Когда я вернусь - Татьяна Викторовна Полякова Страница 38

– Возможно, – согласился Валерка.

– Как думаешь, чем они могли ему угрожать? Он же был связан с серыми схемами, как я понимаю. Но если есть серьезные доказательства незаконной деятельности, куда логичнее сразу использовать их против фирмы, не привлекая Кондратьева совсем.

– Если только он параллельно чем-то не промышляет, о чем я пока не знаю.

– В таком случае да, это серьезный компромат, – согласилась я. И спросила без перехода: – Как думаешь, он Кристину любит?

– Уверен, – кивнул Забелин.

– А что, если его шантажировали связью с Мишель, угрожая обо всем рассказать беременной жене?

– И поэтому и письма приходят на адрес любовницы? – подхватил Валерка.

– Да. В семье намечается пополнение, жена красавица, любит его, а тут возникает реальная угроза его счастью.

– И он предпочитает прятаться, ставя под угрозу здоровье Кристины и ребенка? – удивился Забелин.

– Он отправляет жену к родителям, а любовницу – в Турцию. Для чего он это делает?

– Чтобы за это время окончательно решить вопрос с шантажистом.

– Но что-то идет не так, – продолжила я.

– Совершенно непонятно, куда делась любовница. Если это не загул и не новое романтическое приключение и она зачем-то понадобилась Игорю, возникает вопрос – зачем?

– Непонятно, – согласилась я.

– Да и не в его интересах вмешивать в ситуацию кого-либо.

– Тем более Мишель. Как я понимаю, она девушка не самого большого ума и довольно узких интересов. Расспрошу Бада подробнее о ней.

– Попробуй, – усмехнулся Валерка, когда я упомянула Алексея. Хотя прекрасно понимал, что это в его же интересах. – Есть будем?

– Будем, – кивнула я и пошла наливать в кастрюлю воду.

Несмотря на то что инициатива подкрепиться исходила от Забелина, к еде он почти не притронулся. И что-то подсказывало мне, что дело не в пренебрежении полуфабрикатом – пельмени, кстати, оказались на удивление удачными, – а во внезапном отсутствии аппетита и потере настроения. Ситуация выходила крайне запутанная. Мало того, что Игоря не оказалось в доме родителей Кристины, так еще и странная история с бумажной перепиской. Причем совершенно непонятно – был это диалог или односторонние угрозы.

Весь вечер мы так и провели в молчании – каждый со своей книжкой. Честно говоря, перелистывая очередную страницу, я все время ловила себя на мысли, что теряю нить повествования. Мысли мои были далеко от сюжета романа. Уверена, что Забелин просто делал вид, что читает. Какое тут чтение, когда ты не знаешь, что готовит для тебя завтрашний день – гостей из полиции или появление на горизонте конкурентов с компроматом.

В конце концов я отложила чтение и проверила телефон. Наташа не звонила. Я открыла соцсети Мишель и убедилась, что последняя ее публикация до сих пор из аэропорта. В сообщениях – непрочитанное от Бада, отправлено еще утром: «Я соскучился». Коротко и емко, в его духе. Что ж, придется его обрадовать, любая информация о Мишель нужна сейчас как никогда. Я напечатала: «А я нет, но увидеться придется». Спустя несколько минут раздался сигнал, и я увидела его ответ: «Что же ты так долго не отвечала? Уехал в Москву зализывать раны. Буду завтра, приготовлю обалденный ужин!» Я хотела было написать, что не собираюсь к нему ужинать, но решила пока оставить его сообщение без ответа.

Увлекшись перепиской, я не заметила, как Забелин покинул гостиную и отправился в душ. Я подскочила, когда из ванной раздался грохот. Подбежала к двери и постучала.

– Помощь нужна?

– Обойдусь, – услышала я ответ Валерки. Настроение у него по-прежнему было скверным.

– Что случилось?

– Стул упал, – ответил он, имея в виду специальное приспособление, которое мы купили ему для банных процедур. – Полина, я в состоянии поднять его. Руки работают.

Я покорно удалилась и вернулась в гостиную. Раскрытая книга так и лежала на диване корешком вверх. Я перелистнула несколько страниц, чтобы вернуться к предыдущей главе, вложила закладку и положила том на стол.

– Вот это да! – я услышала, как Забелин присвистнул из спальни. Подошла и застала его посреди комнаты. – Смотрю, у нас наметился переворот?

– Пока просто перестановка.

– Приоритетов?

– Мебели! – отрезала я. – Ты неплохо справляешься, а я очень чутко сплю.

– Милая, я тебя не держу! – произнес Забелин очень медленно и неприятно улыбнулся. – Можешь возвращаться в свою уютную квартирку. Там твой сон вряд ли кто-то потревожит. Сиделка мне не нужна. Ни в твоем лице, ни в чьем-либо другом.

– Можно просто найти человека на несколько часов в день, необязательно с проживанием…

– Нет, – резко прервал меня Валерка.

– Необязательно искать тетушку, можем подобрать крепкого паренька, а лучше молодую энергичную девушку.

– Чтобы смотреть на нее и пускать слюни, как кот на колбасу, которая ему никогда не достанется?

– Чтобы иметь приятную компанию.

– Я сам себе отличная компания! Еще раз повторяю, мне не нужен ни уход, ни человек для разговоров, ни тем более чья-то жалость.

– Дело не в жалости, – начала было я, но быстро поняла, что это звучит как оправдание.

– А в чем? – насмешливо спросил Забелин, глядя прямо мне в глаза. И добавил с вызовом: – Внезапно нахлынули былые чувства?

– Я не могу оставить тебя одного.

– А может быть, тебе просто нравится смотреть, как я беспомощно пытаюсь приспособиться в этом мире? Не можешь отказать себе в удовольствии?

– Забелин, ты смешон! Неужели ты правда думаешь, что я способна злорадствовать и наслаждаться ситуацией?

– Я не понимаю, почему ты еще здесь.

– Ты бы на моем месте ушел? – спросила я, подойдя к нему вплотную.

– Милая, – пропел он. – Мы слишком разные.

– Вот и закончим на этом. Спокойной ночи, – стараясь сдерживаться, произнесла я и удалилась в свою новую комнату.

Сон не шел. Сначала я прислушивалась, как Валерка ложится в кровать, ждала, когда стихнут скрипы и шорохи. Но даже когда за стеной все стихло, спокойнее не стало. Я поймала себя на мысли, что меня мучает совесть из-за разговора, который произошел перед сном. Отец прав, мною просто умело манипулируют. Мы действительно разные, и если я искренне пытаюсь