Фридрих Незнанский - И дай умереть другим Страница 45

– Хорошо, – перехватил инициативу Турецкий. – Как бы вы прокомментировали историю с переносом матча «Буревестник» – «Спартак»?

– Вы уже, наверное, десятитысячный задаете мне этот вопрос. Один из центральных матчей первенства, что ж его, вовсе отменить? До игры с Германией все футболисты успели восстановиться, времени было предостаточно. В той ситуации Катанян занял чересчур собственническую позицию. Футбол не исчерпывается играми сборной, все должны идти на компромиссы.

Турецкий подумал, что, с одной стороны, хорошо, что Решетов вышел на тему компромиссов: можно свести разговор к тому, с кем конкретно и по какой причине Катанян конфликтовал. Но лучше, пожалуй, судьбу не искушать: не стоит ставить Решетову проблемных вопросов.

– Александр Сергеевич, а что вы скажете по поводу самодеятельных проектов Катаняна по «обустройству» сборной и поиску спонсоров. Насколько мне известно, он заручился поддержкой Михаила Кирсанова.

– Здесь изначально была инициатива самого Кирсанова. Все это предвыборные трюки… Он, как действующий лидер регионального масштаба, стремящийся выйти на всероссийский уровень, в таких делах поднаторел. Посудите сами: Кирсанов – деятель от футбола весьма далекий, но у него, как у человека власть имущего, тем более в его медвежьем углу, где он царь и бог, весьма широкие возможности. Финансовые в первую очередь. Раскручивается центральным телевидением как «демократичный и дальновидный политик из глубинки». Захотелось ему стать еще и президентом Федерации футбола. Каким образом, спрашивается? Да самым классическим способом: подмазать достаточно сторонников, а претендентов столкнуть лбами. Если у Рыбака были определенные шансы занять кресло вашего покорного слуги… – Решетов слегка распалился, вспоминая недавние обиды. – Рыбак – тот вытащил на свет божий все наши недуги и объявил: «Решетов виноват! Я принципиально не согласен с заведенными им порядками!» И по пунктам: от первого до двести первого… Можно подумать, вина Президента России, что у нас перед фасадом грунт проседает! Хотя, будь я кандидатом от оппозиции, я бы его за это покритиковал. Кирсанов, знаете, и нашим и вашим, каждому из своих соперников обещал поддержку… Его интересы лежат вне пределов футбола. Если об этом не помнить постоянно, то и действия его разумно истолковать невозможно, вот, собственно, и все, что могу вам сказать по этому вопросу. – Пятнадцать минут истекли, и Решетов безо всякого стеснения выпроводил Турецкого.

Кирсанов – самая неясная фигура в деле, но заниматься им вплотную пока рано, рассуждал Турецкий, выходя из здания на Лужнецкой набережной. На него указывают два факта, причем весьма косвенно. Катанян имел с ним дела и встречался накануне собственной гибели. Кроме того, Кирсанов находится в одной весовой категории с Яриловцом. Что, кстати, вполне объясняет нежелание последнего играть в открытую, не имея на руках неопровержимых доказательств! Да, но что радоваться-то, дела из этого не сошьешь…

Повторная патологоанатомическая экспертиза, проведенная по требованию Турецкого, подтвердила его подозрения. «…Причиной смерти, как установлено ранее, является остановка сердечной деятельности в результате поражения электрическим током. Кроме характерного ожога на указательном пальце правой руки, в результате контакта с оголенным токоведущим проводом, имеется обширный малозаметный след в области шеи, внешне напоминающий хроническую кожную аллергическую реакцию на соприкосновение с шерстяной тканью… В указанной области обнаружены следы глубокого воздействия электротока напряжением порядка 1000-2000 вольт. Имевший место газоразрядный контакт и напряжение характерны для устройств типа „электрошок“ (имеется в виду не реанимационный прибор, а самооборонительный, компактный). Однако все производимые типы подобных устройств, несмотря на высокое напряжение, вызывают лишь непродолжительный паралич и не могут стать причиной смерти взрослого человека вследствие незначительности поражающего заряда (иными словами – кратковременности воздействия). В данном же случае заряд превосходил обычный по крайней мере в десятки раз…»

РЫБАК

Он буквально валился с ног, и Зина это видела. И только успела ему сказать:

– Антон! Здесь два входа в квартиру. Так что, если снова будешь от кого-то убегать, можешь воспользоваться.

– А соседи? – спросил практически засыпающий Рыбак.

– Остальные комнаты занимает профессор какой-то. Кислых щей. Химик, короче. Да его вечно нет дома. Торчит в своем НИИ.

– Надо же, – вяло удивился Рыбак, – «кислых щей». Еще есть, оказывается, такое выражение.

