Антон Леонтьев - Профессия – первая леди Страница 31

Что такого произошло в моей никчемной жизни? Отчего кто-то натравил на меня киллера? Я попытался вспомнить события последних дней. Смерть Драгушки Ковтун. Я обнаружил ее тело в галерее Стефана д’Орнэ. Вернее, никто не знал, что я обнаружил его. Мы с Заревласточкой смылись вовремя, как только поднялась паника. Других гостей допрашивала полиция, торжественный вечер был сорван.

Даже если так – связано ли это со смертью Заревласты и Утешана? И если да, то каким образом? Я не был поклонником детективов, моя стихия – фэнтези. Но не злобные же тролли или подлые гоблины преследуют меня?

С логическим мышлением у меня всегда были проблемы. В университете преподавательница логики поставила мне зачет после того, как я починил ей дома капающий кран. Ну, не только починил кран, а также уделил ей внимание иного рода. На прощание она сказала мне: «Димочка, используй свой талант нравиться стареющим женщинам, однако запомни – в логике ты не просто ноль, а величина отрицательная!» Но зачет я получил.

Что же мне делать? Решение я так и не принял, потому что заснул перед работающим телевизором. Меня разбудил пронзительный телефонный звонок. Я подскочил.

Очень немногие знают номер телефона в моей квартире, но они им никогда не пользуются – все равно я живу не здесь. Одновременно с этим запел мобильный. Кто может разыскивать меня?

Я живо натянул джинсы. В голове крутились фразы из передачи, которую недавно показывали по одному из каналов – на Западе жены выслеживают неверных мужей при помощи специальной программы, которая позволяет с точностью до десяти метров определить, где именно находится супруг – его место расположения засекается по мобильному телефону. Мужья говорят, что едут в командировку, а на самом деле посещают любовницу. И не подозревают, что их слова очень легко проверить!

Прочь отсюда! Не завтракая, я выкатился из квартиры, оставив мобильный телефон трезвонить на кровати. Все равно они вычислят, что у меня имеется хата, она записана на мое имя. Здесь мне делать нечего.

Я спустился кубарем по лестнице, отбежал от дома и, только оказавшись от него на почтительном расстоянии, замедлил шаг. При мне была сумка со сменой белья, туалетными принадлежностями, а также деньгами и драгоценностями, которые я позаимствовал у Заревласты. Надеюсь, она на меня не в обиде – все равно ей они больше не понадобятся.

До вечера я прошлялся по городу, закусил в бистро и все думал, что мне следует предпринять. Нечего впутывать родителей в эту историю. Они понятия не имеют, чем я занимаюсь в столице, гордятся своим старшим сыном, уверены, что я работаю на фирме юристом и делаю карьеру.

Вся проблема в том, что у меня нет друзей, к которым можно обратиться за помощью. Бывшие любовницы? Я им не нужен, к тому же все они чрезвычайно болтливые. Кто может приютить меня и при этом держать язык за зубами?

Ну конечно, Андрий! Как я мог забыть о милашке Андрюсике! Он будет рад моему визиту и еще больше тому, что я поселюсь у него.

Я познакомился с Андрием, когда выходил из ночного клуба, так и не найдя себе новую «мамочку». Мое внимание привлекла потасовка в проулке. Обычно я не вмешиваюсь в уличные драки, это может закончиться плачевно не только для изначальной жертвы, но и для всех, кто ей помогает.

Молодые бритоголовые личности, в которых нетрудно было угадать неонаци, спесиво именующих себя «герцословацкими патриотами», методично избивали кого-то, лежащего на асфальте. Один из них тащил железный прут, намереваясь размозжить голову несчастному.

Бросаться врукопашную на группку шакалов было верхом безумия. Поэтому я вытащил из кармана свисток (всегда ношу его на всякий случай), дунул в него и заорал дурашливо:

– Пацаны, менты!

Мой вопль возымел нужный эффект, молодчики, топоча толстыми резиновыми подошвами, разбежались. Я подошел к тому, кто лежал на асфальте в луже крови.

Так я и познакомился с Андрием. Хулиганье успело сломать ему несколько ребер, но Андрюсика более всего беспокоило другое. Он прошептал, когда я помог ему подняться:

– Боже, что с моим лицом? Надеюсь, шрамов нет?

Андрюсик предпочитал мужской пол, чем и вызвал бешеную реакцию на свою персону у бритоголовых. Они заметили его аффектированную речь, шубку из розового меха и подведенные глазки и то, что он обнимал молодого человека. Спутник Андрия ретировался, едва заметил интерес бритоголовых – вскочил в свой джип и был таков, оставив беднягу на расправу полудюжине амбалов.

