Фридрих Незнанский - Мертвый сезон в агентстве Глория Страница 48

— А это? — кивнул хозяин на запакованную покупку. — Обычный коллекционер?

— Скорее любитель. Края знакомые.

— А чем занимаетесь? — не отставал хозяин, будто чекист какой.

— Льняными изделиями, — ответил Кротов первое, что пришло в голову.

— О! — возбудился хозяин. — Полотенца с петухами? Рубашки? Белье?

— Верно.

— Это у нас товар, — серьезно отметил хозяин. — В следующий раз привозите все. Расходы беру на себя и вас не обижу.

Кротов, вероятно, просто ради спортивного интереса повел бы ни к чему не обязывающий разговор и дальше, но, с одной стороны, уже поджимало время, должен был подъехать Денис, а с другой — в салон, как назвал свое заведение хозяин, вошел чернявый молодой человек не очень привлекательной наружности. Если, к примеру, в Москве, куда ни повернешься, уткнешься носом в бомжа, то почему бы этой публике не быть и в Нью-Йорке?

Одним словом, этот молодой человек внутренним своим содержанием напоминал бомжа, хотя внешне выглядел вполне презентабельно. Первым делом он шаловливым и как бы совершенно случайным движением смахнул с прилавка оставленную Кротовым рюмку, опрокинул остатки водки в рот и, как ни в чем не бывало, заговорил быстро и напористо.

Собравшийся уже уходить, Кротов замедлил движение, услышав слишком знакомые имена. Речь шла о недавнем похищении племянницы миллионера Аракеляна. Гарик — так звали молодца — оказался свидетелем этого события, ибо в то утро как раз и находился в «Дельфине».

— Эка новость! — осадил его хозяин. — Это ж когда было! Еще на прошлой неделе!

— Три дня назад! — отстаивал свою правду бомж, наверняка рассчитывавший на дармовую выпивку от земляка.

— Ну и выкрали, ну и чего? — не сдавался хозяин.

— Кинули в красный «ягуар», и только пыль по дороге! — витийствовал бомж Гарик. — И по рожам вроде наши, русские.

— А зачем? — Кротов проявил уже активный интерес.

— Кто таков? — сурово поинтересовался Гарик.

— Льном торгует, — успокоил хозяин.

— Беру всю партию! — решительно заявил бомж.

— В следующий раз, — охладил его хозяин салона. — Ближайшая партия моя.

— Идет, — согласился Гарик и тут же потерял всякий интерес к Кротову. Он решительно подставил кротовскую рюмку хозяину, и тот плеснул туда немного водки. — Так спрашиваешь зачем? Отвечу! В России-матушке недавно Жоржикова братца кокнули, а теперь мафия к самому подбирается! Ловкий маневр, понял? Но наши земляки, скажу тебе! О-о!

Оказалось, трупы в «Дельфине» лежали горами. Там шла ну прямо-таки жуткая перестрелка и вообще все выглядело как в типичном голливудском боевике. Но русские оказались молодцы и полностью уделали арабов.

— Я так думаю, — завершил свой рассказ Гарик, — уж не Слава ли Япончик тут руку приложил… — И многозначительно замолчал, поглядывая на свою снова пустую рюмку.

— Сидит Япончик, — не понял его взгляда хозяин. — И долго еще будет париться.

— Ну и что? Слава миллионами ворочал! Десятками миллионов! Что ему тюрьма, когда кореша на свободе! Надеюсь, слышали о Япончике? — сурово спросил Гарик, обернувшись к Кротову.

— Кто же в России о нем не слышал?..

— А я лично пил с ним. На этом самом месте! — Гарик ткнул пальцем в стойку. — Вот Яша не даст соврать! Так, Яша?

— Так, — снисходительно пожал плечами хозяин Яша. — Но он таки сидит! Тут Америка, а не Россия, тут ему разгуляться не дадут!

— Между прочим, Япончик и в России не все время по кабакам гулял, заметил Кротов. — Бывало, что и на нарах париться приходилось.

— Это когда было! — пренебрежительно сплюнул в сторону хозяин Яша. При совковой власти. А теперь эти япончики там что хотят, то и творят, и сами себе закон.

— Пришлось испытать? — спросил Кротов.

— А то! Оборзели! Тому дай, этому плати! Беспредел… Потому и рванул.

— А здесь что же, никому не надо давать?

— Здесь это просто не принято.

— А как же коза ностра?

— Ха! Нужен я ей, как собаке пятая нога! Вот Япончик, говорят, был нужен, потому как высоко решил взлететь. Теперь отдыхает…

Гарик, оглянувшись еще раз на Кротова, наклонился над прилавком и стал говорить Яше что-то, видимо, очень секретное, потому что они оба быстро забыли о присутствии в магазине постороннего. Кротов усмехнулся про себя и вышел на улицу.