– А ты что, думал, совсем уже старенький? – Она ласково потерла ладошкой его выпирающую грудную мышцу.

– Ну не так чтобы очень… Кто с ним еще живет? – совсем уже во сне пробормотал он.

– Да один он. И вообще, странный какой-то тип. От женщин шарахается. Сама видела.

Не так давно Зина узнала, что кошки, как и люди, делятся на «сов» и «жаворонков». Кошки-"совы", ну надо же!

Уехавшая на годик-другой в Прагу любимая подруга Галка оставила ей на попечение свою восемнадцатиметровую комнату в коммуналке и в нагрузку – усатое четвероногое по имени Ксюша. И вот эта самая Ксюша была классическая «сова». То есть спала она, конечно, как всякая нормальная кошка, в сутки часов пятнадцать, но зато оставшиеся семь бодрствовала непременно ночью. Иногда это служило источником крупных неприятностей и постоянно – дискомфорта. Потому что именно ночью Ксюшу надо было подкармливать и выпускать во двор. Зина даже стала подозревать, что именно кошка оказалась причиной подружкиного отъезда в не столь уж далекое зарубежье, а вовсе не чешский красавец дальнобойщик, в которого упомянутая подружка якобы втрескалась по самые ушки.

На улице возле дома стоял большой рефрижератор и маленький «фольксваген». Рядом с легковым автомобилем была видна чья-то тень. Тень курила и нервничала. Через несколько минут к ней присоединилась вторая тень. И глупо спросила:

– Ты уже здесь?

Первая зло скосила на вторую внимательные и холодные глаза и сказала:

– Ты опоздал.

– Да машина, зараза, барахлит. Аккумулятор сел, никак не мог завести.

– Как же ты приехал?

– Обыкновенно, – пожала плечами вторая тень. – На такси.

– На такси?!

– На такси.

– Ты рехнулся!

– Почему?

– В два часа ночи ты едешь сюда на такси! – возмутилась первая тень. – На место будущего убийства! Да ведь назавтра, после этого дела, всех таксистов начнут опрашивать, не возили ли сюда кого-нибудь. И в конце концов, получат твои приметы, кретин. Тебя возьмут, обработают, и ты выдашь меня. Тогда меня возьмут, обработают, и я выдам босса. Тогда…

– Таксист ничего не скажет, – успокоила вторая тень.

– Это почему?

– Он уже труп.

– Идиот!

– Я пошутил, – призналась вторая тень. – Доехал на частнике.

Первая тень вздохнула с облегчением и не нашлась что сказать.

– А это что такое? – спросила вторая тень, показывая пальцем на парочку в подъезде.

Парочка целовалась и хихикала не переставая.

– Тебе надо объяснять, что это такое?

– Мне не надо объяснять. Но надо подождать, пока они уйдут.

Парочка исчезла в недрах подъезда через три минуты.

– А ментов нет? – снова спросила вторая тень.

– Нет.

– Ты уверен? Ты абсолютно уверен?

– Ты что, глухой? Я же сказал: нет. Зачем мне тебе врать?!

– Ну мало ли… Может, ты просто не заметил… Так где наш клиент?

– Там.

– Где? Где – там?

– Вон там. Видишь то окно? Пошли. Вперед.

– Ты уверен?

Ксюша бегала под кроватью, тихонько мяукала и заснуть не давала.

Осторожно, стараясь не разбудить Антона, Зина встала покормить кошку. Ксюша сразу поняла, что к чему, и поскакала за ней, буквальным образом наступая на пятки. Было щекотно, и Зина немного похихикала.

Чтобы из комнаты попасть на кухню, надо было миновать длинный коридор, который с обеих сторон упирался в две входные двери. Кухня размещалась рядом с одной из них, первая дверь налево.

Зина достала из холодильника литровый пакет лианозовского молока (жирность полтора процента – другой капризная Ксюша не признавала), налила в блюдечко. Подумала и добавила туда сухой корм.

Кошка тут же посерьезнела, сиганула к жратве и стала уписывать ее с неимоверной быстротой.

Зина взяла себе баночку кока-колы и, присев у стенки рядом с лакомящейся кошкой, сделала пару глотков. После чего задумалась о смысле жизни. По всему выходило, что смысл есть. Никогда только не знаешь, где именно он свалится тебе на голову. Это может случиться на дискотеке, в ресторане, на море, а может – в примерочной джинсового магазина.

Через пару минут Ксюша вдруг отпрянула от миски и утробно заурчала. Но это отнюдь не было знаком довольства и насыщения. Ксюша тоненько замяукала. Зина увидела, что миска ее еще полна, и несказанно удивилась. Обычно кошка не реагировала на внешние обстоятельства, покуда не расправлялась с едой. Впрочем, после этого она обычно заваливалась на боковую.