Агент Север - Сергей Евгеньевич Журавлев Страница 13

– Получается, мы с тобой могли познакомиться раньше, – многозначительно заявил немец и поднял бокал.

– Так это ты был третьим в ее группе? – догадался Ильич и с удовольствием чокнулся с новым знакомым. – Мое уважение. Лейла засветилась везде, где могла, – и на телевидении, и в прессе, а ты сделал дело и остался в тени. Очень грамотно.

Трудно сказать, что они испытывали друг к другу симпатию. Но между молодыми людьми было много общего, о чем они не подозревали. Они были одного возраста, оба привыкли находиться на нелегальном положении, под чужими именами. Оба прошли боевую подготовку в палестинских лагерях, принимали участие в боях и террористических акциях. Только один был сотрудником советской разведки, а другой пошел по пути международного террора. Сейчас они не просто перебрасывались фразами. Так две незнакомые дворовые собаки обнюхиваются, чтобы понять, будет ли между ними драка или они принадлежат к одной «помойке». Это проявление базового инстинктивного поведения, связанного с установлением социальных связей и определением иерархии. Такой процесс можно сравнить с тем, как люди взаимодействуют друг с другом, хотя и на более сложном и символическом уровне. Собаки, как и люди, стремятся к безопасности в своем окружении. Обнюхивание для собак – это способ оценить потенциальную угрозу, найти союзника. Для людей это может проявляться в форме знакомства, поиска общих контактов, интересов или подтверждения статуса.

– Ильич, мне показалось или Будия всегда такой раздраженный?

– Не показалось, – латинос тонко улыбнулся. – Он в бешенстве. Он считал себя автором сценария операции в Мюнхене, а заплатили ему как обычному статисту, и авторские права вдобавок присвоили.

Собеседники рассмеялись, прекрасно понимая друг друга. Аллегория с театром – ведь Мухаммед являлся руководителем театра – показала, что Ильич признает руководство алжирца, но действовать привык самостоятельно.

– Наш друг полон идеями, но для воплощения ему не хватает то людей, то денег. Он честолюбив и хочет доказать свою значимость. Сейчас он готовит серию терактов против Моссад. Хотел и тебя с РАФ к этому подключить, но ты уперся.

– Нам это зачем?

– Понятно. Теперь придумал рассылать евреям письма со взрывчаткой.

– Это как?

Шакал на салфетке быстро изложил несложную технологию. В это время вернулся Будия. Координатор международной террористической сети успел успокоиться и скрыть раздражение.

– Хорошо, Юсуф, если вы еще не созрели до конкретных действий, могу я попросить тебя выполнить организационную работу для нас?

Батый быстро подавил в себе желание возразить и благоразумно кивнул головой.

– Хаддад говорил, что ты хороший организатор. Мне сейчас некогда, но надо обязательно съездить в Брюссель. Там сформировалась группа наших бельгийских сторонников. Надо встретиться с их предводителем, переговорить, понять, будет от них толк или они обычные болтуны. Сможешь?

– Конечно, Мухаммед.

– Отлично. Встреча назначена послезавтра в Брюсселе в кафе Le Prince в 20.00. Местный товарищ тебя опознает, – Будия достал из портфеля журнал «Театр Франции», – вот по этому номеру. Уверен, что второго такого там ни у кого не будет. Он сошлется на меня. Вопросы есть?

– Нет.

– Тогда счастливого пути, приятель.

Будия, фальшиво улыбаясь, протянул руку. Батый понял, что его выпроваживают. Он молча пожал мужчинам руки и удалился.

– Мухаммед, что за новая бельгийская группа? Я ничего о ней не слышал, – с подозрением спросил Ильич.

– Так ее и нет, – беззаботно ответил алжирец. – Просто я хочу посмотреть, как поведет себя наш немец в острой ситуации, что он из себя представляет.

После посещения модного ресторана «Жирный гусь», где ему даже не предложили выпить, у молодого человека прорезалось чувство голода и неясной тревоги. Он никак не мог понять, что его так обеспокоило. Но для начала он решил разобраться с голодом. Батый выбрал отель Mondial по рекомендации Марселя, тот хорошо отзывался о кухне ресторана при отеле. А в еде на вкус ветерана разведки, объездившего весь свет, можно было смело положиться.

Здесь царила совершенно другая атмосфера. Небольшой зал ресторана был оформлен в стиле ампир. Высокие потолки с золотой лепниной, многоярусные люстры, тяжелые бархатные шторы на окнах, белоснежные накрахмаленные скатерти. Казалось, еще немного – и массивные дубовые двери с геральдическими знаками откроются и метрдотель объявит о прибытии, конечно, не самого короля, а кого-нибудь из графов или виконтов. Официант с почтением принял заказ, дал нужные пояснения по выбору блюд и чопорно удалился. Шефер понял, что у него предостаточно времени, пока над заказом будет колдовать шеф-повар. Камерная музыка создавала настроение неспешности, шла ненавязчивым фоном, не мешая думать.

«Что не так было в разговоре с Будией? К чему такое странное поручение?» Удо расслабленно сидел в удобном кресле, больше похожем на упрощенный трон, и даже прикрыл глаза, чтобы лучше сосредоточиться.

– Здравствуйте, герр Шефер. Какая встреча, – неожиданно из-за спины прозвучало явно наигранное удивление.

Конечно, это была Хаберман. «Подслушала мой разговор по телефону, когда я заказывал номер», – сразу догадался мужчина.

– Разрешите присесть за ваш столик, – не столько вопросительно, сколько утвердительно прозвучали слова журналистки.

Тут же как из-под земли возник официант. Девушка сделала заказ, закрепив тем самым это место за собой. Неброский, хорошо подобранный макияж, элегантное черное платье, в меру, без перебора, украшения. Все говорило о хорошем вкусе женщины.

– Почему-то я не удивлен, – были первые слова молодого человека.

– Наверное, потому, что думали обо мне, – кокетливо улыбнулась Дорис.

В ответ он смог только хмыкнуть. Если честно, то он действительно несколько раз вспоминал о девушке и был рад увидеть ее снова.

– Наша неожиданная встреча – это знак судьбы, герр Шефер, а я очень серьезно отношусь к этому. Так что примите ее как данность, но теперь я от вас просто так не отстану. – Сказано было с улыбкой, но довольно твердо.

«Очень хорошая подводка и повод для последующих встреч».

– Как бы мне не пришлось пожалеть об этом, – проворчал Батый. То, что он принял ее тон шутливой пикировки, показало его капитуляцию. Он согласился на общение.

Женщина задорно рассмеялась.

– Не бойтесь, Удо, у меня есть жених, и как только он получит повышение по службе, мы поженимся. Вы меня интересуете, простите за откровенность, как эксперт и источник информации.

Однако женщина всегда остается женщиной. Увидев невольно нахмуренный лоб мужчины, она пристально посмотрела в глаза собеседника и шаловливо добавила:

– Поверьте, я могу быть благодарна.

От этих слов в груди Батыя что-то екнуло. Дорис оказалась приятной собеседницей, с ней было легко общаться. Мужчина никак не мог понять: это у нее от природы или она так хорошо владеет техникой общения. Женщина легко прошлась по темам кино,