Когда Фемида безмолвствует - Ковалевский Александр Страница 2

«Угораздило же меня родиться в этой стране!» — сокрушался он темными вечерами в холодной квартире. Мысль навсегда покинуть родину все чаще посещала его, но как ее воплотить в жизнь, он пока не знал. Илоне было проще: вышла себе замуж и поминай как звали — ее дети и внуки будут уже гражданами благополучной Канады.

Одно время Андрей пытался учить английский, но, помучившись немного, понял, что все это чепуха: чтобы забыть о загаженном подъезде и соседях-алкоголиках, английский знать необязательно. Нужны деньги, очень много денег, и все проблемы разрешатся, как по мановению волшебной палочки. Хочешь домик в Швейцарских Альпах или «хатынку» на заокеанском побережье, как у Президента, — пожалуйста, только плати — и все у тебя будет! Вопрос лишь в том, где их взять, эти деньги? Ну не грабить же ему прохожих в темных подворотнях, с чего начинал свою трудовую биографию его дважды судимый кумир из брошюрки!

Заняться бизнесом? Купил подешевле, перепродал подороже, но для этого нужен хоть какой-то стартовый капитал, у него же ничего, кроме машины и квартиры, нет. Рисковое это дело — бизнес, когда в кармане ни гроша. Да и не лежала у Андрея душа к бизнесу. Ему хотелось разбогатеть сразу и без лишних хлопот. Ну, например, выиграть в казино или, на худой конец, удачно жениться. Была у него на примете одна знакомая еврейка, расписавшись с которой можно было выехать в солнечный Тель-Авив, но и этот вариант Андрей отверг с ходу. Он не был антисемитом, но и особых симпатий к евреям не испытывал.

Помимо евреев, имелась еще одна категория людей, которых он откровенно недолюбливал, — это гаишники. Его «Москвич» бдительные инспектора останавливали, правда, редко, а в последнее время на его колымагу и вовсе перестали обращать внимание. Он даже немного расстраивался из-за такого пренебрежения к его трудяге автомобилю со стороны блюстителей дорожного порядка. Один раз нахально проехал перед носом подпоясанного белой портупеей инспектора на красный свет светофора, но мордастый сержант в его сторону даже не посмотрел. Андрей сам дисциплинированно остановился и стал ждать справедливого возмездия, но сержанту было явно не до него: он с молодецким задором приветливо махал полосатым жезлом новенькому «Мерседесу», который аккуратно тронулся на зеленый…

Владельцы дорогих джипов, «мерсов» и «бумеров» были хозяевами не только на дорогах, но и в жизни. Андрей вглядывался в их самодовольные наглые лица и не мог понять, откуда у людей, не отягощенных интеллектом, вдруг появилось столько денег. Он ведет по шесть-семь уроков в день, таксует по ночам, а в результате еле сводит концы с концами, не имея никаких перспектив на будущее. Просматривая сериалы о красивой жизни современных бандитов, Андрей невольно представлял себя в окружении валютных девочек: его карманы распирают толстые пачки баксов, и он, швыряя деньги направо и налево, ужинает с девками в каком-нибудь шикарном ресторане, после чего ведет их всех в сауну. На этом его фантазии заканчивались. С такими доходами, как у него, можно позволить себе только дешевую проститутку с бесплатным приложением из букета венерических болезней. Андрей на путан не тратился и находил себе подруг из числа разведенок без особых претензий. Клялся в вечной любви, говорил, что ждал всю жизнь, только вот руку и сердце предлагать не торопился, неизменно ссылаясь на временные материальные затруднения. Как правило, у брошенных беспутными мужьями женщин на руках оставались сопливые дети, а какой ему интерес кормить чужого ребенка?..

Больше года никто у него не задерживался, и он, не обращая внимания на традиционные истерики, заламывание рук и вопли, что он кому-то там сломал жизнь, расставался с очередной пассией без сожаления.

Так продолжалось, пока он не познакомился с грациозно стройной платиновой блондинкой, которая оказалась мамой его ученицы Ани Василевской. Помнится, он еще удивился, что раньше не замечал эту красивую женщину с проницательным взглядом искрящихся незаурядным умом зеленых глаз. Обычно сердобольные мамаши осаждали его, особенно в конце четверти. Зоя Юрьевна Василевская за свою дочь никогда не просила, чем сразу вызвала у него невольное уважение. Она пришла на родительское собрание в строгом деловом костюме и ничем вроде бы не выделялась среди остальных женщин, но он сразу почувствовал, что в ней что-то есть.

