Фридрих Незнанский - Мертвый сезон в агентстве Глория Страница 43

Ваня вдруг вспомнил, что ведь Левона-то, по слухам, убили арабы! И тут опять эти!.. Нет, правильно крикнул ему этот русский, надо действительно вызвать полицию. Да вот еще и телохранитель Нелли совсем без движения, убит, что ли? Ну и ну…

И Ваня, призывая посетителей, готовых уже покинуть его заведение от нежелания быть замешанными в чьи-то опасные разборки, успокоиться и без ненужной паники закончить свою трапезу, взялся за телефонную трубку.

Первым прибыл сержант Уолтер Бриггс, местом работы которого и был этот район Брайтона. Ваня встретил его в дверях и кратко изложил свою версию развернувшихся в кафе событий. Полицейский, хорошо знакомый с Ваней, не спорил, слушал, но, опять-таки зная Ваню, не торопился зафиксировать происшествие, нарисованное темпераментным хозяином «Дельфина». Он собирался выслушать и других свидетелей, если бы таковые оказались рядом. Наконец, посреди зала лежали двое без видимых признаков жизни, со скованными руками, а один из них — с крепко зажатым в ладони пистолетом.

Бриггс, здоровенный парень, как оно и положено нью-йоркским полицейским, перевернул на спину одного, другого араба, прислушался и удовлетворенно поднялся.

— Оба в шоке, — заявил он авторитетно, — но дышат. Ничего, скоро отойдут… Так что здесь случилось? — обратился он к заканчивающим свои завтраки посетителям.

Ответом ему было дружное молчание. Все здесь были жителями Брайтона, а в этом районе не имеют привычки обращаться к полицейским по всяким пустякам. Подумаешь, набили морды каким-то арабам! А вы к девушкам не приставайте! Хорошо еще, нашлись добрые люди, защитили бедняжку…

— Быть может, все-таки кто-то из вас, господа, что-нибудь видел?

Вежливая настойчивость полицейского, в сущности, такого же простого человека, как они все, возымела действие.

— Я видел, — гордо заявил одетый с некоторым шиком молодой человек.

— Слушаю вас! — повернулся к нему полицейский. — И что вы видели?

— Не что, а кого!

— Кого вы видели? — терпеливо повторил полицейский.

— Девушку! — отвечающий демонстративно поднял указательный палец. Она сидела вон там! — указал он на стол, на котором в настоящий момент «отдыхал» телохранитель. — Она сидела вот с ним! А эти мерзавцы… — Палец на этот раз уперся в лежащих на полу арабов.

— Спокойнее, приятель, — снисходительно перебил свидетеля полицейский. — Смотрите, как бы вам не пришлось отвечать за оскорбление!

— Хорошенькое дело! Так это, значит, я, по-вашему, собирался похитить красивую девушку, да? И это я убил вон того парня?

Бриггс внимательнее посмотрел на лежащего на столе телохранителя и, сделав рукой знак помолчать, приблизился к Фрунзику. Пощупал его шею, присмотрелся, нашел след от укола, прислушался к дыханию спящего крепким сном и, наконец, отрицательно покачал головой.

— Ваши фантазии, приятель, все-таки должны иметь границы. — Он достал из кармана лежащего водительские права, прочитал, сунул обратно в тот же карман и, положив ладонь ему на плечо, сказал: — Вероятно, ему сделали сильный укол, он спит. И тут нужен врач, которого я и вызову. Так что же это была за девушка? И кто ее спасал? Как хоть она выглядела?

Свидетель уже открыл рот, чтобы начать свой очередной монолог, но Ваня, сделав Бриггсу таинственный знак пальцем, поманил его к себе. Полицейский, приказав всем ничего здесь не трогать, ушел за портьеру.

Когда он через несколько минут вышел в общий зал, невольные свидетели с интересом наблюдали, как немного пришедшие в себя арабы пытаются сориентироваться, понять, что с ними произошло, приподняться, но им определенно мешали скованные за спиной руки, а помочь никто из посетителей кафе не собирался.

Уолтер Бриггс помог пострадавшим подняться на ноги, жестом приказал сесть на стулья, но наручники не расстегнул, а пистолет за кончик ствола поднял и положил на стол.

— Мы ни к кому не имеем претензий, — сразу заявил более крупный из арабов. Речь, правда, давалась ему с трудом: язык еле ворочался во рту. И он никак решительно не мог понять, что именно свалило его на пол и вырубило сознание.

— Кто вы, — сурово спросил полицейский, — каким образом оказались в наручниках и чей это пистолет? Но прежде чем вы станете отвечать на мои вопросы, я предупреждаю вас, что вы имеете право…

Бриггс не закончил обязательную фразу о том, что допрашиваемый имеет полное право не давать показаний против самого себя и так далее, потому что у тротуара напротив кафе «Дельфин» резко затормозил большой белый «форд».

