Владимир Гриньков - Ментовские оборотни Страница 27

– Виталя! – позвал Паша, глядя в никуда. – Чего-то я не понял!

– Сейчас тебе все объяснят! – озлобился Виталя. – Я же тебя предупреждал, что гнать не надо!

– А что – случилось что-то? – невинным голосом спрашивал Паша посреди учиненного им разгрома.

– Пошли смотреть! – сказал Виталя мрачно. – Одна надежда – что ты никого не убил!

– Может, я тут пока посижу? – предложил струхнувший Паша.

– Пошли, водила! – зло сказал Виталя и выдернул слепого горемыку из-за руля.

– Я же говорил! – обрел наконец дар речи толстяк. – Я предупреждал, что добром не кончится!

Потрясенные случившимся пассажиры ответили ему гробовым молчанием.

– Всем спасибо, все свободны, – вздохнул толстяк и вышел из автобуса.

Следом потянулись и остальные пассажиры.

Увиденная ими картина учиненного разгрома впечатляла. От строительных вагончиков остались одни руины. Казалось, что автобус увяз в строительном мусоре, вываленном кем-то на дорогу то ли по преступной халатности, то ли по злому умыслу. И никто не мог понять, как им удалось уцелеть в этой мясорубке.

Примчался гаишник. Судя по его разъяренному виду и по тому, что он прибыл к месту дорожно-транспортного происшествия пешком, это именно его машину протаранил автобус пару минут назад.

– Совсем офонарели! – бесновался сержант. – Я вас всех закрою!

Остановилась проезжавшая по каким-то своим делам машина «Скорой помощи». Женщина-врач обеспокоенно спрашивала, требуется ли кому-нибудь помощь, и предлагала вызвать по рации дополнительные экипажи.

– Не нужно ничего! – злился сержант. – На них вон ни царапины нет ни на ком! Сюда не врачей нужно, а милицию!

Но женщина-врач все-таки исполнила свой долг, опросила пассажиров и даже всем дала успокоительное – чтобы снять стресс. Самый сильный стресс, как оказалось, испытали мужчины. Они просили увеличить им дозу успокоительного, быстро разобравшись, что антистрессовый препарат изготовлен на основе спирта. Врач понимающе улыбалась и не отказывала никому.

Тем временем место событий оцепили омоновцы, которые якобы случайно проезжали мимо, да вот пришлось им здесь подзадержаться. Мы предусмотрительно ввели их в игру, чтобы отсечь от места событий любопытствующих, число которых постепенно увеличивалось.

Оставшийся без машины гаишник ходил по развалинам строительных бытовок и качал головой, будто поражаясь тому, насколько разрушительная штука, оказывается, автобус, не хуже танка, если разобраться. Кто бы мог подумать!

– Да-а-а! – протянул гаишник мрачно. – Тут штрафом не отделаются! Или даже лишением, к примеру, прав! Тут уголовное дело! Гарантированно! С возмещением ущерба в полной мере и вообще! Иди сюда, красавец! Водила недоделанный! – пригласил он с недоброй палаческой улыбкой.

Никто к гаишнику не вышел.

– Кто за рулем был? Иди сюда, родимый! – снова пригласил гаишник. – Набедокурил – отвечай!

Пассажиры с беспокойством озирались.

– Где водитель? – спрашивал инспектор.

– А нет его! – ответил чей-то сильно удивленный голос.

А их действительно не было видно – ни Паши, ни Витали. Исчезли. Испарились.

– Как это – нет? – нахмурился инспектор.

– Нету! – клятвенно заверили его. – Сбежал, наверное!

– И один, и другой! – подсказали из толпы.

– В смысле? – подозрительно глянул инспектор. – Их сколько было?

– Двое.

– Два водителя на рейсовом автобусе? – засомневался инспектор. – Один везет от «Водного стадиона» до «Савеловской», а другой – в обратном как бы направлении? Сколько работаю – первый раз такое слышу. Или они вообще вдвоем одновременно за руль держались? – пошутил он несмешно. – А?! – вдруг обратился он к стоявшему ближе всех человеку, и тот вздрогнул от неожиданности.

– Нет, – сказал пассажир. – За рулем был один.

– Он здесь есть? – окинул толпу хищным взглядом инспектор, и толпа отшатнулась.

– Он сбежал, – сказал пассажир. – Нету его.

– А как он выглядит? – озабоченно спросил инспектор и доставал уже блокнотик, чтобы записать приметы оставившего место ДТП водителя.

– Он слепой, – сообщил пассажир.

– В смысле? – нахмурился инспектор и не стал ничего записывать в блокнот, ожидая разъяснений.

– Слепой, – повторил пассажир. – В очках и с тросточкой.

– С тросточкой? Он хромой, что ли?

– Да вроде нет, – сказал пассажир неуверенно.

