Александр Тамоников - Смерть в твоих глазах Страница 20

– Не слышал. Он был знаком с Себенко?

– Ну, этого я знать не могу. Внешне и в офисе это не проявлялось, а что могло быть во внеслужебное время, не знаю. Но, думаю, лично Корнеев вашего советника не знал. Скажите, Александр Сергеевич, а почему вы задаете мне подобные вопросы?

– А ты разве не поняла?

– Признаться, нет!

– Я хочу понять, что стоит за этими убийствами. Двух таких разных по положению, но объединенных членством в одной партии и способом убийства людей?

– Может быть, они стали жертвами маньяка? Судя по тому, как были убиты Корнеев и Себенко, исключать этого нельзя.

– Маньяк? – задумчиво посмотрел на Бестужеву Борисов: – А ведь ты права, Лариса Константиновна, это мог быть маньяк. Один из тех, что периодически появляются в Москве. А что по этому поводу думает следователь?

– Он тоже не исключает того, что убийство мог совершить психически больной человек.

– А он не глуп, этот Воронов. Версия с маньяком устроит всех: и следствие, и нас, политиков. Не устроит только тех, кто действительно стоит за убийствами.

– Значит, вы сами не верите в маньяка?

– Я реалист, Лариса, – улыбнулся Борисов. – Конечно, возможно, что Себенко и Корнеева убил маньяк, но, думаю, против нас начата предвыборная война, и противник решил сразу нанести нам сильный удар.

– Но с какой целью?

– Сейчас, Лариса Константиновна, банальным шантажом, угрозами, попытками подкупа с политического поля конкурентов уже не убрать. Против всего перечисленного есть сотни способов эффективной защиты. Совсем другое дело – посеять в руководстве партийной организации и самом Политсовете панику. Страх, если хочешь. И убийства с особой жестокостью способны парализовать всю избирательную кампанию. Если руководство, кандидаты в депутаты еще устоят, им есть за что бороться, то рядовые сотрудники региональных и местных организаций рисковать не станут. А без них мы ничего не сделаем.

– Но какая современная политическая сила способна на такое?

– Любая! – спокойно и кратко ответил Борисов.

– Но это же страшно, Александр Сергеевич.

– Ничего не поделаешь, Лариса. Человечество, как составляющая и не самая лучшая часть природы, жило, живет и будет жить по ее законам. Законам природы, которые сводятся к одному – выживает сильнейший. Люди никогда не были и не будут равны. Ты не задумывалась, почему некоторые успешные, обеспеченные бизнесмены вдруг подаются в политику? Казалось бы, зачем им это, и так все есть?

– Не задумывалась. И почему же?

– Потому что деньги – это всего лишь инструмент для достижения других, более высоких целей. Потому что им нужна власть. Давай возьмем конкретный пример. В советское время жил и работал в каком-нибудь научно-исследовательском институте умный, способный, амбициозный молодой человек. Он много работал, лелея надежду подняться по карьерной лестнице. Но система осаживала его. Знай, мол, сверчок, свой шесток, должности повыше есть кому занять. И человек мирился с этим. Работал, получал грошовую зарплату, но мечты своей не оставлял, яростно ненавидя тех, кто не дает ему подняться, получить то, чего он по праву заслуживает. И вдруг система рушится. Появляется свобода. Те, кто смирились со своим второстепенным положением, бедствуют, не имея ни сил, ни желания бороться. А наш молодой человек, напротив, быстро ориентируется в ситуации и открывает для начала небольшое, но собственное дело. Ум, способности, трудолюбие, а главное, цель, что перестала для него быть недостижимой, делают свое дело. Молодой человек добивается успеха. Проходят годы, и он уже крупный бизнесмен, у него большие деньги. Цель достигнута. А дальше что? Все есть: и дома, и счета, и яхты, и самолеты. Он же привык к борьбе и уже познал вкус власти над своими подчиненными. Это рождает в нем другую цель, а именно, используя заработанный капитал, заполучить власть не над узким кругом своих работников, а над целым слоем всего общества. Власть манит его, сама мысль о ней не дает покоя. И нашему уже не совсем молодому, но еще весьма активному человеку теперь нужны не деньги, ими он пресытился, ему нужно нечто иное – возможность безгранично повелевать, властвовать, решать судьбы людей, которые для него превратились из личностей в стадо. Такую возможность дает власть. И он платит огромные деньги, лишь бы добраться до нее. Он – человек цели и для достижения ее готов идти по трупам. Он и идет по трупам. Если кто-то мешает, решение одно – убрать. Кто-то пытается составить конкуренцию – решение то же. Человек одержим властью. Он болен ею, как нар-коман.