Собрание закончилось, когда на улице уже было довольно темно. Андрей вызвался подвезти Василевскую домой, и она, не видя причин для отказа, согласилась. Он был рослым, крупным мужчиной с простоватым лицом и телом борца-тяжеловеса. Именно таким высоким, большим и сильным в ее преставлении и должен быть мужчина. Рядом с ним Зоя почувствовала себя маленькой и слабой, и просто нуждалась в провожающем.

Он доставил ее на своем «Москвиче» к самому подъезду, но на том их первый день знакомства и закончился. Ничего не добился Замятин и в последующие дни. Уверенный в своей неотразимости, он рассчитывал на легкую победу, но Зоя была совсем непохожа на тех дамочек, с которыми ему приходилось иметь дело. Он вообще не мог застать ее дома. Когда бы ни позвонил, трубку неизменно брала Аня, которая туманно отвечала, что мама на работе и когда вернется — неизвестно. Надоедать звонками было неудобно, и ему оставалось лишь гадать, что это за работа такая: уходит Зоя рано утром, возвращается поздно вечером и даже в выходные где-то пропадает, но расспрашивать Аню не решился. В классном журнале у него был записан адрес, по которому якобы работала Зоя, но указать название организации, рабочий телефон или хотя бы свою должность она почему-то не сочла нужным.

Вконец заинтригованный, он нашел эту загадочную организацию. Серая пятиэтажка со светящейся надписью на входе «МИЛИЦИЯ» произвела на него гнетущее впечатление, но раз уж приехал, отступать поздно. В райотдел его не пропустили, но постовой милиционер позвонил Василевской, и через пять минут она вышла к нему в форме капитана милиции. Андрей был сражен наповал. Вот уж никогда бы не подумал, что такая элегантная женщина может служить в милиции. В идеально подогнанной по фигуре форме Зоя выглядела так, словно только что сошла с обложки рекламного журнала международных авиалиний. Опытный покоритель женских сердец на этот раз сам стал жертвой.

Каждый вечер он теперь подъезжал к райотделу и терпеливо дожидался, когда капитан Василевская освободится. Зое было неловко из-за того, что он тратит на нее столько времени. Она с первых дней их знакомства поняла, что он ни умнее, ни искреннее, ни надежнее, ни красивее других мужчин, которые были в ее жизни, но отвадить его у нее не хватало решительности. Жалея своего назойливого поклонника, она тем самым давала ему повод на что-то надеяться.

Продолжая настойчиво за ней ухаживать, Андрей целый месяц покупал ей цветы, потратив на них почти всю зарплату, и в конце концов Зоя сдалась. Пышущий здоровьем физкультурник оказался неплохим любовником, и она стала встречаться с ним в его холоя тяцкой квартире, где отдавалась с неподдельной страстью, но после Гурного секса становилась подчеркнуто холодна и, зосодя, старательно избегала его взгляда. Замятин делал вид, что не замечает ее явного отчуждения, и надеялся, что когда-нибудь она будет полностью принадлежать ему. Он был уверен в том, что самый короткий путь завоевать сердце женщины — это почаще радовать ее дорогими подарками. Андрей же не мог купить своей даме даже скромное колечко. Стоит ли удивляться, что Зоя не испытывала к нему ответного чувства? О какой возвышенной любви можно говорить в его убогой берлоге? На кухне прочно обосновались колонии тараканов, и сколько Андрей ни пытался их вывести, тараканы были неистребимы, а в ванную вообще было стыдно зайти. Клеенка, которой он когда-то оклеил стены, почернела от въевшейся в нее плесени, из душа хлестало во все стороны, саму ванну давно пора было менять, как, впрочем, и остальную сантехнику, включая треснувший унитаз и проржавевшие трубы. Нищета, в которой приходилось жить, настолько угнетала Андрея, что предложи ему кто-нибудь ограбить банк, он, наверное, согласился бы не раздумывая…