Александр Тамоников - Красная кнопка Страница 28

— Так запланировано.

— Но почему спецназ перебрасывают в поселок? У нас достаточно людей, подходили к концу боеприпасы, продовольствие, но завтра все «устаканится». Нам усиление, особенно при уничтожении одного отряда боевиков, не нужно. Нет, лишних сил, конечно, не бывает, но, по-моему, они больше пригодились бы в Алеппо.

— Это, Олег, не нам решать! Ты все понял?

— Да!

— С сего момента ты переходишь в мое подчинение.

— А с генералом Кордополовым это согласовано?

— Ты слышал когда-нибудь об Управлении спецмероприятий Министерства обороны?

— Конечно. Вы отменно поработали в Крыму.

— Ну, Крым — это семечки, там и делать-то особо ничего не пришлось. Так вот, командир отряда, в который входит моя группа, подчинен начальнику Управления, а тот, в свою очередь, лично президенту. Как думаешь, моему командиру сложно согласовать вопрос о твоем переподчинении?

— Я понял, — рассмеялся Зарубин. — Приказывай, командир!

— Приказ ты уже получил. Доклад мне после того, как будет проделан коридор.

— К какому времени надо его организовать?

— Чем раньше, тем лучше. И обозначить чем-нибудь, а то загремим на мины ополченцев.

— Не загремите, я лично проконтролирую этот вопрос. И встречу вас. Абидир, скорее всего, тоже пойдет со мной. Это же, Сережа, кардинальное изменение обстановки.

— Думаю, командир ополчения Эль-Рувана сначала пожелает узнать, когда прибудет первый борт, когда второй и так далее. Для него важно, чем он будет кормить женщин, стариков и детей, ну, а для ведения боевых действий есть ты. Ведь это благодаря тебе, как слышал, ополченцы практически без потерь отогнали атаку игиловцев с севера, в свою очередь понесших огромные для банды потери и в живой силе, и в технике?

— Ты преувеличиваешь мою роль. Ополченцы за время блокады научились воевать.

— Не скромничай. Но ладно, еще поговорим при встрече. А пока сообщай радостную весть командиру ополчения и за работу, майор Зарубин!

— Есть, товарищ майор Жилин!

— До связи!

— До связи!

Жилин отключил станцию.

То же самое сделал Зарубин, выставив режим дистанционного оповещения приема сигнала вызова. И тут же прошел в кабинет Абидира, где находился и его заместитель, Намир Бакри:

— Господа, товарищи, братья, у меня для вас прекрасная новость.

— Что за новость? — повернулся к нему командир ополчения.

— Завтра с утра российская транспортная авиация возобновит переброску в поселок продовольствия и боеприпасов. Воздушный мост восстановлен.

— А как же ПВО Курмани?

— У этого шакала больше нет ПВО.

— Ты это о чем, майор? — спросил Бакри.

— Пока мы здесь ломали головы, как растянуть продовольствие и избежать голода, из Хмеймима в район была выслана группа российского спецназа, на вертолете «Ми-8» с полным боекомплектом и под прикрытием «Ми-24», также под завязку вооруженным. Эта группа обнаружила место укрытия особой группы, а обнаружив, уничтожила ее, захватив и ЗСУ, и ПЗРК.

— Ничего себе! — проговорил Абидир. — А мы о спецназе ничего и не знали. Или, может, ты, майор, все же знал?

— Нет! Для меня это тоже сюрприз.

— Подобные операции должны проводиться в режиме строжайшей секретности, — поддержал советника Бакри. — И все же очень интересно, как русский спецназ вышел на особую команду?

— Как бы то ни было, — сказал Абидир, — у нас сегодня праздник, необходимо оповестить людей об этой радостной вести и посмотреть стадион, готово ли поле для приема груза. А то, может, уже завалили чем-нибудь, и мы окажемся не в состоянии принять груз. Этим займусь я, ты же, Бакри, проедешь по позициям, передашь всем ополченцам о том, что русские с нами, ну а ты, Олег, — повернулся Абидир к Зарубину, — поддерживай связь со своими. Все, что потребуется, мы сделаем. Я отдам приказ Арифу Кандилю ночью выслать группу саперов для организации прохода в минном поле и обозначении его. Хороший сегодня день, братья, не так ли?

Около 15.00 спутниковая станция командира группы спецназа «Байкал» сработала сигналом вызова. Связист сержант Сторский передал трубку Жилину:

— На связь вызывает какой-то майор Шамсер.

— Слушаю! — взял рубку Жилин.

— Это майор Али Шамсер, позывной Чинара, командир роты особого назначения сирийских ВС. Мой первый взвод под командованием капитана Мухтара Армани должен прибыть к вам для решения задачи по прорыву блокады Эль-Рувана с юга.

