Андрей Кузьмичев - Фанаты бизнеса. Истории о тех, кто строит наше будущее Страница 86

Когда Касперский «увольнял» свою бывшую жену, публика в Интернете вовсю смаковала эту тему. В журнале «Веб-планета» даже появилась дискуссия на тему «“Лаборатория Касперского” запланировала уход Натальи Касперской». Пересказывать ее нет смысла, зато о сути скандала поведал один участник: «Ушел он сам (из семьи. – А. К.). Наталья работала, ни о чем там не думала. Он поехал в 1998 году в Чегет, нашел себе там бабу на семь лет старше, учительницу в средней школе, и тут же ушел из семьи. Она его кормит, холит, гладит по шерсти, в рот смотрит, а Наталья была очень неудобная, слишком умная и независимая. Бросил двух детей, алиментов не платит, детьми больше особо не интересуется, видит раз в квартал самое частое. А теперь хочет у Натальи отнять вообще все. Пригнал вооруженных людей в офис, захватил власть, заставлял отдать акции»[291].

Глосса о захвате от Ашманова

Вот картинка из жизни. 24 июля. 4 часа утра, еду забирать прилетевшего из Болгарии младшего Ваню Касперского. Ваня тогда заканчивал школу, прилетал из компьютерного лагеря в Болгарии. Я его должен забрать, звонил Наталье каждые полчаса. И тут она говорит: «Посты охраны меняют неизвестные мне вооруженные люди. У меня осталось два верных мне поста, через которые выносят бухгалтерию, печать и так далее». Зачем это надо было делать[292], имея контрольный пакет? Непонятно. Женя не смог потом объяснить. Он, видимо, боялся, что она как генеральный директор имеет какие-то рычаги и будет сопротивляться. У Натальи ничего этого не было, она была ориентировала вовне, на захват рынка. Она вообще не выстраивала никаких интриг внутри компании.

Я попросил Александра Молотникова, директора по правовым вопросам Консалтинговой группы «Аспект», помочь мне разобраться в этой непростой теме. «Описанная ситуация была довольно типичной для начала – середины 2000-х годов. Контроль над компанией воспринимался участниками корпоративных конфликтов прежде всего как физическое господство над принадлежащим предприятию имуществом, в том числе офисными помещениями, – написал мне Александр. – Стенка на стенку шли не только бойцы охранных структур, но и просто нанятые представители скучающей молодежи с городских окраин. Милиция предпочитала не вмешиваться». Далее он поведал о том, что и у атакующей, и у обороняющейся стороны всегда имелись юридические обоснования своей правоты: на одной стороне могли выступать контролирующие акционеры, на другой – генеральный директор или кто-то из его заместителей. «Бывали случаи, когда офис компании переходил из рук в руки по нескольку раз за неделю, – пояснил он. – При этом борьба за компанию чаще всего сопровождалась судебным процессом: на нем могли оспаривать решение общего собрания акционеров, законность продажи акций и т. п.».

Судебного процесса Касперских не было, а сам заговор, как поведал Игорь Ашманов, «сложился» в октябре 2006-го. «Причем это был именно заговор: они сели и договорились, что к лету свалят, придумают новую структуру английской компании, чтобы ее можно было кинуть, – сказал он. – Вот настоящий классический захват». Захватить пытались один из самых успешных бизнесов за всю новейшую историю России: по темпам ежегодного роста компания обгоняла всех не только в своей отрасли, но и в стране в целом[293].

Глосса о росте роста от Ашманова

Есть такое понятие, как рост бизнеса, а есть и такое, как рост роста. Вторая производная. Наталья, когда ее свалили, оставила компанию, у которой был рост к предыдущему году – 138 %. Она обеспечила экспоненту – рост не менее чем в два раза в течение 15 лет. Конечно, там стоит очередь инвесторов – это фантастическая история успеха. И никаких отрицательных факторов, кроме того, что когда инвесторы видят Касперского, у них отрезвление наступает. К прошлому году скорость роста упала до отрицательных значений: было 138, потом стало 60, потом – 40, потом – 20. И, скорее всего, она схлопнется и пойдет падение уже абсолютного значения дохода. Вторая производная – очень чувствительная вещь, и она начала загибаться через два месяца после того, как они Наталью свалили; то есть вторая производная почувствовала это сразу, как только в августе Касперский объявил себя генеральным, а в сентябре уже скорость роста стала падать.

В том же сентябре, став у руля компании, Касперский объяснил общественности, чем он будет заниматься, захватив место бывшей супруги. «На самом деле генеральный директор, каковым я являюсь сейчас, – это совсем не то, к чему привыкла российская общественность, – заявил он в интервью. – Я не являюсь операционным управленцем. Я никогда не управлял, не управляю и не буду управлять операционной деятельностью компании. Это не мое». Наивный журналист попытался вновь спросить: «Все-таки, вы нетипичный генеральный директор…» – и получил однозначный ответ: «Абсолютно. Ведь что нужно? Нужен результат. Либо нужно знать каждого и каждому по башке давать, либо просто указать цель и контролировать результат. Я придерживаюсь последнего варианта»[294].

Вот так просто описаны заботы генерального директора. Вариантов порулить у него два: первый похож на «мочить в сортире», второй связан с результатом. Но возможен ли управленческий результат у человека, который начисто лишен способности к бизнесу? Правда, цель в 2007 году была достигнута: во главе компании встал разработчик антивируса. Напомню читателю, что еще в Древнем Риме вирусом (от лат. virus – яд) называли любое болезнетворное начало. Вирусы поражают только определенные организмы и подразделяются на вирусы животных, растений и бактерий. Но оказывается, вокруг нас есть еще вирусы организаций.

Роджер Мартин, декан школы бизнеса Ротмана в Университете Торонто, открыл вирус ответственности, который «приводит лидеров и последователей к неудаче, а также замедляет их развитие по сравнению с тем, как это могло и должно было происходить». Почти 20 лет он внимательно следил за председателями, главными исполнительными директорами и членами советов директоров самых разных компаний, включая Alcan, AT&T, Barrick, CAE, Herman Miller, Hiram Walker, Honeywell, Inco, Koch Industries, Moore Corporation, Pacific Gas and Electric, Procter and Gamble, Servicemaster, Thomson Corporation. Мартин полагает, что герои, «берущие полный контроль над ситуацией, – это изобретение Голливуда и исторических книг, которое глубоко проникло в наше сознание»13. Похоже, что Мартин прав.

ПОСТ О РАССЛАБЛЕННОМ СУЩЕСТВОВАНИИ И МАНИИ МУЖСКОГО ВНИМАНИЯ

Без впечатлений, без восторгов, вдохновения, без жизненного опыта – нет творчества.

После фразы «Меня родители не муштровали, скорее баловали. Я была поздним ребенком» (ее в самом начале нашей встречи произнесла Наталья) – ушлые психологи нашли бы много чего сказать о проблемах со здоровьем и воспитанием такого дитяти. По мне, все такие «диагнозы» – недоношенные, потому что главное, что должен получить любой ребенок, – любовь родителей. Так что мне при первой нашей встрече с Натальей надо было просто понять: у нее было счастливое детство или родители-мучители постоянно заставляли дочку брать все новые и новые препятствия в жизни, начиная с походов в детский сад и заканчивая школьными уроками с неизбежными склоками.