким бы обыденным он ни был: находить новизну не в чем-то радикально ином, а в более глубоком погружении в ту жизнь, которая у вас уже есть. Если проживать жизнь с удвоенной интенсивностью, «ваш жизненный опыт будет вдвое полнее, чем сейчас»{172} – и любой период жизни запомнится как длившийся вдвое дольше. В этом может помочь медитация. Помогают и прогулки без цели, просто чтобы посмотреть, куда вас приведет та или другая дорожка, и поездка на работу новым маршрутом, а также занятия фотографией или наблюдение за птицами, зарисовки природы или ведение дневника, игра в «Я вижу…» с ребенком. Словом, все, что позволяет обратить больше внимания на происходящее здесь и сейчас.

Желание с уверенностью управлять своим временем вызывает многочисленные проблемы в любовных и семейных отношениях. Здесь оно проявляется не только в откровенном контролирующем поведении, но и в боязни брать на себя обязательства, неспособности слушать, скуке и стремлении к такой степени единоличного владения своим временем, что за ней можно упустить обогащающий опыт общения (глава 12). Полезный способ отпустить ситуацию предлагает специалист по дошкольному образованию Том Хобсон, причем этот подход ценен не только при взаимодействии с маленькими детьми. Когда вам становится трудно или скучно, попробуйте сознательно занять позицию любопытного наблюдателя, цель которого не в том, чтобы достичь конкретного результата или доходчиво объяснить свою позицию, а, как выразился Хобсон, «выяснить, что за человек находится рядом с вами»{173}. Любопытство очень удобная позиция для непредсказуемой совместной жизни: нравится вам или не нравится, как ведет себя партнер, ваше любопытство все равно будет удовлетворено. Но, если вы требуете от партнера определенной формы поведения, всякий раз, когда что-то идет не так, как вы хотите, вас ждет разочарование.

Вообще-то можно попробовать относиться так ко всему: этот совет дает нам специалист по самопомощи Сьюзан Джефферс в книге «Бойся… но действуй!»{174}. Когда вы не знаете, что будет дальше, – а так бывает всегда, если речь идет о будущем, – любопытство (интересно, что может произойти дальше?) всегда лучше беспокойства (надеюсь, что дальше произойдет то-то и то-то, и опасаюсь, что этого не будет).

Я явно еще не до конца выработал в себе привычку, рекомендуемую (и практикуемую) гуру медитации Джозефом Голдштейном: всякий раз, когда у вас возникает побуждение совершить щедрый поступок – дать кому-то денег, позвонить другу, написать хвалебное письмо о чьей-то работе, – делайте это сразу, не откладывая на потом. Редко случается, что мы не поддаемся таким порывам потому, что скупимся или сомневаемся, заслуживает ли этого потенциальный получатель. Чаще всего это имеет непосредственное отношение к нашему желанию контролировать время. Мы говорим себе, что вернемся к этому, когда закончим срочную работу или когда у нас будет достаточно свободного времени, чтобы сделать это с умом; или что нужно сначала поискать самый достойный объект для благотворительного пожертвования и т. д. Но важны только те великодушные поступки, которые вы действительно совершаете. И хотя, возможно, вашему коллеге больше понравилась бы красиво сформулированная похвала, чем написанная впопыхах, последнее гораздо лучше, чем если вы отложите письмо до лучших времен: тогда вы, скорее всего, вообще не соберетесь его отослать. Все это требует некоторых исходных усилий, но, как замечает Голдштейн, вы незамедлительно вознаградите их сами, потому что проявления щедрости, безусловно, заставляют чувствовать себя намного счастливее.

«Я говорил нередко, что все человеческие несчастья имеют один корень: неумение спокойно оставаться у себя в комнате»{175}, – писал Блез Паскаль. Если мы хотим правильно распорядиться своими 4000 недель, умение ничего не делать незаменимо. Потому что если вы не можете выносить дискомфорт бездействия, то, скорее всего, распоряжаетесь временем неправильно, так, чтобы просто чувствовать, что действуете. В итоге вы выбираете для себя либо отчаянные попытки поторопить действия, которые ускорить нельзя (глава 10), либо чувство, что вы должны тратить каждое мгновение продуктивно, на служение будущим целям, тем самым откладывая удовлетворение до времен, которые никогда не наступят (глава 8).

Иными словами, пока вы живы, вообще ничего не делать невозможно: вы дышите, ваше тело меняет позы и т. д. Так что учиться ничегонеделанию на самом деле означает сопротивляться желанию манипулировать собственным