— Очень приятно, Али, я — майор Сергей Жилин.

— Это мне известно. Я направляю в район рощи три БМП-2.

— Где находишься сам, секрет?

— От вас? Никакого секрета. У населенного пункта, проще говоря, деревни Гуран, что в тридцати километрах на северо-восток от селения Зарбин, где дислоцируется восточный отряд шакала Курмани, под началом Давуда Насима, будь проклят весь его род!

— Встречались раньше?

— Эта тварь была уже у меня в руках, но «союзнички» американцы внезапно нанесли авиационный удар по нашим позициям, и Насим ушел.

— Американцы как-то объяснили свои действия?

— От них дождешься! Только то, что пилоты просто ошиблись.

— Подобные «ошибки» слишком уж часты у них.

— Так это же американцы. Им мир не нужен, им нужен постоянный хаос на Востоке.

— У деревни, где стоит рота, спокойно?

— Сюда еще не добрались кровавые щупальца ИГИЛ. Спокойно.

— Могу знать состав роты?

— С учетом того, что один взвод переброшен в Хмеймим, у меня сейчас два штурмовых взвода и специально сформированный противотанковый взвод.

— Это разумное решение — сформировать противотанковый взвод. Как раз в танках, пусть и старых, но надежных, как все старое, Курмани дефицита не испытывает.

— Мы сожжем все его танки.

— Не сомневаюсь. Во взводе гранатометы РПГ?

— Не только, РПГ в первом и втором отделениях, по пять гранатометчиков и пять помощников, на каждую трубу по десять выстрелов. Третье отделение вооружено пятью переносными противотанковыми комплексами «Корнет», по четыре управляемые ракеты на каждый. Всего двадцать ракет.

— «Корнеты» — это хорошо. Они в отличие от «Фагота», «Контура» и «Метиса» управляются не по проводам, а по лазерному лучу, и дальность стрельбы у «Корнета» высока, до пяти километров, по-моему?

— От ста до пяти тысяч метров, если стрелять днем, и от ста до трех тысяч пятисот — ночью.

— Отлично! Что у тебя с техникой?

— Пока получил шесть БМП-2, три из которых направил к тебе. — Офицеры незаметно перешли на «ты». Майор Шамсер свободно говорил на русском языке. — Ожидаю еще либо три БМП, либо БТР, обещали подбросить из Алеппо. Там техники много, стоит впустую, я имею в виду в частях и подразделениях, не участвующих в активных действиях. Думаю, уже завтра буду укомплектован техникой.

— Противотанковый взвод тоже разместился в бронированной технике?

— Нет, у него три «ГАЗ-66».

— Тебе дали старье?

— «Шишиги», как у вас называют эти, с моей точки зрения, весьма неплохие и проходимые машины, если исключить неудобства расположения рычага переключения передач, переброшены в Сирию с базы хранения. Они новые, годы выпуска, правда, давние, а так, опять-таки выражаясь языком российских военных, «нулевые».

— И где ты нахватался этих слов?

— Так мы три месяца на базе «Лесное» подготовку проходили. У инструкторов и нахватался.

— Ясно. У нас, по-моему, небольшая путаница.

— В чем? — спросил Шамсер.

— Один твой взвод подчинен мне, а как работать с тобой? Кто у кого будет в начальниках? И дело тут не в амбициях. Если к Эль-Рувану прислали роту особого назначения и для нее снимают технику с передовой, то не для учебных стрельбищ. Значит, предстоит серьезная работа. И вот тут очень важно централизованное управление.

— Согласен, но с этим разберемся. Я не имею ничего против твоего командования.

— Ладно, определимся. Ты знаешь, как выходить на меня, собирай технику, связь держим по необходимости в любое время, а с подчиняемостью ты прав, разберемся по ходу пьесы.

— Ну, тогда до связи?

— До связи!

Жилин отключил станцию, вернул трубку связисту, спросил у сержанта:

— Где у нас старший лейтенант Смирнов?

— Спит, товарищ майор. Он, Соболь и Строгин.

— Пусть отдыхают, вызови-ка ко мне заместителя.

— Есть!

Вскоре к холму подошел капитан Туренко:

— Звал, Сергей?

— Звал. Пикап видишь?

— Конечно.

— Сними с него пулемет и выбрось к чертовой матери, это теперь ненужная железяка, за руль Юрченко, в кузов пленных под охраной Гурьева, отвезти их к роще и передать Макарову.

— Дойдет ли пикап до рощи? — с сомнением покачал головой Туренко, поглаживая небритый подбородок.

— Не дойдет, пусть Юрченко увеличит радиус действия портативной связи и сообщит о проблеме майору Макарову. Тот снимет проблему. К вечеру бойцам быть здесь.