Никак - Юлия Прудько Страница 45

– ее стол, стул, комп – ничего более на одном квадратном метре, выделенном под рабочую зону заместителя директора по маркетингу, уместить не удалось;

– стопку документов на подпись, пошедшую по стопам Пизанской башни. С точки зрения сроков подписания, кстати, тоже и по тому же месту;

– онлайн-задачник, в котором более 50 задач ждали немедленного Алисиного исполнения.

– Я крайне рекомендую оперативно отвечать на письма, Владимир Валентинович не выносит задержек с ответами.

Оставшись в одиночестве в эпицентре бурлящего людьми опенспейса, Алиса попыталась как-то настроиться на рабочий лад, то и дело насильственно вздергивая свое настроение хотя бы до минимально оптимистичной засечки. У нее более-менее получалось, когда ее блуждающий взгляд устремлялся в сторону бухгалтерии. После того как благодаря этому упражнению минимальный внутренний баланс был восстановлен, Алиса, памятуя о заветах дружественного бизнес-коуча, приступила к приоритизации. Но что делать, когда главным приоритетом является выявление приоритетов? Ступив на тонкий лед этого замкнутого круга, Алиса и сервера ее гипоталамуса, отвечающие за оперативное принятие решений, зависли минут на 20.

К бурной аналитической деятельности Алису вернул все тот же уже знакомый металлический голос секретаря, подошедшего с новой кипой бумаг:

– Я крайне рекомендую оперативно ознакомиться с документами о приеме на работу, Владимир Валентинович не выносит заминок с документами.

После вялой пробежки взглядом по бумагам аналитическая деятельность Алисы приступила к следующему вопросу даже не столько делового, сколько этического характера, – корректно ли отправляться за кофе, когда в задачнике висит 50 задачек и ты точно понимаешь, что не реализуешь их до конца дня? Или лучше сесть за приветственное для всей команды письмо, раз уж Белбин на пару с Игорем выдали ей почетное звание Души Компании. Посвятив этой внутренней борьбе этических принципов также минут 20 – не более, – Алиса в конце концов решила, что без первого не выйдет качественного второго. И, поеживаясь от кусачих прикосновений белого воротничка к ее почти такой же бледной шее, отправилась в кофе-зону комфорта.

По пути на кухню, которая, к внутреннему глубокому сожалению Алисы, находилась в противоположной от бухгалтерии стороне, она стала вспоминать все известные ей методы управления временем. Во-первых, управлять ничем другим ей пока не представлялось возможным: какое уж там управлять, опознать бы хоть одного из сотрудников департамента… А во-вторых, 50 задач, требующих исполнения к концу дня, были незабываемы.

Так, Алисе весьма кстати вспомнился один из методов тайм-менеджмента, рассказанный ей Игорем во время поедания самого вкусного в городе помидорного салата «Кровавая Маша», неожиданно обнаруженного в хинкальной возле дома. Метод салату был практически тезкой, назывался «Помодоро» и был разработан для максимальной концентрации внимания, необходимой для выполнения работы в сжатые сроки. Суть помидорного распределения времени заключалась в том, что заводился таймер выполнения задачи на 25 минут, а затем – на 5 минут отдыха. Следуя рекомендациям Франческо Чирилло, нечаянно придумавшего этот метод во время подготовки к экзаменам с помощью кухонного таймера, выполненного в виде помидорки, Алиса честно и добросовестно выделила на свое первое дело – поглощение утренней кружки кофе – 25 минут и безупречно соблюла тайминг полагающегося пятиминутного отдыха после. И, возможно, накинула бы себе еще один перерывчик за примерное поведение, если бы не ставший уже родным металлический голос секретаря, заставший Алису в кофейном расплохе:

– Я крайне рекомендую оперативно назначить планерку отдела, Владимир Валентинович не выносит промедлений по управлению рабочими группами.

Итого первые полтора часа Алисы на ее новом рабочем месте прошли не зря. В целом она освоилась, а ее тревожность относительно одиозной фигуры Владимира Валентиновича, который, кажется, вообще ничего и никого терпеть не мог, достигла своего максимума. Вернувшись к списку задач, Алиса обнаружила два противоположных в степени своей приятности обстоятельства – задач стало на 10 больше, но и обед стал на полтора часа ближе. Стремительно пытаясь успеть в новый 25-минутный интервальный промежуток хотя бы просто дочитать список дел до конца, Алиса вспомнила про еще один лайфхак управления временем от Игоря. Он назывался «Съешь лягушку» и метафорически призывал выбрать самое неприятное дело из всего списка и выполнить именно его, а уже потом переходить к той работе, которая способна принести тебе удовлетворение. Алиса с досадой констатировала тот факт, что уже допустила стратегическую ошибку, пойдя по кривой дорожке в кофе-зону, расстроилась и очередной пятиминутный перерыв провела в управленческой тоске.

Вернувшись к списку дел – кажется, уже раз в пятый, – она вновь погрузилась в это болото рабочей рутины для выявления самой жирной жабы, обитавшей в нем. И, не понимая, что же выбрать, решила начать с написания пресс-релиза по открытию новой линии производства. Что, конечно, было максимальным лукавством – написание текстов было для Алисы не просто не неприятной задачей, а истинной отдушиной.

Где-то на середине процесса поедания этой псевдолягушки материализовалась секретарша и вновь что-то крайне порекомендовала, сославшись на нетерпимость Владимира Валентиновича.

Кое-как дотянув до обеда, Алиса решила не рассусоливать трапезу и уложиться в 25 минут, чтобы успеть еще 5 минут отдохнуть после обеда. Набрав полный поднос глютена – на стрессе Алиса всегда ставила глобальную цель по поглощению всех углеводов планеты Земля, – она присела за ближайший стол. И оказалась случайным соседом коллег из департамента корпоративного обучения, а заодно и невольным слушателем их беседы:

– Это ужас! Она только позавчера вернулась из отпуска – из этих своих ретритов, в которых она четвертый раз на репитах… И сегодня на утренней планерке заявила, что ее, видите ли, постигло выгорание и она потеряла состояние потока. Но, по-моему, она потеряла страх и совесть.

– Инн, ну ты хочешь сказать, с тобой такого не бывает никогда? Сама знаешь прекрасно, какая тут у нас мясорубка. Человек мог устать, перегореть, потерять цели. Ты не думала, может, у нее что-то происходит, может, ее личными трудностями стоит поинтересоваться…

– Единственное, чем я хотела бы поинтересоваться, так это тем, как мы с такими потерями план продаж выполнять будем…

– Ты так не добьешься никакого результата – они же люди, не роботы.

– Они ленивые люди! Которые еще ко всему прочему не умеют работать!

– Не думаю…

– Послушай, раньше лень называли ленью. А сейчас этому в сущности своей простому понятию придумали массу одухотворенных синонимов – «выгорание», «осознанность» и нарушение «ворк-лайф бэланс». Но суть не поменялась – все эти твои осознанные ретритчики – просто ленивые жопы!

– Как можно быть таким эмпатийным чурбаном, Инн! Ты же