Честное предупреждение - Майкл Коннелли Страница 32

— Я думала об этом, — подхватила Эмили. — Опять же, пока ждала Джека, я искала хоть что-нибудь на Ортона и нашла одно упоминание в годовом отчете корпорации «Рэксфорд». Он член совета директоров.

— Чем занимается «Рэксфорд»? — спросил я.

— В основном мужскими средствами для волос, — пояснила Эмили. — С упором на алопецию — облысение. Эта проблема растет у обоих полов, и ожидается, что через пять лет объем рынка достигнет четырех миллиардов долларов.

— Ортон пытается найти лекарство, — догадался я.

— Я тоже так думаю, — кивнула Эмили. — Если он откроет или создаст генетическую терапию, которая излечит облысение или хотя бы замедлит его, представьте, сколько это будет стоить. Он в совете «Рэксфорд», потому что компания финансирует его исследования, и это может стать нашим пропуском внутрь.

— Скажем, что пишем про выпадение волос? — спросил я.

— Мы идем по следу денег, — сказала Эмили. — Миллиарды тратятся каждый год, а лекарства нет — пока нет. Заходим с потребительского угла: сколько из этих процедур бесполезны и как далеко мы продвинулись в генетическом лечении? Сыграем на эго Ортона, скажем: «Мы слышали, что если кто-то и совершит прорыв, то это вы».

План был хорош, единственное, что его портило — додумался до него не я. Я промолчал, и Майрон посмотрел на меня.

— Что думаешь, Джек? — спросил он.

— Ну, исследования алопеции для меня новость, — ответил я. — Джейсон Хван говорил, что Ортон изучает зависимости и склонность к риску. Облысение не связано ни с тем, ни с другим — насколько мне известно.

— Так эти ученые и работают, — возразила Эмили. — Они садятся на шею «Биг Фарме», чтобы проводить исследования в одной области, а на эти деньги финансируют свои настоящие интересы. «Рэксфорд» платит за то, что нужно им, но попутно оплачивает то, что хочет Ортон.

Я кивнул.

— Тогда это хорошая идея, — согласился я. — Это наш входной билет. Может, сначала зайти через «Рэксфорд». Пусть их пиарщики всё устроят, тогда Ортону будет сложнее отказать — особенно если у него там рыльце в пушку.

— Отличная мысль, — сказала Эмили. — Я…

— Я позвоню первым делом с утра, — перебил я. — Постараюсь всё устроить.

— Скажи им, что на интервью будет двое, — вмешался Майрон.

— В смысле? — не понял я.

— Я хочу, чтобы вы поехали туда вдвоем, — отрезал Майрон.

— Я и сам справлюсь, — возразил я.

— Уверен, что справишься, — сказал Майрон. — Но в целях безопасности я хочу, чтобы поехали оба. Эмили, возьми «Кэнон», будешь делать снимки.

— Я не фотограф, — запротестовала Эмили.

— Просто возьми камеру, — настоял Майрон.

— А как насчет полиции Анахайма? — спросила Эмили. — Хочешь, чтобы мы и там работали в паре?

— Я собирался поехать туда завтра, — сказал я. — Найду детектива Дига.

Эмили промолчала. Я ожидал протеста, заявлений о том, что это ее зацепка, но она не стала спорить.

— Ладно, хорошо, поезжай ты, Джек, — разрешил Майрон. — Но послушайте, я не хочу, чтобы это превратилось в соревнование. Работайте вместе. Я бросаю на это половину нашего штата. Мы не можем терять время. Узнайте, есть ли там что-то стоящее, и если нет — сворачиваемся и переходим к следующей теме.

— Поняла, — сказала Эмили.

— Хорошо, — буркнул я.

Встреча закончилась, и мы вернулись на свои рабочие места. Первым делом я позвонил в полицейское управление Анахайма, пытаясь выйти на Дига. Это оказалось проще простого. Я попросил соединить с отделом детективов и спросил у ответившей женщины:

— Могу я поговорить с Дигом?

— Сожалею, детектив Руис ушел домой. Что-то передать?

— Нет, всё в порядке. Он будет завтра на работе?

— Будет, но он весь день в суде. Хотите оставить сообщение?

— Нет, думаю, я встречусь с ним в здании суда. Это по делу об изнасиловании? — Я сделал обоснованное предположение, зная, что Руис вел дело Джейн Доу и Ортона.

— Да, Исайя Гэмбл. Кто его спрашивал?

— Неважно. Я увижу его там завтра. Спасибо.

Повесив трубку, я открыл сайт окружной прокуратуры и вбил имя «Исайя Гэмбл» в окно поиска. Это привело меня к выписке по делу — похищение и изнасилование — и номеру зала в суде Санта-Ана, куда оно было назначено. К утру я буду во всеоружии.

Я записывал информацию в блокнот, когда меня прервало сообщение от Рэйчел Уоллинг.

«Хочешь выпить сегодня вечером?»

Это было неожиданно. Я свалился ей на голову без предупреждения впервые за год, а на следующий день она хочет выпить. Я не стал медлить с ответом.

«Конечно. Где? Во сколько?»

Я ждал, но мгновенного ответа не последовало. Я начал собираться, запихивая в рюкзак всё, что могло пригодиться завтра в округе Ориндж. Я уже собирался встать и уйти, когда пришел ответ от Рэйчел.

«Я в Вэлли. Могу встретиться сейчас или позже. Как насчет того места, где ты встречался с Кристиной? Хочу на него посмотреть».

Я уставился на экран телефона. Я знал, что она имеет в виду «Мистраль». Это казалось немного странным, но, возможно, встреча сулила нечто большее, чем просто выпивку. Может, Рэйчел передумала насчет моего предложения. Я отправил ей название и адрес, добавив, что уже выезжаю.

По пути к выходу я прошел мимо кубикла Эмили Этуотер. Она оторвалась от экрана.

— Я нашел Дига, — сказал я. — Его фамилия Руис. Завтра он весь день в суде по другому делу.

— Идеально, — сказала Эмили. — Сможешь перехватить его там.

— Ага, я так и подумал. И еще, хотел извиниться, если веду себя как кретин.

— Нет, всё нормально. Это твоя история. Я понимаю.

Я кивнул.

— Спасибо за понимание, — сказал я. — Так что, если хочешь поехать со мной искать Руиса, я не против. Это была твоя наводка.

— Нет, я лучше останусь здесь, — отказалась она. — Я тут подумала: пока ты будешь этим заниматься, я посмотрю, что можно вытянуть из федералов. Начну с Управления по санитарному надзору.

— Они этим не занимаются, — возразил я. — Они всё еще на стадии «обдумывания» мер.

— Да, но нам нужно зафиксировать это официально и спросить, почему так происходит и когда всё изменится. Правительство отстает от реальности, и это важная часть истории.

— Верно.

— Так что я займусь этим, а ты езжай в округ Ориндж.

— Я попробую договориться с Ортоном через пиарщиков «Рэксфорд». Дам знать.

Она улыбнулась. Почему-то это заставило меня подумать, что я всё