Денис уже ждал его в припаркованной машине. Протянул кулек с виноградом:

— Угощайтесь, Алексей Петрович, сладкий! Очередная покупка?

— Так, одна картинка понравилась, — сказал Кротов, кидая сверток на заднее сиденье. — Поехали?

Движение на Брайтоне было, как и всегда, плотным, и Кротов помалкивал, не желая отвлекать Дениса от руля. Грязнов сам нарушил затянувшееся молчание.

— У вас довольный вид. Что-то случилось интересное?

— Помните, Денис Андреич, в прессе промелькнуло сообщение, точнее, чье-то предположение, что Валерий Комар вполне мог сделать на лице пластическую операцию и таким вот образом уйти от правосудия?

— Да, было. Но, кажется, ничем не подтверждено.

— Так вот, никакой операции на своем премилом личике Комар и в самом деле не производил. Но операция была! Только на физиономии грека Леонидоса Андриканиса. Как нашему Валере удалось уговорить грека и за какие сумасшедшие бабки — это особь статья. Но то, что у Комара имеется двойник, безусловно.

— Эти сведения от Донского?

— Разумеется, чего б иначе он стал звать к себе? О подобных вещах вслух не рассуждают. В общественном месте. Пойдем дальше. Есть мнение, что очень скоро двойник больше не понадобится. А господин Комар сможет наконец окончательно затеряться в этом большом и прекрасном мире. Правда, полиция обнаружит труп, который будет иметь все признаки Валерия Комара, но на самом деле таковым не являться. Подобное, впрочем, происходило в истории, и не раз.

— Но ведь надо еще убедить общественность, включая и правоохранительные органы, в том, что труп действительно Комара?

— Ну, общественность может так ничего никогда и не узнать. А вот ФБР провести будет трудновато. Свобода оставшегося в живых Комара — будет ли он продолжать существование под фамилией Андриканиса или какой-то иной станет, конечно, относительной. Может, в масштабах собственного островка с невзрачным замком посредине, зато он будет жить…

— Нет, мне такой поворот никак не нравится, — заявил Денис. — Пусть-ка он сперва вернет украденные драгоценности, а потом уже приобретает свой остров, разводит там китайских петухов или сочиняет стихи… А что сказал мистер Донской по поводу натурального грека Леонидоса Андриканиса?

Кротов улыбнулся, загадочно посмотрел на Дениса и ответил:

— Район Гарлема, Запад, Сто тридцать пятая стрит, дом девяносто один, квартира семьдесят.

— Выходит так, — после небольшого раздумья заметил Денис, — что мистер Донской покруче господина Нэта?

— Здесь другое. Деньги, Денис Андреич, только деньги. В Гарлеме проживают люди, остро нуждающиеся в них. Но это я так думаю.

— Вы далеко смотрели, Алексей Петрович, — хмыкнул Денис, — когда еще в Москве настойчиво предлагали взять с собой Севу с Филей…

Кротов помолчал и спросил в свою очередь:

— А что Жорж?

— Он мне показался растерянным и напуганным. Но держится с достоинством и даже пытается взять верх над обстоятельствами, что выглядит, мягко говоря, не очень… Видит свои перспективы и, похоже, не в восторге от них. Но хорохорится. Нелли ему удар, конечно, нанесла чувствительный. Но я его постарался успокоить, что все в конце концов возвратится на круги своя. Версия о Комаре стала для него неожиданностью. И крепко, кажется, задела за живое. Кое-что он вспомнил. Но самое главное — Комар сейчас, как и его двойник, должен находиться в Нью-Йорке. И смерть Левона Жорж ему не простит. Ну а наше предположение, что его удастся уговорить прилететь в Россию для дачи показаний, рухнуло. Отказался категорически. Он американский гражданин, и местная Фемида к нему никаких претензий не имеет. Матросской Тишины он, видите ли, испугался!

— Ошибся. Не учел нашей новой моды выпускать арестованных под залог. Заплатил хорошие бабки, вышел на волю и — гуляй, Вася!

— Все так, но что-то мне не понравилось в конце настроение Жоржа, озабоченно сказал Денис. — Сейчас, когда Нелли в полной безопасности, он может посчитать, что руки у него развязаны… А нам ведь Комар нужен обязательно живой! У Аракелянов же, у обоих, как ни крути, уголовное прошлое. И отсидки, и старые связи, и много чего другого, о чем мы с вами даже не ведаем. Как бы он раньше времени не перебежал нам дорожку!

— Есть резон… — вздохнул Кротов. — А вдруг Саймон поможет?

— Это каким же образом?

— Он как-то сказал, что у Жоржика могут оказаться определенные сложности с налогами. И если предпринять некоторые меры, Жорж на время перестанет нам мешать.