Чингиз Абдуллаев - Последний синклит Страница 44

— На протяжении последних лет самыми великими и самыми известными экспертами считались мой английский коллега Мишель Доул и его французский собрат комиссар Дезире Брюлей, — торжественно произнес Симура.

— Вы могли бы назвать и свою фамилию, — пробормотал великодушный комиссар.

— Смыслом нашей жизни было служение людям и закону. Именно так, — подчеркнул Симура, — сначала людям и только потом закону. Мы помогали там, где могли помочь. Мы разоблачали там, где нужно было разоблачать. Мы проявляли милосердие там, где можно было проявить милосердие. И мы проявляли жестокость там, где она была необходима. Но нам много лет, мистер Дронго. Мы принадлежим уходящему тысячелетию. А вы — человек нового миллениума, нового века. Сегодня мы принимаем вас в наш клуб, объединивший самых известных экспертов всего мира.

Отныне вы всегда можете рассчитывать на нашу помощь, понимание и поддержку.

Отныне вы равный среди равных.

Впервые в жизни Дронго почувствовал, что не может ничего сказать.

Впервые в жизни он почувствовал, как глаза наполнились слезами, а горло перехватил непривычный спазм. Он хотел поблагодарить, хотел произнести какие-то слова, соответствующие данному моменту. И не мог. На него смотрели три пары мудрых и все понимающих глаз. Трое стариков стояли перед ним, и Дронго вдруг подумал, что сегодня он получает самую высшую награду в своей жизни, которую никто и никогда не сможет у него отобрать. Именно здесь, в Лондоне, на исходе тысячелетия, на исходе двадцатого века.

И тогда он внезапно понял, что именно он должен сделать. Он опустился на колени перед стоявшими напротив него людьми.

— Не равный, — сумел пробормотать Дронго, закусив губу, — нет, не равный. Я сделал столько ошибок в своей жизни!.. Я так ничему и не научился…

И он вдруг почувствовал, что может заплакать. Первый раз в жизни он может расплакаться счастливыми слезами. И впервые в жизни он по-настоящему счастлив. Трое мужчин, дружелюбно смотревших на него, улыбались, они хорошо понимали его состояние. Дронго почувствовал, как предательская влага наполняет его глаза. Ему было стыдно и приятно одновременно. Он стоял на коленях перед своими великими наставниками и беззвучно плакал, не стесняясь своих слез.

Потому что истинные мужчины редко плачут. А счастливыми слезами не плачет почти никто. И если такое случается хотя бы один раз в жизни мужчины, значит, его жизнь удалась. Даже если он и не эксперт по расследованиям.