Светлана Алешина - Крах по собственному желанию Страница 30

Костя беспомощно посмотрел на нас. Если бы я обладала определенными полномочиями, то обязательно отмазала бы Шилова от текущей работы, но Костя подчинялся совершенно другому руководству.

— А может быть, плюнуть на начальство? — неожиданно с досадой сказал он.

— Ты что, сдурел? — возмутился Павлик. — Тебе что, работать надоело? Да не переживай ты так! За это дело взялись серьезные люди.

— Это ты про нас, что ли, с Валеркой? — уточнила я.

— А про кого же еще? Вы уж обязательно до истины докопаетесь, из любой ситуации выход найдете!

— Только вот пока что все безуспешно, — вздохнув, напомнила я.

Павлик развел руками в стороны, но не стал ничего добавлять к своему оптимистическому замечанию. Шилов немного приободрился, услышав о том, что мы до сих помогаем Михалевой, значит, еще не все потеряно!

— Я договорился! Едем? — возбужденно выкрикнул Гурьев, вбегая к нам в кабинет, и добавил, увидев Шилова: — А ты что здесь ошиваешься? Тебя там начальство обыскалось! Я хотел попроситься ехать с тобой, но мне сказали, что ты на важном задании.

— Какое там важное! — буркнул Костя и вышел из кабинета.

— Ирина, ты готова? — спросил Валерий. — Мне не звонили?

— Готова, только тебе звонка не было, — ответила я.

— Полчаса уже прошло, — заметил Гурьев, и тут же раздался телефонный звонок.

— Это меня, — радостно бросился к телефону Валерий и схватил трубку.

Практически он молчал весь разговор, а затем, попрощавшись с собеседником, сказал:

— Ну и что я вам говорил? Гузанов пятнадцать лет назад сел в тюрьму на пять лет. На него было заведено уголовное дело за мошенничество. Что-то он там делал с машинами. Наверное, как обычно, перепродавал краденые автомобили или запчасти к ним. Кстати, он сел не один, а с напарником. А вот Богачева посадили за изнасилование малолетних на более длительный срок.

— Что? Он занимался такой мерзостью? — фыркнула я.

— Да, — подтвердил Валерка. — И провел в тюряге гораздо больше времени из-за того, что зарезал своего однокамерника. Так что к его сроку добавили еще десять лет.

— Как за убийство? — еще больше удивилась я.

— Понятное дело, — ухмыльнулся Павлик. — Его, наверное, после малолеток опускали по полной программе и довели до поножовщины.

Я была совершенно ошарашена этими новостями. Понятно, что у насильника и афериста не может быть никаких общих дел, значит, Гузанов не был знаком с Богачевым. И то, что оба сидели в тюрьме — это только совпадение. Надежда на то, что Богачев с Гузановым проходили по одному делу, улетучилась. Я, честно говоря, немного расстроилась, потому что теперь совершенно не знала, как продолжать расследование. Разрабатывать далее Богачева?.. Но Михалева исключала его причастность к взрыву дома Гузанова. А к убийству?.. Оставалась одна надежда на то, что что-то выяснится в офисе фирмы «Мобилайн» и сотрудники правоохранительных органов определят владельца оружия, из которого застрелен Гузанов.

Я взяла свою сумку, дала несколько советов Моршаковой, попрощалась со всеми в студии, и мы вышли на стоянку, где стояла «Газель» Михалыча. Видимо, у журналистов он не пользовался особым спросом, поэтому большее количество рабочего времени был свободен. С ним-то мы и отправились в офис компании «Мобилайн».

Водитель, весьма пасмурный сегодня, был погружен в свои проблемы и напряженно следил за дорогой. Оператор, которого снарядили вместе с нами, чуть ли не клевал носом. И только мы с Валерием чувствовали себя бодро.

Глава 12

Валерка развернул свое удостоверение перед охранником, который остановил нас на пороге офиса компании «Мобилайн». Молодой человек в камуфляже просмотрел наши удостоверения, сверил фотографии и кивнул нам: мол, проходите.

— Вы к кому хотели бы на прием? — вежливо поинтересовался он.

Валерка растерялся, потому что не знал, кто может дать ему информацию о том, как провел свой последний день жизни Гузанов, поэтому молчал. Мы стояли перед охранников втроем: я, Гурьев и оператор, которого пригласил Валерий.

— Хотелось бы к секретарю Виктора Анатольевича, — сказала я.

Охранник показал нам на кабинет Гузанова, к которому мы подошли. Дверь в него была приоткрыта, но мы не стали туда входить, так как услышали знакомый голос секретарши, которая с кем-то разговаривала по телефону.