Не мог же я бросить Андрия на улице? Он, как и я, зарабатывал деньги, цепляя в клубах и на дискотеках покровителей – только у меня это были женщины, а у него мужчины. Я привел его к себе на квартиру и вызвал «Скорую».

– Ты – мой ангел-хранитель, – кокетливо заметил Андрюсик. – Я обязан тебе жизнью!

Андрий был чрезвычайно мне благодарен и после своего окончательного выздоровления устроил прием в мою честь. Кажется, во время этого шумного празднества в шикарной квартире Андрюсика (я убедился, что он зарабатывает куда больше моего) единственным практикующим гетеросексуалом был я. Андрюсик бросался мне на шею, провозглашал один тост за другим в мою честь, а под конец признался, что я ему очень даже нравлюсь.

Мне пришлось объяснить ему, что объект моего вожделения – женщины. Он надул губы и сказал:

– О, это легко поправимо, Дусик! Может, ты все же хочешь попробовать?

Бедняжка никак не мог взять в толк, почему это я так упорно отнекиваюсь. Мы остались хорошими друзьями, Андрюсик никогда не забывал поздравить меня с днем рождения, регулярно звонил и жаловался на свою несчастную «голубую» жизнь. Сначала эта дружба казалась мне странной, потом я привык к Андрию и его эскападам.

Благодаря одному из своих любовников, главному редактору известного глянцевого журнала, Андрюсик начал карьеру манекенщика и фотомодели и весьма в этом преуспел. Его приглашали на съемки в Париж и Милан, и он, щебеча, рассказывал мне, что в Нью-Йорке познакомился с самим Полем-Анри Годо, одним из столпов мировой моды.

– Представь только, Дусик, мы провели с ним такую умопомрачительную неделю на его яхте! О, это было что-то! Поль женат, но время от времени ему хочется сексуальных приключений. Он обещал, что я буду представлять его новую коллекцию! Я стану знаменитым!

Мечтам Андрюсика не суждено было сбыться – Годо застрелили на вилле в Малибу, и показ коллекции отменили. Андрий рыдал над портретом своего любовника, а еще больше, когда узнал, что тот ничего ему не оставил. Впрочем, Годо и его семейка оказались из рук вон плохими менеджерами, и после смерти известного модельера его концерн быстро обанкротился.

Андрий был именно тем человеком, который поможет мне. Несмотря на то, что он часами говорит по телефону (иногда параллельно по двум), я могу рассчитывать на то, что он не проболтается о моих неприятностях. Те, кому я перешел дорогу, в том числе и бесцветный киллер в черном костюме, будут искать меня у моих многочисленных любовниц. Они и представить себе не могут, что я нашел приют у гея Андрюсика!

Я купил телефонную карту и из будки позвонил ему. Дома его не было, жеманный голос посоветовал мне оставить сообщение на автоответчике, я набрал номер его мобильного. Вообще-то Андрюсик меняет мобильные каждые два месяца. Мне повезло – на двадцатом гудке я услышал его недовольный голос:

– Ну да?

– Андрий, – произнес я, – мне требуется твоя помощь. Расскажу все потом. Мне нужно переждать бурю, я могу рассчитывать на тебя?

– Ну конечно, милый, – тон Андрюсика мгновенно переменился. Я с унынием подумал, что он все еще лелеет мечту уложить меня к себе в постель. – Я сейчас немного занят, хи-хи-хи… У нас фотосессия… Ой, глупыш, ну что же ты делаешь!

Последняя фраза была адресована явно не мне. Пришлось немного подождать, пока Андрюсик снова вернется к разговору со мной.

– Подъезжай через часик-полтора ко мне в «Авалон». Я буду рад увидеть тебя, сладкий мой. Можешь оставаться сколько хочешь! Хоть на все время! Ай, ну мне же щекотно!

Андрюсик отключился. Что же, я затаюсь на какое-то время у него и посмотрю, как будут развиваться события.

Ровно через полтора часа я оказался перед элитным жилым комплексом «Авалон». Светлокирпичные башни небоскребов вздымались ввысь у самой воды, Андрюсику принадлежал эксклюзивный пентхауз на последнем этаже. Я и представить себе не мог, во сколько ему обошлась это квартирка. Точнее, не ему, а одному из его ухажеров.

Я задумался: мне в подарок досталась крошечная однокомнатная хибарка, а Андрюсику – апартаменты с потрясающим видом на Экарест-реку с мини-бассейном, зимним садом и личным лифтом. Может, настала пора переквалифицироваться в «голубые»?

Дальше ворот охрана меня не пустила. Мне было ясно сказано, что «Андрия Славиборовича дома нету». Я попрыгал около шлагбаума битых сорок минут, затем с трудом разыскал телефонную будку, в которой наличествовала трубка, позвонил Андрюсику на мобильный. Занято!