Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн Страница 41

Глава 14

Защитить… тебя

– Я мог бы отвезти вас, зачем такси вызвали? – попытки Ратмира остались безрезультатными, Али и Таби не согласились на его предложение отвезти их в аэропорт.

Таби в очередной раз проверяла в чёрной дорожной сумке, на месте ли все необходимые документы и ничего ли не забыто впопыхах.

В дорогу она надела спортивный костюм чёрного цвета и любимые кроссовки в тон. Собрав волосы в низкий пучок, девушка накинула сверху кожаную куртку. Она заметно нервничала, и Али видел это.

Отсутствие макияжа никак не смущало её, впереди ждала дальняя дорога и не менее утомительный перелёт в Берлин. Не хотелось чувствовать на лице даже малейшего дискомфорта.

Али стоял рядом. Он также оделся в спортивный костюм, только темно-синего цвета. На груди виднелась небольшая надпись на латыни Carpe diem[2].

Это было символично. Именно это они и делали, пытаясь поймать собственное мгновение, чтобы прожить его вместе, несмотря ни на какие трудности.

Али был расстроен, хоть и пытался этого не показывать. Он крепко обнял Ратмира, похлопав на прощание по спине.

– Я рад, что нас связывают кровные узы, – слова прозвучали спонтанно и искренне тронули Ратмира: он смутился, губы сложились в тонкую линию. Такое от Али он слышал впервые.

Ранее они никогда не были столь близки, как на этой неделе, когда их родственная связь была ощутима как никогда.

Таби смотрела на них взглядом, полным нежности. За эти дни она успела проникнуться к Ратмиру тёплыми чувствами, отныне зная, что он являлся частью их семьи. И она не посмеет забыть, как он укрыл их под своей крышей в тяжелейший период жизни и как помог в минуты попытки похищения. Да, Ратмир и вправду для многих выглядел отстранённым и холодным, но она начала понимать, почему Али уверял, что он хороший человек.

Потому что он таким и был.

И сейчас, смотря на этих двоих, она чувствовала, что рядом стоял не только любимый человек, но и ещё один надёжный друг, которого она так и не смогла понять полностью, но к которому почувствовала доверие, что случалось с ней крайне редко.

Ратмир, стоявший напротив Таби, немного замешкался, не решаясь обнять девушку на прощание. Он знал, что это было чуждо ей. Прикосновения людей давались ей нелегко, собственно, как и его дочери.

Каково же было удивление, когда она сделала шаг и сама обняла его: неловко зажато, но от всего сердца.

Растерянность отразилась на лице Ратмира, брови взметнулись вверх, а взгляд упёрся в довольного Али, который наблюдал за изумлённым двоюродным братом и вышедшей из зоны комфорта любимой.

– Спасибо за всё, – поблагодарила она, как только разжала объятия и сделала шаг назад. – Никогда не забуду, как ты поддержал нас в тяжёлые времена.

– Не за что, – улыбка медленно подкралась к губам Ратмира, вслед за смущением пришло осознание того, что в скором времени эти двое поженятся, и, скорее всего, он полетит в Германию на их свадьбу.

Эта мысль пришлась Ратмиру по душе. Он надеялся, что они сумеют решить проблему, возникшую из-за Дмитрия, и обретут своё маленькое счастье.

Таби взглядом пробежалась по коридору, ведущему в дальнюю комнату, где лежала Мира. Несколько часов назад её осмотрел семейный врач, Михаил Дмитриевич, которого вызвал Ратмир ещё по пути домой. Он обработал раны и наложил повязку на разбитый висок пострадавшей. Лишних вопросов он не задавал, собственно, как этого не делал и с Ибрагимом Асадовичем. Провожая его, Ратмир, конечно же, уловил его любопытствующий взгляд, так и просивший поведать, кто эта девушка, почему она настолько похожа на Лейлу и откуда эти ранения на лице и руках. Но объяснений не последовало. Перед уходом Ратмир настоятельно попросил не рассказывать об этом Ибрагиму Асадовичу, на что Михаил Дмитриевич сдержанно кивнул в знак согласия.

После ухода врача Мира под действием болеутоляющего уснула.

– Хотелось поговорить с ней, узнать, как она после случившегося. Да и нормально попрощаться перед отъездом. Жаль, не получилось. – Таби расстроенно перевела взгляд на Ратмира. – Мира хорошая девушка, мы бы с ней подружились.

– Вы не так давно знакомы, – буркнул он, явно не ожидавший такого признания в адрес девушки, которая заняла его спальню.

Али взялся большим и указательным пальцами за переносицу, демонстративно закрыв глаза. Покачав головой, он попытался скрыть лёгкую улыбку. Ему так и хотелось выпалить: «Ты неисправим».

– Наше родство, конечно, поразительно, – наконец выдавил Али из себя, всё ещё пытаясь сдержать ухмылку. Проблеск озорства проскользнул как в голосе, так и в его взгляде.

– Настолько похожи? – уточнила Таби.

– Настолько идиоты, – признался Али. И как только широкая улыбка расплылась по его довольному лицу, Ратмир в ту же секунду понял, что тот имел в виду. Отчего хмуро указал взглядом в сторону двери.

Али, хохотнув, произнёс:

– Думаю, нам пора.

– Не буду задерживать, – буркнул Ратмир, покосившись на него.

– Ты справишься? – уже серьёзным тоном спросил Али, понимая, что их отъезд оставит Ратмира наедине с ситуацией, которая никому толком не ясна. Им не удалось понять, кем были напавшие и зачем им понадобилась Мира.

– Я разберусь, – уверенно отрезал Ратмир. – Вы, главное, доберитесь до Германии и дайте знать. Буду ждать вестей.

– Лишь бы с ней ничего не случилось, – прошептала Таби, озадаченно посмотрев на Али. Он рукой обхватил любимую за талию и притянул к себе, чмокнув в макушку.

– Ратмир рядом, моя будущая жёнушка. Уверен, он не даст её в обиду.

От этих слов Ратмир нахмурился ещё сильнее, очередная ухмылка застыла на губах Али.

– Нам пора, дорогая, а то смотри, как закипает. – И не удержавшись, вновь хохотнул и в последний раз крепко обнял насупившегося двоюродного брата.

Ратмир проводил их до такси и, попрощавшись, поднялся обратно к себе. Переобуваясь, он заметил выглянувшую из спальни кудрявую головку. Аиша молча смотрела на отца, и одного тревожного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять состояние дочери.

Он подошёл к ней и протянул руку. Как только она взялась за мизинец отца, они вместе прошли из коридора в просторную кухню. Усадив Аишу за круглый кухонный стол, Ратмир придвинул к ней стул и присел рядом. Маленькие пухлые пальчики крепко держались за мизинец, не желая его отпускать. В этот момент он готов был поклясться, что такой рассудительный и осознанный взгляд не мог принадлежать маленькому пятилетнему ребёнку.

Аиша не могла отойти от дневного испуга. Тревога отчётливо читалась на детском лице. И это было неудивительно. Он сам, взрослый человек, не так быстро пришёл в себя, что уж говорить про ребёнка, на глазах которого