Ксения Любимова - Пуаро должен умереть Страница 34

– Уважаемые гости! Сегодня на ужин вас ожидают: запеченный картофель с луком, сыром и сметаной, кулебяка мясная, лазанья с шампиньонами, кальмары в кляре. А на десерт клубничное мороженое, блины с вишневым джемом и сливочный десерт.

Богдан и Лада одновременно застонали.

– Какое счастье! – протянул он, закатывая глаза.

– И кто придумывает подобное меню? – прошептала Лада, кладя руку на талию. – Я и так уже прибавила три килограмма.

– Не хочешь, не ешь, – заметил Семен, с воодушевлением глядя на тарелки, выгружаемые Амритой. – А я просто тащусь от такого сервиса.

– Дело не в том, что мне не нравится меню. Я жутко хочу все это съесть, но просто не в состоянии, – вздохнула Лада. – Лучше бы не готовили такого разнообразия. Чтобы не было искушения.

– Воспитывай в себе силу воли, – сказал Григорий, принимая тарелку с картошкой. – Или ешь и не стони. Не порти людям аппетит!

Лада обиженно замолчала. Мариша исподтишка наблюдала за гостями. Каждый наслаждался едой и не обращал на других никакого внимания. А вот Авдотья едва ковыряла в тарелке. Было непонятно, то ли у нее нет настроения, то ли потеряла аппетит.

– Что с Авдотьей? – шепотом спросила Мариша у сыщика.

Тот пожал плечами.

– Старость – не радость, – заметил он, поглощая кулебяку.

– Да нет, тут дело в другом, – влез Андрей. – Сын у нее в тюрьме, она переживает.

– А… – протянула Мариша. – А ты откуда знаешь?

– Лада сообщила. Мы говорили о гостях, и я сказал, что Авдотья ведет себя слишком вызывающе. На что Лада мне ответила, что у той нелегкая судьба. Муж умер, сестры тоже, а единственный сын, которого она очень любит, сидит в тюрьме. В общем, она пытается забыться и просто отдохнуть.

– Понятно. Все это очень грустно. Жаль бабулю.

Мариша замолчала и полностью отдалась поглощению пищи. Время от времени она поглядывала на отдыхающих, но каких-то изменений в их настроении не заметила. Либо убийца был хорошим актером, либо его нет среди них. Хотя оставался и третий вариант. Преступник или Тимур, или Андрей. Они в курсе ситуации, поэтому ведут себя вполне естественно.

Мариша попыталась настроиться на них. Ей было важно понять, что она чувствует по отношению к ним. Виновны ли они? Как связаны с убитыми? К сожалению, понять свои ощущения Мариша не смогла. Нужно было научиться отвлекаться от ситуации и смотреть на нее со стороны. Она же пропускает все через себя. Потому и не может поймать волну ни Тимура, ни Андрея.

Ужин закончился, но народ не торопился расходиться. Все оживленно переговаривались. К Эрику подсел Тимур. Он был чем-то недоволен и постоянно хмурился.

– Можно с вами поговорить? – спросил он.

– Да. А в чем дело? – поинтересовался сыщик.

– Дело в том, что у меня возникли некоторые сомнения по поводу времени смерти Виталия.

– Какие? – Эрик тут же стал серьезным.

– Мы с Константином Сергеевичем немного разошлись во мнениях по этому вопросу. Он считает, что убийство произошло с половины одиннадцатого до двенадцати, а я считаю, что это время нужно передвинуть еще на полчаса вперед. Я склоняюсь к тому, что Виталий мог умереть и в десять часов утра.

– Так, так, занятно! – сыщик постучал пальцами по столу. – А почему вы не сказали об этом раньше?

– Видите ли, Константин Сергеевич почти убедил меня в своей правоте. И я с ним согласился. Но сейчас, немного подумав, решил, что все же стоит озвучить вам мою точку зрения.

– И вы абсолютно правы, – кивнул Эрик. – Значит, нижняя граница – десять часов утра. Что ж, от нее мы и будем отталкиваться. Товарищи! – он встал из-за стола и обратился к гостям. – Прошу минуточку внимания. С одним нашим отдыхающим приключилась не очень приятная история.

– Вы Виталия имеете в виду? – спросил Григорий.

– Он умер от любви? – хохотнула Лада.

– Умер, но не от любви, – невозмутимо ответил Эрик.

Лада, открывшая рот, чтобы сказать что-то еще, вдруг застыла, будто подавилась.

– Что вы сказали? – резко спросил Богдан.

– Виталий Снопков умер сегодня после завтрака.

– Вы шутите? – недоверчиво спросил Григорий.

– Что ж вы такие неоригинальные! – вздохнул сыщик. – В прошлый раз тоже считали, будто я развлекаюсь подобным образом. Повторяю еще раз: я не считаю себя шутником.

– Значит, это правда? – побледнела Анна. – А что с ним случилось? Инфаркт?

