Эшли Уивер - Смерть надевает маску Страница 23

Ивонна ненадолго умолкла, словно внимательно просматривая свою коллекцию слухов, и я чуть было не испугалась, уж не остановилась ли эта мельница. Однако миссис Роланд довольно быстро нашла, что искала:

– Я не слишком много знаю о мистере Фостере, – призналась она. – Спорт никогда меня особо не интересовал. Но он статный молодой человек. Припоминаю историю о какой-то девочке. У них была помолвка, если не ошибаюсь, а потом с ней случился несчастный случай, что ли, и вскоре они расстались. Девочка переехала в Калифорнию – ну вот какое-то такое нелепое место.

– Понятно. – Я не слышала этой истории; впрочем, коллекция Винельды включала номера только за последние несколько месяцев.

– Да, на балу так много интересных людей! Если бы только я могла туда попасть… – пожаловалась она, затем взяла со стола печенье и задумчиво откусила кусочек. – Меня, разумеется, не пригласили, но на этих балах приглашенных от силы половина, не больше, так что останавливать это меня не может… Наверное, пойду на следующий. Лорд Данмор ведь устраивает один за другим. В его семье все предавались излишествам. Отец его был тот еще развратник… Кажется, на этих выходных состоится еще один бал?

– Да, насколько я понимаю, он организует его, как и планировал.

– Я так и думала. Лорд Данмор не из тех, кто позволит трагедии помешать веселью. Ну, наверное, мне стоит туда прийти. А вы видели бриллиант? – спросила она неожиданно.

– Бриллиант Данморов? Нет.

– Это ожерелье его прабабушки, огромный индийский бриллиант, если не ошибаюсь. И мне невдомек, что хорошего в том, что он заперт от посторонних глаз. Я видела его однажды на матери лорда Данмора. Надо отдать камню должное, она была слишком невзрачна для такого украшения. О! – воскликнула Ивонна, поднося чашку к губам, а затем снова ставя на столик, – да ведь чай уже совсем остыл. Ума не приложу, как я могла это допустить!

Дом миссис Роланд я покинула немного усталой, и не покинула бы вовсе, если бы не пообещала подумать над тем, чтобы взять щенка из следующего приплода Вильгельмины – толстого пекинеса.

Моя собственная репутация почти не пострадала, и я получила довольно много информации. Правда, туман, окутывающий прошлое миссис Гармонд, оказался еще гуще, чем я ожидала.

Мне вспомнились слова миссис Баррингтон о том, что Джеймс Харкер всегда говорил, что не следовало бы. Мог ли он знать что-то лишнее о неуловимом мистере Гармонде?.. Я снова убедилась: по общему мнению, ребенок Вивьен был от Данмора. Могло ли доказательство обратного стать поводом для убийства? Возможно. Люди часто вживаются в маски.

Маски… Я снова задумалась. Совпадение ли, что мистер Харкер и мистер Фостер носили одинаковые маски? Я была уверена, что к настоящему моменту инспектор Джонс уже занимается этим вопросом. Немного сердило, что он до сих пор со мной не связался. Позвоню ему завтра и выясню, что же ему удалось разузнать.

Когда я вернулась домой, то сразу же дала Винельде еще один выходной. Мне требовалось много о чем подумать, и я решила, что лучше всего будет сделать это в тишине. Винельда и сама очень этого хотела – две подруги пригласили ее в кино, однако когда подошло время уходить, она вдруг засомневалась.

– У вас точно все в порядке, мадам? – спросила она с волнением. – Если скажете, я останусь.

– Спасибо, Винельда. Мне надо отдохнуть, вымоталась за сегодня.

Ночь без сна дала о себе знать. Как только горничная ушла, я решила прилечь на минутку. Каково же было мое удивление, когда я проснулась в полной темноте. Проспала гораздо больше, чем хотела.

Я поднялась и отправилась заваривать чай. Винельда оставила ужин, но я была не очень голодна. Вместо него я поджарила себе пару тостов и отправилась с ними в гостиную.

Я клевала тост и обдумывала все, что смогла узнать, – а это, пожалуй, не так уж и много. Ни у кого не было очевидного мотива для убийства. Все так или иначе вращалось вокруг кражи драгоценностей, но мне не верилось, чтобы кто-то из гостей настолько отчаянно нуждался, чтобы убить из-за браслета. Нет, здесь явно что-то большее. Что-то мы упустили, какая-то часть загадки еще не вышла на свет. Но какая? Я не знала, куда двигаться дальше.

Мои мысли прервал звук открывающейся двери.

– Винельда, это ты? – позвала я. Она вернулась раньше, чем я ожидала.

– И близко нет, – сказал Майло, входя в комнату.

От его внезапного появления мне стало не по себе. Я не была к этому готова и не знала, что делать. Я поставила чашку на столик, и та, к моему раздражению, брякнула о блюдце.