– А тросточка тогда зачем?

– Я же говорю – слепой! Такая тросточка, знаете, с какими слепые ходят. Стук-стук по дороге, стук-стук, – пробормотал пассажир упавшим голосом.

– Вы хотите сказать, что он слепой натурально? – не поверил сержант.

– Да!

– И вот слепой… с тросточкой… сел за руль… и вас повез…

– Да!

– Шутки шутим, – догадался наконец инспектор. – А я очень даже не советую шуточки со мной шутить! Потому как не одного уже такого шутника я под статью подвел! За лжесвидетельство!

– Я же не лже! – испугался пассажир. – Я все, как было, вам сказал! Вот и товарищи подтвердят! – призвал он в свидетели остальных пассажиров.

Но никто не рвался подтверждать. Видеть-то они все видели, как дело было, а на словах история выглядела довольно диковатой, тут товарищ сержант был абсолютно прав. И если того слепого не найдут – тогда и вовсе непонятно, чем все закончится. Сегодня скажешь, что автобус вел слепой, а завтра загремишь за лжесвитедетельство на нары.

– Я в последний раз вас по-хорошему спрошу, – сказал инспектор пассажиру. – Что за человек был за рулем?

– Маленький, – пробормотал пассажир дрогнувшим голосом.

– Ростом маленький?

– Ага.

– Хорошо, дальше!

– Худенький такой…

– Дальше!

– С тросточкой, – продолжал пассажир, обмирая.

– Т-а-ак! – хмурился инспектор.

– В очочках, – через силу выдавливал из себя пассажир.

– В каких таких очочках? – на глазах мрачнел сержант.

– В черненьких, – отвечал его собеседник, чуть не плача, и озирался по сторонам, ища поддержки.

Толпа трусливо безмолвствовала.

– А чего же это он очочки такие нацепил? – ехидно уточнял инспектор.

– А слепой он потому что! – отчаянно выкрикнул пассажир.

Тут сержант вдруг что-то уловил, потянулся к собеседнику, втянул носом воздух и объявил обличающее:

– Да вы пьяны!

Он даже испытал облегчение, как могло показаться. Ему долго голову морочили, а оно вон что оказалось.

– Кто пьян?! Я?! – оскорбился пассажир.

– Вы! – подтвердил буднично сержант. – Или будете оспаривать?

– Я никогда!..

– Будете оспаривать, – догадался сержант. – Ну и напрасно, – попенял он, одновременно шаря по карманам своих форменных брюк. – У нас все по науке. Научный эксперимент. Лабораторные исследования как бы. В общем, будем в трубочку дышать.

И он действительно извлек из кармана стеклянную трубку, какими гаишники на дорогах проверяют водительскую трезвость.

– Я не хочу в трубочку! – трепыхнулся пассажир.

– А чего это мы так испугались? – дурашливо округлил глаза инспектор. – Значит, я был прав и гражданину есть чего бояться?

Слово «гражданин» на пассажира подействовало. Потому что как-то сразу вспоминалось про протокол, милицейский «обезьянник» и недозволенные методы ведения следствия.

– Хорошо! – передумал пассажир. – Я согласен!

– Сюда вот дуем сильно, – с невозмутимым видом инструктировал сержант. – И ежели в выдохе присутствуют пары алкоголя – этот вот порошочек в трубочке меняет цвет.

Пассажир послушно дунул в трубку. Порошок предательски позеленел.

– Все понятно, – констатировал сержант с видом человека, который ничего другого и не ждал. – А я и думаю, чего это водителей вдруг двое и один из них в тросточке и с очками. То есть, тьфу ты! В очках и с тросточкой, конечно.

– Но он и правда был слепой! – в отчаянии воскликнул пассажир. – Вот хоть кого спросите! – указал он на своих недавних попутчиков.

– Всех опросим, всех проверим, – сказал невозмутимо сержант. – А то, может, еще кому-то два водителя за одним рулем померещились.

И он достал из кармана целую горсть этих чертовых стеклянных трубочек, которых у него оказалось на удивление много.

– А вы, гражданин, проедете с нами, – сообщил он нетрезвому пассажиру голосом, не предвещающим ничего хорошего. – Для выяснения обстоятельств, так сказать.

Пассажир испугался. Все это видели. Таким образом, подготовительная работа не пропала даром. И увильнуть от освидетельствования на наличие паров алкоголя никто даже не пытался. Все дули в трубочки, и у всех результат был одинаков.

– Э-э-э, – протянул озадаченный сержант, наблюдая за результатами эксперимента. – Да что же это такое! Пьет страна! Еще только полдень, а уже ни одного трезвого!

– А у вас, наверное, трубочки бракованные! – трусливо вякнул кто-то.

– Это кто сказал? – грозно глянул сержант. – Тоже небось двоих водителей видел?