– Я здесь ни при чем, – забормотала Лада. – Я не давала ему никаких обещаний. Кто же знал, что у него больное сердце?

– С чего вы взяли, что у него больное сердце? – удивился сыщик. – Я ничего подобного не говорил.

– А что же еще? Виталий – молодой, здоровый мужчина. С чего ему умирать?

– Иногда даже здоровые люди отправляются на тот свет, – философски заметил Эрик. – Особенно если им в этом помогают.

– Подождите, вы хотите сказать… – начал Семен и замолчал. – Не хотите же вы сказать, что Виталия… – сделал он еще одну попытку.

– Его убили? – прямо спросила Авдотья, глядя сыщику в глаза.

– Да, – кивнул он.

Народ загалдел. В глазах у всех читались страх и недоверие.

– А как это произошло? – наконец поинтересовалась Лада.

– Его отравили, – коротко ответил Андрей.

– Отравили? Но как такое возможно? – глаза Анны, и без того большие, стали еще больше. – Может быть, он покончил с собой?

– Наверное, – хмыкнул сыщик. – А потом встал, вымыл стакан, из которого выпил яд, и снова лег в кровать.

– Невероятно, – помотал головой Григорий. – Второе убийство за три дня. Как такое возможно?!

– А, между прочим, вы говорили, что больше убийств не будет, – осуждающе сказала Лада.

– Значит, я ошибся, – развел руками Эрик. – К сожалению, даже самые лучшие сыщики иногда ошибаются.

Семен хмыкнул, а Богдан иронически улыбнулся. Очевидно, они не приняли всерьез пассаж о самом лучшем сыщике.

– Где же гарантия, что больше никого не убьют? – спросила Лада.

– Как раз такой гарантии я вам не дам, – мрачно отозвался Эрик. – Мало того, скажу – вряд ли убийца ограничится двумя преступлениями.

– Вы имеете в виду, что он не остановится? – удивленно подняла брови Анна.

– Да. Вероятнее всего, будут еще убийства.

– Но… это же ужасно! Вы должны что-то сделать! – в голосе девушки послышалась паника.

– Именно этим я и собираюсь заняться. Сейчас мы выясним, кто где находился в период с десяти часов утра до полудня. Прошу вас, высказывайтесь.

Люди растерянно переглянулись.

– Я лежала в кровати, – начала Авдотья. – Мне опять было нехорошо – подскочило давление. Даже странно! Дома я чувствовала себя гораздо стабильнее.

– Во сколько вы легли?

– Сразу после завтрака. Наверное, в половине десятого.

– Кто может это подтвердить?

– Вообще-то я все утро провела с Григорием, – внезапно смутилась бабуля. – Вы же знаете, я не могу находиться одна. Мне необходимо общение.

– А я вовсе не против помочь, – покраснел Григорий Игоревич. – Тем более мне очень нравится разговаривать с Авдотьей Ивановной. Она очень интересный собеседник.

– Так, – кивнул Эрик, а Андрей сделал запись в своем блокноте.

«И чего они смущаются? – подумала Мариша. – В их возрасте уже давно пора покончить со всеми условностями. Если они нравятся друг другу, то это здорово!»

– Вы куда-нибудь отлучались?

– Нет, – покачал головой Григорий. – Мы так заговорились, что не заметили, как наступило время обеда.

«А может, Авдотья специально разыгрывает из себя больную, чтобы побыть с Григорием? – озарила Маришу новая мысль. – А что? Это вариант. Тогда понятно, почему приступы давления мучают ее именно на острове».

– Ну, а что? – торопливо заговорил Григорий. – Жена у меня умерла. Я давно ни с кем не говорил по душам. А с Авдотьей Ивановной мне хорошо… – он посмотрел по сторонам.

– Общайтесь сколько душе угодно, – ответил Эрик. – Тем более для этого мы здесь и находимся. Меня интересуют только ваши передвижения. – Значит, Григорий был все утро с вами, так? – уточнил Эрик, глядя Авдотье Ивановне в глаза.

– Да, – подтвердила та.

– И о чем же вы говорили?

– Мы обсуждали современную медицину. Вернее, больницы и как в них лечат. Я говорила, что лягу в клинику только в том случае, если уже не смогу себя контролировать. А Григорий Игоревич меня в этом поддержал. Иногда в больницах не лечат, а калечат. Деньги требуют и все такое. А если денег нет, то и лечить не будут. У него жена умерла именно из-за таких врачей, которых кроме денег ничто не заботит. Вот что это за медицина такая, а? – и она с вызовом посмотрела на Эрика.

– Не знаю, – покачал он головой. – Я тоже не люблю больницы, хотя могу заплатить за свое пребывание там. Пойдем дальше. Кто следующий?

– Мы с Семеном ходили рыбачить, – сказал Богдан. – А потом к нам присоединилась Анна.

– Во сколько это было?

– Мы ушли сразу после завтрака, а Анна присоединилась где-то через полчаса.