— Да, Ленка, я тебе точно говорю… — Голос ее был взволнованным. — Да никто и не думал, что произойдет самое ужасное. Я, конечно, сразу просекла, что еще тот взрыв особняка шефа был не просто так, а теперь вообще все это… Ты телевизор смотрела? Видела его?.. Ужас! Я просто в шоке была!.. Что ты говоришь?.. Да я его видела за час до убийства! Представляешь, какой ужас? Вчера на работе долго сидел, ну и я вместе с ним. Он все какие-то бумаги подписывал, что-то делал в своем кабинете… Что? Нет, мы вышли не вместе. Он раньше уехал, а я дома только в двенадцать была. Ты же знаешь, что мне тут два шага. А сегодня с утра телевизор смотрю, а там такое показывают… Верка, ты не представляешь, что теперь будет! Как мы теперь без Виктора Анатольевича? Кошмар!

Секретарша Гузанова начала опять рассказывать о том, как ужасно был снят труп Гузанова и как сильно она испугалась, увидев эти кадры. Нам с Валеркой это уже было неинтересно, но зато теперь мы знали, что Виктор Анатольевич очень задержался на работе и поехал к тому болоту именно из офиса.

— Зайдем к ней? — неуверенно спросил шепотом Валерий.

Я кивнула, и мы вошли в приемную Гузанова. Секретарша испугалась такого вторжения, сразу же коротко попрощалась со своей телефонной собеседницей, положила трубку и удивленно посмотрела на нашу компанию. Учитывая то, что мы были у Гузанова на приеме только вчера, девушка должна бы была запомнить нас, но я ошибалась.

— Вы по какому вопросу? — смущенно спросила она, будто мы застукали ее на месте преступления, а не за разговором с подругой.

— Нам хотелось бы поговорить с вами, — сообщила я.

— Со мной? По какому вопросу? — еще больше испугалась секретарша. О цели нашего прихода она не догадывалась, судя по ее взгляду, даже заметив человека с камерой.

— По поводу убийства Виктора Анатольевича, — пояснил Валерий.

— А чем я могу вам помочь? — удивилась девушка и наконец поднялась со своего места.

— Вы же вчера сидели здесь до позднего вечера с шефом… — начал Гурьев, присев на край дивана в приемной.

— Откуда вам это известно?

— Какая разница? — не слишком тактично оборвал ее Валерий. — Дело-то все в том, что вы были, может быть, последним человеком, с которым разговаривал Виктор Анатольевич, кроме, пожалуй, убийцы.

— Нет, не последним, — поправила его девушка, стоя перед нами и не решаясь возвратиться на свое место. — Виктору Анатольевичу позвонили, и после этого звонка он сразу же вышел из кабинета, причем молча, даже не попрощавшись со мной. Больше я его не видела.

— Какого звонка? — насторожился Валерка. — Об этом подробнее, пожалуйста!

— А почему я должна перед вами отчитываться? — спохватилась секретарша, осознав, что разговаривает с совершенно незнакомыми людьми.

— Девушка, вы нам ничего не должны, — успокоила я ее. — Не волнуйтесь, мы не собираемся устраивать вам допрос с пристрастием. Просто нам нужно сделать репортаж по поводу смерти вашего начальника, и именно за этим мы пришли к вам.

— Вы журналисты? — догадалась девушка.

Я кивнула, но девушка все еще молчала, присматриваясь к нам.

— А вчера к Виктору Анатольевичу случайно не вы приходили? — настороженно спросила она, снизу вверх оглядывая меня, наконец-то вспомнив нас.

— Да, мы!

— Ой, простите, пожалуйста, — девушка смутилась. — А я вас совершенно не узнала. У меня память на лица не очень хорошая.

— Ничего страшного, — успокоила я ее, тут же напомнив: — Так что вы там говорили насчет звонка?

— Ах да, — спохватилась девушка и ненадолго задумалась, приложив пальчик ко лбу. — Виктору Анатольевичу вчера поздно вечером позвонил какой-то мужчина…

— В котором часу это было, вы точно не помните? — перебил ее Валерий.

— Точно не скажу, — смутилась секретарша. — Я на часы не смотрела, но, когда Виктор Анатольевич после этого звонка ушел, было где-то без двадцати одиннадцать. Я в это время тоже начала собираться домой.

— Времени как раз оставалось столько, чтобы доехать на своей машине до Сокурского тракта, — заметил Гурьев. — А кто ему звонил, не скажете?

— Не знаю, — ответила секретарша. — Позвонивший мужчина попросил к телефону Гузанова, я спросила, как его представить, а он ответил, что Виктор Анатольевич ждет его звонка, поэтому я сразу же переключила его на шефа.

— А голос вам не показался знакомым? — поинтересовалась я.

— Нет, я никогда не слышала этот голос, — уверенно ответила секретарша. — Не знаю я этого мужчину, а вот Виктор Анатольевич, по-видимому, с ним был знаком. Они разговаривали довольно долго, и сразу после того, как телефон у шефа отключился, он выбежал из кабинета.