Александр Тамоников - Горец Страница 18

– Нет! Восточное направление чисто! Давид проверил!

– Он разведчик! Ему можно доверять!

– Семь человек, говоришь? Но почему так мало? Отделение ничего не сможет сделать отряду в семьдесят штыков. Впрочем, основные силы русские могли сосредоточить в ущелье и на перевале. Черт! Этого не проверить.

Марадзе спросил:

– Что мне делать дальше?

– Выбери место и наблюдай за этими чертовыми возвышенностями. Уточнение задачи – после того, как доложу о результатах твоей разведки шефу! Как понял меня?

– Понял, Рамиз! Плохи наши дела, да?

– Как знать! Было бы гораздо хуже, если бы ты никого не обнаружил, а спецназ тем временем находился бы на скрытых позициях. В общем, наблюдай за возвышенностями, я еще свяжусь с тобой!

Бакашвили отключил станцию, ударил кулаком по земле:

– Проклятые русские! Узнали-таки о планах объединенного отряда. Ждали, когда группировка соберется в единое подразделение в крепости. Подготовили встречу! Но о дополнительных силах они ничего знать не должны. И в этом шанс на спасение. Неплохой шанс, если Кабан примет правильное решение. И оно у него, судя по всему, уже принято. Не зря он сомневался в Бекмуразе. Этот мудак и пальцем не шевельнул, чтобы прочесать местность. Пропустил подход спецназа. Узнать бы, сколько спецов выслали сюда русские, чтобы уничтожить отряды? Что-то маловато их на вершине подъема в «зеленку»! Хотя обнаруженное Леваном подразделение из шести-семи бойцов может оказаться не единственным в лесу. Русские могли вывести к ущелью лишь отделения оцепления района и контроля над ним, основные же штурмовые силы держать в стороне. Но недалеко, чтобы иметь возможность быстрого подвода к крепости. А быстро подвести крупные силы, ту же роту, можно только по ущелью. Его не прочесать! Черт! Придется сваливать отсюда. Хорошо, что у Кабана уже есть план срочной эвакуации. Что ни говори, а у него действительно звериное чутье на опасность. Оно не раз уже спасало отряд. Спасет ли на этот раз?

Бакашвили включил радиостанцию:

– Кабан! Я – Рамиз! Как слышишь?

Кабадзе ответил тут же. Не спал:

– На связи! Что у тебя, Рамиз?

– Засада, шеф!

– Что?!! Что ты сказал?

– Разведка обнаружила позиции неизвестных сил по вершине подъема на запад от скалы.

– Кто конкретно обнаружил?

– Леван Марадзе.

Кабан выдержал паузу. Затем произнес:

– Так! Значит, русские все же узнали о нас!

– Похоже, да!

– А что доложили остальные разведчики?

– На востоке от поста и в «зеленке» никто не замечен.

– Вот именно, что не замечен! Леван обнаружил группу противника?

– Он видел лишь одного бойца, экипированного в форму российского спецназа.

– Каким образом обнаружил?

Бакашвили объяснил. Передал главарю банды доклад Марадзе. Тот проговорил:

– Если русские обнаружили себя с запада от поста, то они должны быть и у скалы, и восточнее.

– Нет, шеф! Проверявший восточное направление Давид Гвенидзе божится, что там противника нет. А окрестности встречающего поста я лично осмотрел, используя прибор ночного видения.

– Тогда что получается? Русские посадили своих людей на вершину, чтобы в определенное и неизвестное нам время снять посты, перегруппироваться и ударить по крепости сверху, блокируя тропу? То же самое сделать на перевале, а основной удар нанести из ущелья? Одновременно с востока и запада?

– Почему нет? По-моему, совсем неплохой план.

– Для кого, Рамиз?

– Для русских, конечно!

– Вот именно, что для русских! Так! Теперь стало известно, что Бекмураз отслеживался спецслужбами, информированными о выходе к крепости и наших сил. Он и притащил за собой русский спецназ. Тот ждал, когда отряды объединятся. Это практически произошло, и… наступило время ударить по нам. И начать действовать русские могут в четыре утра. До этого времени темновато еще будет.

– Что делаем, Лечо?

– Я свяжусь с тобой через двадцать минут, в 3.20. Ты же к этому времени вышли пару бойцов к встречающему посту, остальных незаметно подведи к возвышенностям, в тыл русской группы. Отдельно возьми под контроль пост у скалы. Его перед штурмом русские тоже постараются снять! Дальнейшую задачу поставлю после того, как проанализирую обстановку и проведу совет с Чадия. На это мне и требуется двадцать минут. Работай, Рамиз, сейчас от правильности действий зависит наша жизнь!

Рамиз переключился на боевика, оставленного старшим резервной группы, приказал выслать к встречающему посту двух боевиков.

