Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн Страница 16

Ибрагим Асадович немного щурился под лучами утреннего морозного солнца. Тревожные мысли притихли.

Как только Мира подошла к нему, он распахнул массивную дверь.

– Добро пожаловать, – мягко произнёс Ибрагим Асадович, а затем неожиданно для себя заключил девушку в объятия. Мира интуитивно сжалась в комок, но не отстранилась.

– Спасибо, – смущённо пролепетала она, чувствуя неловкость.

– Иван, – твёрдый голос разлетелся по двору, – возьми мои вещи и закинь в машину. Через полчаса выезжаем в офис.

– Хорошо, босс! – прокричал Иван и направился в заднюю часть дома.

Мира вошла в прихожую и столкнулась лицом к лицу с Ниной. Женщина в белом фартуке с собранными в тугой пучок седыми волосами и с покрасневшими от волнения щеками вышла из кухни поприветствовать гостью, о которой накануне ей рассказал Иван. С присущей ей доброжелательной улыбкой она держала тарелку с шоколадными кексами. Женщина восхищённо оглядела девушку с ног до головы, на пару секунду потеряв дар речи. Поджав нижнюю губу, она шумно вздохнула, чувствуя, как в носу защипало и к глазам подступили нежданные слёзы.

Из-за спины Миры показался хозяин дома.

– Ибрагим Асадович, не удержалась, – пролепетала Нина, и её внимание вновь захватила гостья, в которой она разглядела Лейлу.

Слезы побежали по щекам Нины, губы задрожали, ощущая, как невероятное тепло окутало грудь. Боль вперемешку с радостью захватила нутро. Похожие чувства испытал и Ибрагим Асадович, когда заключил Миру в объятия, поэтому он прекрасно понимал столь эмоциональную реакцию женщины, что любила Лейлу не меньше его.

Сняв обувь и повесив зимнее пальто на вешалку, Мира представилась.

Манящий аромат шоколадных кексов захватил пространство прихожей, в животе у Миры заурчало, что вызвало у неё смущённую улыбку.

– Меня зовут Нина, – в ответ представилась женщина, переведя дыхание и по-прежнему не отрывая от Миры восхищённого взгляда. – Держи, моя девочка, – она протянула тарелку с кексами. – Хочу, чтобы ты попробовала сладкое. Пусть первый день в этом доме начнётся с приятных эмоций.

Мира благодарно кивнула и не раздумывая потянулась за шоколадным кексом.

– Боже, как вкусно…

Женщина довольно кивнула, смахнув с щеки радостные слезы.

– Проходи, и не забудь надеть тапочки. Хоть полы и с подогревом, но лучше не расхаживать босиком. Ибрагим Асадович, – она обратилась к мужчине, что не отрывал от них проницательного взгляда.

Если бы у него спросили, что он почувствовал в тот момент, когда Мира впервые вошла в дом, то честно признался бы в искренней радости. Казалось, время остановилось, и он полностью наслаждался одним из самых прекрасных моментов последних лет.

– Вы не позавтракали, может, хотя бы чашку кофе принести перед отъездом? А Мире… – Нина посмотрела на девушку.

– Чай, пожалуйста.

Походкой грациозного хомяка Нина направилась обратно в сторону кухни.

Мира с неподдельным интересом рассмотрела светлый холл, ведущий в разные комнаты.

Если бы её попросили тремя словами описать то, что открылось её взору, достаточно было бы сказать: «Дорого, со вкусом».

Идеально подобранная мебель под общий классический стиль интерьера, живые растения и неповторимый уют, который удалось сохранить в довольно просторном помещении – Мира пребывала в полном восторге, и это невозможно было скрыть.

– Пройдём в гостиную? – Ибрагим Асадович прошёл в коридор. – Нас ждут.

У большого камина в мягком кресле сидела Махира, её глаза поглядывали в сторону приоткрытой двери, из-за которой доносились голоса. Сердце в ожидании затрепетало в груди.

Привычная утренняя тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине, приобрела новые оттенки. Что-то изменилось в воздухе, даже сама душа отозвалась волнением в ожидании удивительной встречи. Несмотря на слабость и сильную боль во всём теле, новые ощущения коснулись израненного сердца Махиры, подарив ей давно забытое воодушевление.

Махира сидела на диване, укутавшись в тёплую шаль из овечьей шерсти с бежевой косынкой на голове. Бледность лица, тонкие сухие губы и полупрозрачная кожа говорили о её плохом самочувствии, но в тот момент, впервые за последние годы, ей удалось на пару минут забыть о своём тяжёлом состоянии.

Махира испытывала чувство приятного томления в груди.

Дверь открылась, и в комнату наконец вошёл Ибрагим Асадович. Следом показался хрупкий силуэт девушки, смущённо смотревшей в её сторону из-за плеча мужа.

Сердце сжалось, руки задрожали, а в груди вихрем всколыхнулась буря чувств, вытеснив боль и необъятную тоску.

Эмоции на тусклом лице женщины быстро сменяли друг друга.

Удивление.

Восхищение.

Любовь.

Они пронизывали Махиру насквозь. Ей не сразу удалось выйти из оцепенения и что-то произнести. Прикрыв уставшие тусклые глаза, она мысленно помолилась, поблагодарив Всевышнего за эту встречу.

Рука слабо сжала подлокотник дивана.

Красота Миры восхитила женщину. И дело было не только во внешности, которая напоминала погибшую дочь.

Утончённая фигура в платье цвета хаки с удлинёнными рукавами и кожаным поясом, идеально подчёркивавшим тонкую талию, шелковистые волнистые волосы, мягко спадавшие на плечи, отдавали янтарным оттенком на свету. А эти знакомые черты лица… Как-будто Лейла никуда не уходила и всегда была где-то поблизости, ожидая нужного момента для долгожданной встречи.

Ибрагим Асадович ринулся к жене, заметив, как та откинулась на спинку дивана, опустив лицо на грудь.

Попытка совладать с эмоциями не удалась, глаза Махиры налились слезами, а материнская грудь взорвалась рыданиями.

Этим утром, полчаса тому назад, Ибрагим сообщил ей, что взял на работу девушку по имени Мира, внешность которой «отдалено напоминала Лейлу». Но он утаил важную деталь – девушки были поразительно похожи.

Проглотив давящий комок в горле и уже не пытаясь остановить поток слёз, Махира уткнулась головой в плечо мужа, который сел рядом с ней, и сделала глубокий вдох, пытаясь заставить лёгкие работать в привычном ритме.

Ибрагим Асадович обхватил жену за плечи. Она коснулась его руки, и их пальцы переплелись воедино. То, что не удалось выразить словами, Махира передала через этот маленький жест.

Он всё понял.

Эмоции всполошили увядающий внутренний мир больной раком женщины, она рыдала в голос, высвобождая бездонное горе, годами копившееся в глубинах её сознания.

Мира растерянно смотрела на Ибрагима Асадовича. Он, обняв жену, молча выжидал, когда та успокоится.

Его лицо стало сдержаннее, глаза неестественно стеклянными. Он боролся с собой: видеть Махиру в таком состоянии было особенно невыносимо.

Не раздумывая, Мира подошла и присела по другую сторону от женщины. Ничего не сказав, она аккуратно коснулась холодных дрожащих рук женщины.

Раскрыв рот, Махира попыталась что-то сказать, но слова застыли на треснувших губах.

Этот момент объединил трёх человек, в воздухе застыло что-то необъяснимо прекрасное и глубокое, как будто свершилось то, что должно было произойти – Мира появилась в доме, в котором её ждали.

Лицо