Алена Винтер - Одна ночь без сна, или Пожар в крови Страница 32

– Как все прошло? – обеспокоенный Алекс встретил ее на пороге. – Почему задержалась?

– Все в порядке, – резко ответила Полина, но тут же смягчилась. – Не волнуйся, все хорошо. Колье у меня.

– Покажи, – потребовал Конрад.

– Вы что, пьяны? – насторожилась Полина и рассмеялась, заметив неровную походку Конрада и плутовато-бегающий взгляд брата. – Ужас! Терпеть не могу твою нетрезвую рожу!

– А когда-то сама пила, – начал Алекс, но замолчал, громко икнув.

Полина удрученно покачала головой, подошла к кровати и положила на нее футляр.

– Вот и «Слеза», – сказала она, открыв коробку.

Длинная цепь из нежно-голубых сапфиров, изящно запаянных в белое золото, лежала на черном бархате. Конрад и Алекс с изумлением в глазах разглядывали ее, не в состоянии произнести ни слова.

– Никогда не видел такой красоты, – наконец проговорил Конрад, дотронувшись пальцами до огромного сапфира, который лежал на небольшом возвышении. – Сколько в нем карат?

– Почти триста, – ответила Полина.

Конрад выругался и прикоснулся к красным от возбуждения щекам.

– Цвет, как глаза у Тони, – отозвался Алекс и нахмурился от громкого смеха.

– Поэт, – засмеялась Полина. – Но ты прав. Ее глаза такие же синие и чистые, как «Слеза».

– Примерь, – неожиданно попросил Конрад и, не дожидаясь согласия, вытащил колье из футляра и приложил к груди Полины.

Она подошла к зеркалу и прикрыла глаза, представляя, что «Слеза» принадлежит только ей. Потом дотронулась пальцами до гладких камней и отдернула руку.

– Я не смогу провезти его в Россию, – сказала она. – Таможенники не выпустят без документов. Как поступим?

Конрад почесал затылок и пожал плечами.

– Пропили всю фантазию? – улыбнулась Полина и посмотрела на брата, который не отводил взгляда от колье. – Вот что, Алекс! – Она бросила ему в руки «Слезу». – Звони послу и узнай, не летит ли на родину с миссией кто-нибудь из дипломатов. А еще лучше – фрахтуй самолет, а я предложу госпоже Чрезвычайного и Полномочного провести шикарные выходные в Москве.

– Отличная идея, – согласился Конрад. – С ее иммунитетом вас не будут досматривать.

Полина хлопнула в ладоши перед лицом Алекса, летающего где-то в облаках.

– Эй, Ромео! Завтра избавимся от колье и – свобода!

Глава 14

– Зина, аккуратнее! Не игрушку в руках держишь, а сорок миллионов.

– И что страшного с ним случится? – спросила Зина, кривляясь как мартышка, и прикладывая колье ко всем частям тела. – Напомню, что им двух баб задушили и при этом оно не порвалось.

– Только одну, – Полина забрала колье и положила его в футляр. – Остальных задушили руками.

– Зануда, – процедила Зина и упала на диван. – Сорок миллионов, – завороженно прошептала она, приложив руки к груди. – Мама дорогая!

Полина провела пальцами по бархатной поверхности и бросила встревоженный взгляд на Алекса, который за последние полчаса не проронил и слова.

– О чем думаешь? – спросила она. – Или, выражусь точнее, о ком?

– Не о ней, – отозвался Алекс. – О Фредди и Юлике.

Полина задумчиво выглянула в окно.

– Надоели мне эти зажравшиеся уроды, – сказала она.

– Большинство наших клиентов такие, – Алекс усмехнулся, повернувшись к Зине, которая с блаженным лицом медитировала на диване, повторяя цифру «сорок».

– Но остальные не прижимают нас к стенке, не угрожают и не требуют невозможного, – ответила Полина и вздохнула. – Как же я устала! Ночью не смогла сомкнуть глаз, думала лишь о том, как поступить правильно.

– «Правильно, ошибочно», – послышался голос Зины. – Забудьте об этом. Делайте то, что считаете нужным. Не думайте о последствиях, не давайте оценку своим действиям. Это сбивает с толку и мешает принять решение. Лучше послушайте меня.

Алекс улыбнулся. По опыту он знал, что Зина не станет советовать пустое, ибо женщина отличалась разумностью и умением с легкостью «раскладывать по полочкам» то, на что остальным пришлось бы потратить массу времени. Зина восхищала Алекса своими аналитическими способностями, именно поэтому он весь обратился в слух и Полине приказал замолчать, так как та уже открыла рот, намереваясь прикрикнуть на подругу.

– Говори, Зинуля, – попросил он.

– Нужно столкнуть их лбами.

– Как?! – прокричала Полина, взмахнув руками, демонстрируя беспомощность.

