Александр Тамоников - Пропуск с красной печатью Страница 23

– Что, бойцы, работаем недостаточно медленно? А не попробовать ли нам здесь остаться? Живо в машину!

Глава 8

Сигнал тревоги прошел в половине первого. Хотя только в шесть утра группа майора Вадима Репнина прибыла с задания (довольно странного – сопровождали в район Селигера группу лиц, которые даже лица свои не показывали). А тут опять паника, шум, гам! Быстро собрать группу, полная выкладка, всем на вертолетную площадку, грузиться на борт, который уже поджидает! «В тыл врага, что ли, сбрасывать будут? – размышлял спросонок Вадим, пытаясь отыскать в доме хоть один чистый носок. – Где тут у нас, интересно, ближайший тыл врага?»

В 12.35 он как ошпаренный вылетел со съемной квартиры на окраине Красногорска, заспешил на вертолетную площадку. Оповещение сработало для всей группы. Люди спешили на базу. Приказ был категоричен – загрузиться на борт, лететь неизвестно куда, а все подробности отдельно. Пилоты уже разгоняли винты грязно-зеленого «Ми-8». Спецназовцы взбирались по шаткому трапу, спешили занять «козырные» места. Экипированные, заспанные, всклокоченные. Все шестеро, включая командира, были на месте, даже хромоногий Жилин.

– Снова те же полюбившиеся лица, – обозрев компанию, мрачно резюмировал он. – Какой сюрприз, надо же…

– Ну, наконец-то на работу! – отдувался Вова Балабанюк. – За шесть часов мы так по ней соскучились!

– Командир, можно вопрос в лоб? – спросил Максим Рудницкий – из всей компании он выглядел наиболее проснувшимся. – На всю большую страну, со всеми ее 145 миллионами жителей, включая Крым, не нашлось другого спецназа?

– Не знаю, – отрезал Вадим. – Сам чрезвычайно обрадован и польщен. Нам оказана высокая честь – видимо, только мы можем справиться с этим зада-нием.

– Кстати, с каким? – спросил прапорщик Капралов – единственный в группе, кто был не взъерошенным (из-за отсутствия волос).

– Это не кстати, – возразил опечаленный Амбарцумян. Позднее выяснилось, что у него намечалось свидание с прекрасной незнакомкой, и если бы не вероломное начальство… Теперь придется рвать наметившиеся отношения либо признаваться незнакомке, где он работает.

Вертолет взлетел в 12.59 и взял курс на северо-восток. «Огибаем столицу с севера», – сообразил Вадим. Интуиция в этот день демонстративно молчала. Под хмурыми взглядами подчиненных он связался с куратором группы «Ягуар» полковником Паньковым.

– Я вас внимательно слушаю, Эдуард Романович. Почему суматоха? Куда мы летим?

– ЧП, майор, – каким-то ломающимся голосом произнес полковник. – Приказ отдал генерал-майор Кашарин. Неприятность случилась у Министерства обороны. Вернее, у одной из его структур, управления специальных проектов – вотчины генерал-лейтенанта Верхотурова. Генерал доложил о происшествии по инстанции. Хотели подключить Антитеррористическое управление ФСБ генерал-лейтенанта Володарского – у них вполне приличное спецподразделение, но оно задействовано за границей. Посему привлечено управление Кашарина.

– И мы уже на крыле, – проворчал Вадим. «А все остальные, причастные и непричастные, сидят в своих кабинетах». Эту мысль он проговаривать не стал. – Послушайте, Эдуард Романович, – откашлявшись, продолжил он, – по вашему тону я делаю вывод, что вам очень хочется от меня что-то скрыть. Давайте без этого? Хотите результат – обойдитесь без тайн. Линия не прослушивается. У меня имеются все возможные допуски и лицензии – больше чем у агента 007. И не надо про гриф «Совершенно секретно», военную тайну, все такое.

– Ладно, слушай, умник, – проворчал Паньков. – Ярославское КБ «Куб» разработало блок программного управления для крылатых ракет «Вектор». Про крылатые ракеты ты, разумеется, в курсе. Про блоки «Дрозд» – сомневаюсь, если не работаешь на одну из иностранных разведок. Так уж водится у нас в стране, что все страшные военные секреты – от собственных граждан… Ладно, это лирика. Фишка в том, что если эти блоки установить на ракеты «Вектор» и ввести в них параметры полета ракеты, то никакое НАТО не сможет на них влиять. Раньше могло – потому что ракеты управлялись по системе навигации ГЛОНАСС, на которые компьютерщики из НАТО научились воздействовать, а потому спали спокойно. С появлением блоков «Дрозд» в стане противника воцарилась легкая паника. Европа стала полностью незащищенной – ну, это они так считали. Сегодня утром пробную партию блоков отправили с конвоем на полигон под Ростовом. Сопровождения не было. Один микроавтобус с четырьмя офицерами. Это обычная практика, чтобы не привлекать внимание. Нападение произошло восточнее Ногинска… ну, ты сам увидишь, когда сядете. Чуть больше часа назад. По описанию очевидцев, человек семь-восемь, в масках, с автоматами, гранатометами. Работали профессионально, безжалостно, много погибших, сгоревшие машины. Личный состав конвоя уничтожен. Бронированная машина – тоже. Из десяти перевози-мых блоков два похищены, остальные уничтожены. Диверсанты сели в машину, которая поджидала их за опушкой, и растворились в лесах восточнее дороги. Сигнал оцепить район дали сорок минут назад. Район окружается войсками, полицией. Что это даст?.. Не знаю.

