Тропа изменника - Валерий Георгиевич Шарапов Страница 20

— Не из-за денег, — вдруг глухо сказала Элли. — Зарплата в МИ-6 не самая фантастическая, но на жизнь хватает. Все, что выплачивали ваши нелегалы, на счету в банке — не на мое, разумеется, имя. В эти деньги я забиралась несколько раз — когда подыскивала приличный хоспис для мамы и отправляла для Джошуа… Был еще брат, — неохотно выдавила она. — Бенджамин Кларк, Бенджи… Чертова профессия отца, мы все хотели быть на него похожими, бороться с коммунистическим злом, распространять по миру светлые идеи демократии… Он был на восемь лет меня старше. Не удивляйся, я поздний ребенок. Бенджи окончил Оксфорд, в 26 лет уже работал во внешней разведке. Отец гордился им — и хорошо, что не дожил до его смерти… Буду кратка, не люблю вспоминать эту тему. Он работал в Москве под прикрытием посольства Великобритании, курировал агентов — граждан СССР, передающих нам важную информацию. Это были ценные персоны — главные специалисты оборонных предприятий, крупный чин из вашего Министерства общего машиностроения, даже офицер КГБ, занимавшийся экономическими преступлениями. Бенджи раскрыли, за ним следили ваши оперативники. Вся сеть особо важных агентов оказалась под угрозой провала. Рассчитывать всего лишь на депортацию Бенджи не приходилось — его подставили под убийство, которого он не совершал. Ваши органы тянули время. Появилась информация, что его возьмут в определенный момент и он не сможет выкрутиться. Либо сядет в советскую тюрьму, либо раскроет вашим людям всю сеть. Так уже поступали с иностранцами — накачивали препаратами, и они во всем сознавались. Потом находят едва живого человека где-нибудь в захолустье. Он ничего не помнит. Обвинять КГБ бессмысленно — сам напился, не поладил с криминалом. Выражай хоть тысячу протестов, толку не будет. Ну, пройдешься еще раз по кровавому большевистскому режиму…

«От режима точно не убудет, — подумал Кравцов. — Хотя и сами такие же — с бревном в глазу».

— Машина на окраине Москвы сбила человека, — тоскливо продолжала Элли. — Это был Бенджи, он погиб на месте. Водитель скрылся, его не нашли. Нам сообщили, что это была секретная операция советских спецслужб. Логики мало, зачем им мертвый Бенджи? Но вроде перестарались, что-то пошло не так. То есть сработали непрофессионально. Мы, конечно, верим нашему руководству, разве может оно врать? Тело доставили в Лондон, похоронили. У Бенджи была жена Рут, пятилетняя дочурка Лора — не представляешь, какая очаровательная крошка. У Рут началась депрессия, глотала таблетки, стала испытывать галлюцинации. Ночью не потушила окурок, начался пожар. Стены были отделаны горючими материалами. Дом загорелся, пожарные приехали поздно. Рут только и успела добраться до кроватки Лоры… Когда нашли их сгоревшие тела, Рут обнимала дочь…

— Мне очень жаль, Элли…

— Мне тоже. У мамы поле этого резко ухудшилось здоровье, начались проблемы с головой. Это в итоге закончилось хосписом… Через год я узнала — чисто случайно, эту информацию тщательно скрывали, — что убийство брата организовали его коллеги из британского посольства, получившие соответствующий приказ из Лондона. Вывезти Бенджи в Королевство уже не успевали, вот и пошли на такие меры… Я не поверила — в это невозможно поверить, проверяла и перепроверяла информацию. Все совпадало. Они убили моего брата, представляешь? А потом говорили на похоронах прочувствованные слова, клялись отомстить нашим врагам… Я не стала поднимать шум, меня бы обвинили в бездоказательных нападках. И в какой-то миг вдруг поняла, что наш строй ничем не лучше вашего, в нем не меньше лжи, лицемерия, грязи…

— И ты связалась с представителями нашей организации, — заключил Кравцов. — Твой мотив — месть. Не деньги, не идейные соображения…

— Я просто наслаждалась этой местью… Если бы не подлое распоряжение сверху — а такие вещи приходят только сверху, никто в своем уме не возьмет на себя ответственность за устранение своих, — то Бенджи и его семья были бы живы. У мамы не начались бы ее проблемы с головой… Это было непростое время, Эндрю. Я сделала аборт, который чуть меня не погубил, потом — трагедия с Бенджи…

— Ты могла бы еще сильнее возненавидеть нашу страну, — заметил Андрей. — Ведь он погиб в Москве, борясь с кровавым КГБ за правое, как ты считала, дело.

— Я и сейчас так считаю, — фыркнула Элли. — Только правое дело поручили ублюдкам… Ваши спецслужбы делали свою работу — именно для этого они и нужны. К тому же к гибели моего брата они никак не причастны.

«И сеть, которую тогда не раскрыли, до сих пор живет и здравствует, — подумал майор. — Какова ее роль в разрушении страны? Не исключено, что большая».

— Не думаешь, что именно через брата тебя и вычислили? Согласись, достойный повод перейти на другую сторону. Сопоставили даты, факты, выяснили, что ты докопалась до правды, — и решили к тебе присмотреться, что закончилось сама знаешь чем.

Элли угрюмо молчала. Это могло быть истинным утверждением. Но в данный момент все это имело скорее академический интерес.

Дорога плавно спускалась. Захватило дух от обилия пространства! Внизу раскинулся городок. Строения жались друг к дружке. В центре населенного пункта возвышалась остроконечная церковная башня. Туман, что еще не развеялся, собрался в этой низине. Далее простиралась прибрежная зона. Высились скалы. Море рокотало — сегодня штормило, колыхалась серая масса воды. Местечко не курортное. Но многие приезжали отдохнуть на берег Северного моря, селились в пансионатах, гостиницах, находили свои прелести в этом суровом краю. В разрывах между скалами светлели крыши построек. Туман еще не развеялся, вуалировал мелкие детали. Качество проезжей части на подходе к городку становилось только хуже. Асфальт крошился, проседал. Неудивительно, что этой дорогой не пользовались. Видимо, имелась параллельная, по ней все и ездили. С одной стороны, это было неплохо, брошенную за холмом «Тойоту» могли и вовсе не найти.

Появлялись строения, странные заборы, за которыми ничего не было. Из белесого тумана выросла худая как щепка женщина. Она неспешно шла навстречу, прихрамывая. Голова была обмотана платком, одета во все серое, в руке хозяйственная сумка. Она смотрела на Кравцова — глаза были тоже белесые, в мелких морщинах. Особа не сводила с него глаз, повернула голову, когда они поравнялись.

— Доброе утро, мэм, — вежливо поздоровался Кравцов.

Аборигенка не ответила. Из-под платка выглядывали спутанные седые волосы. Ведьма какая-то. Такую встретишь ночью в коридоре — от страха поседеешь…

— Ты что-то сказал? — шевельнулась Элли.

— С твоей соотечественницей поздоровался. Ужасно неприятная особа…

Элли обернулась.

— Ты о чем? Я никого не видела.

Майор