– Тоже мне, комбинатор, – презрительно усмехнулась Зина, поднялась с дивана и остановилась перед Полиной. – Звони Воскресову и назначай встречу. А Алекс пусть вызовет в Москву Ломана. Будь уверена, Фредди на папенькином самолете уже через пять часов будет здесь. Встретитесь в одном месте.

– Понятно, – щеки Полины стали розовыми от смущения из-за того, что самостоятельно не удалось прийти к такому простому решению. – В этом случае ни один из нас не проиграет, так как получится, что мы с Алексом пришли к финишу одновременно. Зина, ты – гений!

– Разумеется, – женщина жеманным движением поправила гладкие шоколадные пряди, лежащие на плечах. – Странно, что ты поняла это только сейчас.

Послав подруге воздушный поцелуй, Полина потянулась к телефону.

– Завтра в двенадцать, – сказала она, обращаясь к брату.

– Где? – спросил Алекс, уже взяв в руки свой мобильный, и кивнул, когда Полина назвала адрес ресторана, в котором состоялась ее последняя встреча с Воскресовым. – Добрый день, мистер Ломан…

Полина была уверена, что Воскресов опоздает и на этот раз, однако Юлик удивил ее, прибыв вовремя. Вальяжным шагом, никого не замечая вокруг, он прошелся между столиков и присел на низкий диванчик напротив Полины, делая вид, будто не видит женщину. «Ну что за свинья!» – внутренне возмутилась Полина, но очаровательно улыбнулась, протянув руку.

– Добрый день, Юлиан Дмитриевич.

Пальцы Юлиана были теплыми и мягкими в отличие от колючего, резкого взгляда. Он долго не хотел выпускать руку Полины из своей, отчего она вдруг испытала неловкость и попробовала освободиться, но хватка была крепкой.

– По руке человека можно многое сказать о его характере, – отвлеченно произнес Юлиан, повернул руку Полину ладошкой вверх и пристально в нее всмотрелся. – Например, у вас рука огня. Прямоугольная ладонь, что говорит об эмоциональности. Пальцы короткие – намек на нетерпеливость. Кожа горячая на ощупь – и это характеризует вас, как пылкую личность. Люди огня любят перемены и работу, в которой могут проявить инициативу. Они амбициозны, обладают острым умом, но не постоянны, потому что подвержены эмоциям. Да, чувственность, похоже, ваше самое слабое место, – Юлиан резко отпустил руку Полины и оперся о спинку дивана. – Надеюсь, не ошибся?

– Увлекаетесь хирософией?[14] – Полина, неловко потирая пальцы, удивилась тому, как точно он описал некоторые черты ее характера. – Не ожидала. А у вас какая рука?

– Рука власти, – самодовольно усмехнулся Юлиан. – Умеющая награждать и наказывать.

– Такой нет, – Полина копировала взгляд Воскресова, что очень ему не понравилось. – Знаю только руку воздуха, земли и воды.

– Вы любознательны. Это похвально. Но сейчас меня не интересуют ваши оккультные познания, хотелось бы поговорить о других интересных вещах. Как я понимаю, колье у вас?

Взгляд Юлиана загорелся, сделав сухое лицо привлекательным. Сейчас он выглядел страстным и воодушевленным, как ребенок, который вот-вот должен развернуть коробку с подарком. Он весь в предвкушении, чувства обострены, тело дрожит от предстоящего удовольствия – жаль только, что его ожидания не оправдаются и подарок окажется не таким ярким, как того хочется.

– Вы тянете время, дорогая, – Юлиан прикусил губу. – Интригуете!

Полина нежно улыбнулась ему и посмотрела поверх головы, заметив приближающегося к их столику Фредди Ломана. Значит, через несколько мгновений в зале появится Алекс. Они заранее отрепетировали выход каждого актера на сцену, чтобы придать атмосфере эффект неожиданности и тем самым лишить Ломана и Воскресова преимущества, которым, по их мнению, они обладали. В то же время Полина нервничала, боясь, что все пойдет не так, как они с братом запланировали. В этом случае придется импровизировать на ходу, чего Полина откровенно боялась, так как никогда не была сильна в создании чего-нибудь интересного в момент его исполнения.

– Юлька! – пискляво воскликнул Ломан. – Вот так встреча!

– Альфред, старина, присаживайся, – тихим голосом, в котором слышалась злоба, сказал Воскресов, похлопав по дивану рукой. – Не ожидал увидеть тебя здесь. Когда прилетел?

– Утром.

Только сейчас Ломан повернулся к Полине и слегка кивнул, видимо, считал, что подобная форма приветствия является приемлемой.

– Мадам Матуа, – он свысока посмотрел на женщину. – Прекрасно выглядите.

– Благодарю, – сухо ответила Полина, отсчитывая про себя секунды до момента появления Алекса.