– Минуточку, Эдуард Романович, – нахмурился Вадим. – Продукт действительно секретный, спору нет. Мероприятия такого рода глухо засекречены. Маршрут держится в тайне. Посвящены, как правило, несколько человек из руководства управления. Возможно, о маршруте знал начальник конвоя…

– Не знал, – возразил Паньков. – Капитан Белозеров получал команды от диспетчеров, а те – от одного из высших офицеров управления, начальника отдела конвоев Сергушина. Здесь утечка ничего не даст, поскольку неизвестно, где конвой окажется через полчаса. А диверсанты хорошо подготовились, заранее определили место для засады. То есть были в курсе, где пройдет маршрут, знали время и как выглядит конвой, дабы не атаковать что-нибудь другое.

– Утечка из управления.

– Боюсь, не просто утечка, а форменное предательство. В курсе были несколько человек. Но это головная боль Верхотурова. Хорошо хоть, нас не заставляют искать информатора. В общем, ты понял, майор…

– Я понял, Эдуард Романович, кого теперь будут пинать. Вам не кажется, что время упущено? Диверсанты уже далеко. Они не лохи.

– Но мы не можем расписаться в бессилии и превратиться в зрителей, – резонно возразил полковник. – Тебе даются невиданные полномочия, майор. Можешь командовать хоть всей российской армией… в разумных, разумеется, пределах. Обещаю содействие в любое время суток.

– Во-первых, оцепить район не на словах, а на деле. Останавливать всех подозрительных. Одиночек тоже – банда могла разделиться. Кто провел акцию, Эдуард Романович, есть предположения?

– Кто провел, не знаю, но вот кто заказал… Краеугольный вопрос: кому выгодно? Выкрасть и продать? Глупо. Товар, может, и дорогой, но очень специфичный. Те люди, кому он нужен, покупать не будут – они просто организуют похищение. Это западная разведка, майор. Но западные спецы не станут устраивать массовое убийство на российской территории – с множеством случайных и ненужных жертв. Это может быть украинская диверсионно-разведывательная группа, могут быть специалисты из Прибалтики, Грузии, Молдавии. То есть люди, в совершенстве владеющие русским языком и имеющие все шансы раствориться на просторах страны.

– Вы умеете приободрить, Эдуард Романович. В принципе все логично, два блока украдены, остальные уничтожены. Понятно, не последние, но смысла в них уже нет. Блоки попадают к американцам, и через недолгое время на все ракеты «Вектор», оснащенные блоками управления «Дрозд», находится управа. Огромные деньги, затраченные на проект, вылетают в трубу. Мы технологически отброшены назад, нужно выдумывать что-то новое. Единственное, что нас спасет, – это вернуть блоки, прежде чем они попадут не в те руки.

– Ты умеешь, майор, выстраивать логические цепи, – похвалил Паньков.

– Заняться больше нечем, – усмехнулся Вадим, – все равно летим, что еще делать?

Но настроение упало «ниже плинтуса». На его группу взвалили, как обычно, ответственность за чье-то преступление, и виновным в случае провала теперь окажется только он. Прекрасная комбинация.

– Какие они из себя, эти блоки, товарищ полковник? На что похожи?

– Представь два небольших ноутбука в закрытом виде, положенные друг на друга, – не сразу, но подыскал сравнение полковник, – а сверху черный пластиковый футляр с технологическими углублениями и выступами. Вес каждого – около пяти килограммов. В принципе не иголка, майор.

– Но и не ракетный комплекс «С-400», – вздохнул Вадим. – На вашем месте, товарищ полковник, я бы задействовал всю агентуру, имеющую выход на западные разведслужбы. Не может быть, чтобы что-то не вылезло. Будем знать, кто напакостил, проще будет их отловить. И еще. Не знаю, возможно ли это технически, но ФСБ и прочие компетентные организации должны прослушивать весь эфир в радиусе трехсот километров от Москвы. Пусть привлекут всех штатных и внештатных, поставят на уши операторов мобильной связи, но все разговоры граждан надо слушать, как бы невероятно это ни звучало…