Если он и почувствовал, что пришел некстати, или же ощущал вину, то ничем этого не выдал.

– Справился с животным быстрее, чем думал. Великолепный скакун, но по темпераменту и с Ксерксом может соперничать, это уж точно. Оставил его Джоффри – уж он-то действительно умеет обращаться с лошадьми. Надо нам поехать в Торнкрест на выходных, не находишь?

Майло подошел к креслу и наклонился было меня поцеловать, но мой тон его остановил:

– Я чувствую запах ее духов на твоем плаще, Майло.

Наши глаза встретились, и я поняла: он знает, что я знаю. По комнате расходился приторный аромат роз, и я приходила во все большую ярость.

Я встала, не в силах больше сдерживать ее.

– Я спать. Спокойной ночи.

– Эймори…

– Спокойной ночи.

Я ушла, не оглядываясь, и Майло не пошел за мной вслед.

Глава 15

И снова я не могла заснуть, а наутро чувствовала себя гораздо хуже, чем когда ложилась. Отражение в зеркале говорило об этом без обиняков. Я была бледна, лицо вытянулось, и макияж не мог бы этого скрыть.

Я приняла душ, надела черный костюм от мадам Бруйяр и только после этого решительно покинула свою комнату, готовая встретиться с Майло, раз уж это неизбежно.

Мне не хотелось с ним столкнуться, да и шансы, что он до сих пор в постели, были довольно велики. К тому же он мог и покинуть квартиру. Вполне вероятно, он провел ночь в гостиной, но мог ведь и к мадмуазель Рено вернуться. В любом случае, я не собиралась от него прятаться.

Я села за столик и налила себе кофе. Мои руки нисколько не дрожали – было приятно это осознать. Аппетита у меня не имелось никакого, но не хотелось дать Винельде понять, что я расстроена. Впрочем, она уже почувствовала определенную неловкость, и вместо того чтобы завести свое обычное утреннее щебетание, молча возилась с бельевыми прищепками.

Через пару минут в комнату вошел Майло и сел прямо напротив. Мы оба молчали; атмосфера казалась очень напряженной. Он не был как всегда бесстрастен и выверял свои шаги, стараясь понять мое настроение.

– Эймори… – начал он наконец.

Не сводя глаз с кофейной чашки, я медленно покачала головой. Не хотелось с ним разговаривать, по крайней мере, не здесь и не сейчас. И не только из-за Винельды. Просто я еще не была готова.

Майло не стал давить, и уже за это я почувствовала благодарность. Я показательно принялась за еду, но разум мой был занят совершенно другими вещами: бесконечные вопросы, один за одним… Что я ему скажу? Да что тут вообще скажешь? Наше положение очерчено слишком четко; осталось только понять, куда двигаться из такой исходной точки.

– Не хочешь со мной прогуляться? – спросил он.

Похоже, притвориться, что я завтракаю, не удалось – Майло прекрасно видел, что я лишь двигаю еду по тарелке.

Впервые с того момента, как он вошел, я подняла на него взгляд. Его глаза были спокойны, в них ясно читалась уверенность. Как же отчаянно мне хотелось, чтобы он выглядел так не всегда…

Я сомневалась, идти с ним или нет. Минута над тарелкой, полной еды, не подготовила меня к этому, однако лучше всего было бы поскорее с этим закончить. В конце концов, на улице мы будем наедине. Любопытно, думает ли он, что на улице я скорее всего не решусь устраивать сцену? Ну, ему не стоит об этом волноваться – мне вовсе не хотелось ничего усложнять.

– Найду свой плащ, – сказала я.

В спальне я взяла шляпку, легкий плащ и перчатки, а после снова взглянула на себя в зеркало. Выглядела я гораздо спокойнее, чем мне казалось, – уже одно это вселяло уверенность.

Майло ждал в коридоре. Он помог мне с плащом, затем мы вышли из квартиры и спустились на лифте вниз. В полной тишине мы покинули здание.

На улице нас встретил холодный утренний воздух. Стояла прекрасная погода: легкий ветерок под щебетание птиц… Такие дни идеальны для влюбленных. Вот бы сегодня не было так хорошо… Тяжелые серые тучи подошли бы для нашей прогулки гораздо больше.

Неподалеку от нашего дома находился маленький парк, и мы молча пошли туда. Как же это все-таки удивительно: мы понимаем друг друга без слов в столь многих вещах, но совершенно разобщены в других.

Майло будто бы ждал, когда я заговорю, давал мне время для того, чтобы хорошо подумать над своими словами. Сейчас такая предупредительность причиняла боль.

– Не знаю, с чего мне удивляться, – произнесла я наконец, нарушая тишину. Голос мой звучал увереннее, чем я рассчитывала, и мне стало легко. – Не стоило. Наверное, мне нужно было этого ожидать. Но на деле фото меня шокировало.