Отключив радиостанцию, Кабадзе прошел в каморку, где отдыхал его помощник. Потрепал за плечо.

Чадия открыл глаза:

– А?! Что? Это ты?

– Я, Вано! Быстро вставай и поднимай отряд.

– Что случилось, шеф?

– Крепость окружена русскими.

У помощника расширились глаза:

– Не может быть!

Кабадзе повысил голос:

– Я сказал, подъем! Чего лежишь?

Чадия вскочил, начал спешно одеваться.

Кабадзе прошел в подвал Бекмураза. Встретил на входе охранника. Спросил у боевика:

– От кого охраняешь своего господина, воин?

– Так приказано!

– Приказано?! Уйди в конец коридора!

– Но я должен…

И вновь Кабадзе пришлось повысить голос:

– Ты должен выполнять мои приказы, понял? Ушел в конец коридора ожидать дальнейших приказаний!

Охранник кивнул:

– Слушаюсь.

Кабадзе вошел в комнату размещения Бекмураза. Она была меблирована. На полу и стенах ковры, небольшой столик, лавки. Керосиновая лампа. Кабан покрутил привод фитиля, и комната наполнилась светом. Бекмуразов открыл глаза, удивленно спросил:

– Кабан, ты?

Кабадзе присел на скамейку:

– Я, Алим!

– Но что привело тебя сюда в столь ранний час?

– То, что крепость окружена русскими.

– С чего ты взял? Мои люди полностью контролируют подходы к Кентуму!

– А их контролирует русский спецназ. Я вел к тебе не тридцать человек, а сорок шесть. Пятнадцать оставил в «зеленке». Так вот, мои люди из резервной группы провели разведку подходов к ущелью с севера и обнаружили позиции русских недалеко от поста у скалы. А если на подъеме есть русские, то они есть везде. Думаю, через полчаса-час основные силы спецназа ударят по крепости из ущелья, предварительно отработав все твои посты. Они знали, что мы встретимся, и ждали этой встречи. Теперь русские атакуют Кентум.

Бекмураз побледнел. Поднялся с матраца, оделся в камуфлированный костюм. Спросил у Кабадзе:

– И что будем делать, Кабан?

– У нас единственный вариант действий. Это отход от Кентума на север.

– Но русские не дадут нам подняться наверх.

– Верно, поэтому я принял следующее решение. Своих людей я уже приказал поднять по-тихому. После нашего разговора поднимешь свой отряд ты. И выведешь его на позиции обороны крепости.

Бекмураз воскликнул:

– Надо срочно отозвать бойцов с постов, оставив только огневую точку на перевале!

– Ни в коем случае! Если русские увидят, что мы снимаем посты, то поймут, что обнаружены. И тут же пойдут на штурм. Дабы успеть подготовить оборону крепости, придется жертвовать часовыми.

– Но, может, их хоть предупредить?

– Ни предупреждать, ни снимать посты не будем! Поздно, понял?

– Понял, Лечо, понял!

Бекмуразов присел рядом с Кабадзе, жадно затянувшись папиросой, набитой анашой.

Кабадзе отмахнул от себя дым:

– Другого времени не нашел?

– Прийти в себя надо!

– Приходи! Черт с тобой! Далее по плану. В 4.20 мои люди внезапно атакуют северные позиции русских, а также уничтожают бойцов, которых вышлют на ликвидацию постов в «зеленке» и у скалы. Мой отряд возьмет под контроль вершину северного подъема, в том числе и тропу. Русские в ответ начнут штурм. Ты принимаешь бой, я же, задымив склон, поднимаю наверх свой отряд. Тебе надо будет продержаться полчаса. И это в твоих силах. Как только я выведу свой отряд наверх, рассредоточу его по вершине, то сразу вступлю в бой с выгодных позиций. Что заставит русских поуменьшить наступательный пыл. Они втянутся в бой со мной. В это время ты поднимешь наверх своих людей. Мой отряд будет прикрывать твоих бойцов. Если надо, применим еще пару дымовых зарядов. Оставив группу прикрытия, отведем отряды к ручью, где и разойдемся. Я пойду на свою запасную базу, ты – куда решишь. Прикрывать отход отрядов будут твои люди.

Бекмуразов, слегка осоловевший от наркотика, спросил:

– Почему мои? Почему не сформировать сводную группу?

– Да потому что это ты просрал подход русских. Позволил окружить себя. Проставил под угрозу и своих людей, и моих! Благодари Аллаха, что я предпринял страховочные меры и оставил в резерве пятнадцать человек. Если бы не они, то мы отсюда никогда бы не ушли. Также не забывай, что именно моей резервной группе предстоит первой вступить в бой на вершине подъема.

Бекмуразов выставил перед собой ладони:

– Хоп, хоп, Лечо! Ты прав. Я выставлю группу прикрытия, если нам удастся реализовать твой план!