В кафе быстрой деловой походкой вошел мужчина в сером костюме, за ним шли двое парней с заметной выправкой военнослужащих.

— Простите, сержант, — сказал «серый», одному Бриггсу предъявляя свое удостоверение. — Эти люди поедут со мной.

Сержант посмотрел удостоверение и, хотя никакого приступа радости не испытал — подобно всем полицейским, Уолтер Бриггс без всякого почтения относился к службе ФБР, — согласно кивнул и сказал:

— Забирайте, сэр.

Парни «серого» человека вмиг подхватили арабов под скованные руки и почти бегом вынесли наружу, прямо к машине.

— Вы сделали все правильно, сержант, — сказал фэбээровец. — Передайте привет вашему начальнику мистеру Джекобсу. А вас лично я поздравляю, получите награду. Я сообщу о вашем достойном поведении вашему начальству.

Он ушел, а сержант Бриггс, еще ничего не понимая толком, продолжал смотреть ему вслед, пока все тот же Ваня Иванов не отвлек внимание полицейского своими знаками.

— О чем говорил этот тип, если, конечно, не секрет? — Глаза у Вани искрились любопытством. Но, заметив некоторую отчужденность полицейского, добавил, чтобы снять неловкость своего вопроса: — Нет, это я к тому, что, скорее всего, скоро сюда подъедут люди от Жоржа Аракеляна. Все-таки малый, — он кивнул на Фрунзика, мирно почивавшего возле перевернутой кружки с мацони, — был телохранителем у Нелли. У очень, скажу я вам, сержант, богатой наследницы. Во-он из того дома, — теперь Ваня показал на виллу покойного Левона. — Вы меня понимаете?

Полицейский, уже начинавший, кажется, что-то соображать в происходящем, важно кивнул:

— Ну-ка, мистер Ваня, налей мне бокал вашего русского пива!

— Куда вы меня везете? — устало спросила пришедшая наконец в себя Нелли.

— Туда, где по крайней мере в ближайшие несколько дней вас не смогут украсть, чтобы затем диктовать вашему дядюшке любые условия, — не оборачиваясь, сказал сидевший за рулем Сева Голованов.

— А что, — после некоторой паузы спросила Нелли, — за эти ваши несколько дней должно случиться нечто экстраординарное?

— Все может быть, Нелли, — философски заметил Филя Агеев.

— А для чего вы велели Ване дозвониться до дяди?

— Видите ли, Нелли, — сказал Голованов, — произошло именно то, чего мы ожидали. И почему все время старались, даже вопреки вашей воле, и вашего дядюшки в особенности, быть рядом с вами. В том же, что ваша и дядина охрана, по сути, ничего не умеет, вы только что сами смогли убедиться. Теперь необходимо, чтобы то же самое понял и господин Аракелян. Если поймет и постарается помочь нам, будет жить. Ну а нет, значит… сами понимаете, какая здесь, вокруг вас, идет игра.

— Вот как раз никакой игры я и не вижу, — возразила девушка.

— Хотя, должна сказать, это очень неприятное ощущение, когда тебе в поясницу давят стволом пистолета и шепчут на ухо: «Молчи! Один звук — и ты покойница!» Бр-р! — Она зябко передернула плечами. — А откуда же вы появились все-таки? Я же вас не видела.

— Именно так и должны работать охранники, — заявил Филя, — а не обжираться простоквашей…

Нелли весело рассмеялась.

Голованов между тем взял телефонную трубку и стал нажимать кнопки набора. Поднес к уху.

— У нас все в порядке, — сказал наконец. — Да, один к одному. Говори адрес, запоминаю… Бульвар Дуглас, двадцать три… Какой этаж? Шестнадцать, понял. Нет, разберемся. — Положив трубку на место, обернулся к Нелли: — Вы не откажете нам в помощи, надеюсь?

— А что такое?

— Как будем ехать на бульвар этого Дугласа?

— Ах вон что! — улыбалась она. — По Бродвею прямо, потом свернем на Лютера Кинга, я покажу где… — Она посмотрела на Филю и снова рассмеялась. — Честное слово, прямо как в кино!

— Это хорошо, что вам нравится. — Филя был тоже доволен. Кажется, нарушенные было уже почти совсем доверительные отношения с этой девушкой понемногу восстанавливались. И это означало, что и судьба всей операции не подвергалась очередной опасности срыва…

— Скажите, а вы все работаете у генерала Грязнова? — неожиданно спросила девушка.

Филя иронически хмыкнул, а ответил Голованов:

— В принципе это не совсем так, хотя и близко… Мы работаем в агентстве, занимаемся охраной, розыском и так далее. А директор этого агентства Денис Андреевич, самый молодой из нас, он в настоящее время в Вашингтоне, на приеме у министра юстиции.