Галина Куликова - Французская вдова Страница 50

В тот недолгий период, когда Зубов был отчимом Марьяны, она уже жила отдельно и с ним практически не встречалась. Но перед разводом ее мамаша вновь не удержалась от членовредительства. Зубов попал в больницу с переломом ребер, и Марьяна приходила к нему заглаживать мамочкину вину, утешать и добиваться мира. Ну и… влюбилась! Наверное. В любом случае, свой брак они превратили в игру, и до сих пор самозабвенно в нее играют.

– А как же все эти романы Зубова с актрисами, да вот хоть с Забеленской? – удивился Тарасов.

– Всего лишь дымовая завеса. Для отвода глаз, – следователь пожал плечами. Было ясно, что сам он подобных развлечений не одобряет. – Так вот, Тарасов, – продолжил он. – Насчет вашего вторжения в театр. Вы действительно там всех всполошили. Может быть, вы перепугали и знакомых Буколева? Вам никого не нужно успокоить?

Тарасов сначала озадаченно нахмурился, а потом хлопнул себя по лбу.

Когда Федор ворвался в свой рабочий кабинет, то увидел, что его мать и Марина сидят на бериевских стульях, прижавшись друг к другу, как две птички. Выражение глаз у них было одинаково несчастным.

Увидев живого и невредимого Федора, обе женщины вскочили на ноги.

– Федя! Как же ты нас напугал! – воскликнула Надежда Петровна, бросаясь к сыну.

На секунду сжав ее в объятиях и поцеловав в щеку, Федор высвободился и посмотрел на Марину.

– Тарасов и вам тоже позвонил? – глупо спросил он.

– Еще как позвонил, – согласилась Марина, не сводя с него глаз.

– Ты до сих пор на «вы» с женщиной, которая ради тебя бросила мужа? – поразилась Надежда Петровна.

Марина с Федором оба открыли рты и уставились на нее. Федор растерялся, а Марина пришла в абсолютное смятение и покраснела до корней волос.

– Дорогая, я вас не осуждаю, – продолжила Надежда Петровна. – Ради моего сына можно бросить даже принца крови.

Верочка, которая подслушивала под дверью, достала из кармана батистовый платок и глухо зарыдала, уткнув в него нос. Вышедшая из кабинета Надежда Петровна удивленно спросила:

– Все закончилось хорошо. Отчего же вы теперь плачете, Верочка?

– Федор… Он… Он говорил, что никогда не женится… Что у него железный характер! – пробормотала та сквозь слезы.

Надежда Петровна хмыкнула и пожала плечами.

– Что ж, – философски заметила она. – Выходит, любовь даже железный характер может превратить в металлолом.