Бестужева прервала затянувшийся монолог председателя партии:

– Но наступит момент, когда этот человек достигнет цели и получит власть. Не надоест ли она ему так же, как и деньги? И как он будет жить дальше, не имея очередной цели?

– Ну, почему нет? – усмехнулся Борисов. – Цель есть всегда. В нашем, образном, случае этой целью может стать единоличное правление всем обществом. Думаю, именно так становятся тиранами. Но что-то мы слишком увлеклись, давай-ка опускаться на землю.

– Да, Александр Сергеевич, на земле оно как-то привычней.

– Ты подала хорошую идею – запустить в разработку правоохранительных органов версию кровавых дел маньяка. И данная версия не только не повредит нам, но, как бы ни неуместно это звучало, сыграет на нашей стороне.

– Каким образом?

– Допустим, в СМИ просочится информация о том, что наши политические конкуренты, не желая вести честную борьбу, так как понимают, что честная борьба приведет к неизбежному поражению, решили пойти на крайние меры – на физическое устранение влиятельных и пользующихся авторитетом в обществе членов партии. И пример тому – действия маньяка, человека психически больного, которым наши конкуренты умело манипулируют. Конечно, серьезные люди воспримут это как дешевку, полный бред, откровенную глупость. Но… наш электорат – это обычные москвичи, люди, желающие жить лучше. Они не станут ломать головы, правда ли помещена в средствах массовой информации или бред. Убийство налицо? Налицо. Жертвы маньяка – члены нашей партии? Нашей! А за что нас убивают? За то, что мы предлагаем совершенно иной путь развития общества, который наконец-то позволит простым людям почувствовать, что перемены в лучшую сторону – не пустые обещания, а реальность. Но только в том случае, если к власти придем мы. Партия «Великая Россия». Ты поняла ход моих мыслей?

– Да, Александр Сергеевич.

– И первое, что надо сделать, это завтра провести пышные похороны наших погибших товарищей.

– У нас по Корнееву все уже решено и оплачено.

– Это ничего. Этим займутся компетентные в данных вопросах люди. Мы объединим похороны, выведем на них тысячи людей, членов партии и их семьи. Подвезем народ из Подмосковья. Устроим большой траурный митинг. Привлечем телевидение. Я дам интервью, возможно, организуем пресс-конференцию. И с правоохранителями я решу вопрос по версии маньяка. Пусть ищут его.

– Но настоящий убийца будет при этом оставаться на свободе? – слегка растерялась Лариса.

Борисов бросил на нее холодный расчетливый взгляд:

– Во-первых, Лариса Константиновна, ты сама предположила, что убийцей может быть маньяк. И это действительно возможно. Во-вторых, если убийца – не маньяк и преследует другие, не политические цели, то на свободе он будет находиться недолго. Время предвыборной кампании. После нее, обещаю, я сделаю все, чтобы бросить на его поимку лучшие силы московской полиции. Ну, а если маньяк или кто-то иной, причастный к смерти Корнеева и Себенко, убьет еще кого-то, то… война без потерь не бывает, и кому, как не тебе, уважаемая Лариса Константиновна, лучше других знать об этом.

– В этом вы правы, Александр Сергеевич.

– Извини, что напомнил о твоей личной тра-гедии.

– Ничего. Я о ней не забываю.

Председатель партии поднялся, прошел к окну.

– Теперь о делах насущных, Лариса Константиновна. После похорон проводишь Совет отделения. Повестка прежняя. Совет должен рекомендовать тебя на выдвижение кандидатом в гордуму, этот вопрос будет обсуждаться на общегородской партийной конференции. В общих списках ты займешь третье место, практически гарантирующее тебе прохождение в думу. Но и по одномандатному округу ты должна взять не менее двадцати процентов. Финансовую поддержку я обеспечу. Остальное все у тебя есть. А дальше, уже имея фракцию в гордуме, будем работать на наших избирателей. Трудиться не покладая рук.

– Я готова.

– Не сомневаюсь. Наш разговор прошу считать конфиденциальным.

– Конечно, Александр Сергеевич.

– Так, похороны. У тебя кто занимается Корнеевым?

– Председатель правления и привлеченные ею лица.

– Председатель правления – это миловидная женщина, что вместе с тобой встречала меня?

– Да! Алла Владимировна Плаксина.

– Пусть передаст дела Серданову.

– Хорошо!

– Ну, тогда поеду. И помни, я надеюсь на тебя.