Наталья Александрова - Бой с ленью Страница 21

Но Майя ее, разумеется, не слышала. Она протянула женщине за стойкой деньги, та в ответ вытащила не журнал, а газету. Майя поднесла газету к лицу и долго рассматривала первую страницу, потом свернула газету трубочкой и побежала прочь от лотка, забыв сдачу. Заинтригованная Ирина незаметно пошла за ней. Майя оглянулась по сторонам, но Ирину не заметила. Она устремилась в сторону небольшого зимнего сада, что был в холле. Перед ним стояло несколько столиков – не кафе, а так, подавали только кофе да воду… Майя плюхнулась за один из столиков и разложила перед собой газету. Долго глядела на нее, недобро усмехаясь и скаля мелкие зубы, потом достала из-под полы куртки самую обычную английскую булавку и вдруг стала тыкать ею в газету, бормоча какие-то заклинания.

Такого Ирина не выдержала. Она подбежала к сестре и потянула ее за рукав:

– Майя, что ты делаешь?

– А-а, это ты… – казалось, Майя едва пришла в себя, – явилась наконец…

Она взмахнула булавкой и вонзила ее в глаз женщине на фотографии. Насколько могла заметить Ирина, там и так вместо глаз были уже одни дырки.

– Чтоб тебе шею сломать, голову разбить, в яму провалиться, утонуть в нечистотах… – бормотала Майя, – чтоб тебя машина переехала, кирпич на голову упал, чтоб тебе грибами отравиться…

Ирина едва удержалась от крика, не потому что жалко было женщину – все же газета, не живой человек, – а потому что на фотографии она узнала все ту же Оксану Раевскую, директора той самой галереи «Райский сад», где вчера их с Катькой так нелюбезно встретили.

Будь на месте Ирины Катя, она бы тут же выболтала все. Ирине же стоило огромных трудов удержаться.

– Чтоб тебе с пятого этажа упасть, ноги-руки переломать, чтоб тебя на охоте вместо глухаря подстрелили… – бормотала Майя в каком-то экстазе, – чтоб тебя приподняло да хлопнуло, а после парализовало, чтоб тебе всю жизнь в инвалидном кресле маяться…

Ирина вгляделась в лицо Майи и вздрогнула. Лицо это напоминало маску, причем маску какого-то сказочного зверя, потому что у настоящей лисы или хорька не может быть такого злобного оскала и таких горящих ненавистью глаз. Ирина решила, что следует срочно вмешаться, пока Майя окончательно не спятила. А то начнет еще истекать слюной и бросаться на людей!

– Что тебе сделала эта женщина, – как можно спокойнее спросила она, – что ты желаешь ей ужасной смерти?

– А ты не знаешь? – окрысилась на нее Майя.

– Господи, ну откуда мне знать? – устало проговорила Ирина. – Мы же с тобой не виделись много лет!

Однако ей очень хотелось выяснить, что все же связывает женщину на снимке с ее сводной сестрой. Катерина упорно утверждает, что именно эту женщину, Оксану Раевскую, убил неизвестный, которого инспектор ДПС назвал Александром Сергеевичем. И тут вдруг Майя с булавкой.

Ирина не слишком любила такие совпадения. Если бы она отмахнулась от фактов, она не была бы писательницей детективных романов.

– Эта стерва увела у меня мужа! – процедила Майя, с ненавистью глядя на мятую газету.

– Да что ты! – очень натурально ахнула Ирина.

Майя покосилась с подозрением, но не увидела в глазах Ирины ни капли злорадства. Ирина же, рассмотрев ее вблизи, была несколько разочарована. Майя вовсе не выглядела такой молодой. Да и то сказать, тут же с непонятным удовлетворением вспомнила Ирина, разница в возрасте у них совсем небольшая – год или полтора. Теперь, когда они сидели рядом, было видно, что лицо у Майи осунулось и погрубело, вокруг глаз расползаются предательские морщинки. И хотя вроде бы сейчас Майя малость успокоилась и не похожа уже на монстра из ночных кошмаров, но выражение лица у нее все равно какое-то хищное, мелкие острые зубы, прищуренные настороженные глаза… Все вместе напоминает не то хорька, не то ласку. А может, куницу, Ирина решила не уточнять.

– Да, вот так вот, – сказала Майя более спокойным голосом. – Жили себе, жили, я и в мыслях ничего такого не держала, как вдруг в один прекрасный день является мой Михаил домой и говорит, что мы разводимся.

– А ты?

– А что я? Поскандалила, конечно…

«Я себе представляю», – подумала Ирина.

– А только он не больно слушал. Собрал вещи, документы, да и ушел. Мне визиточку оставил с телефонами адвоката.

– Как же ты так прокололась? – спросила Ирина, невольно впав в осуждающий тон. – Как же ты вовремя не заметила, когда пожар еще потушить можно было?

– Да я отдыхать уезжала, потом в клинике веки подтягивала… Смотри! – Она прикрыла глаза.

«И ничего особенного, – подумала Ирина, – все равно возраст виден…»

– И только я приезжаю, этот паразит как раз и сообщает мне новость, ты представляешь? – продолжала Майя. – Ну, после его ухода я, конечно, давай бабам знакомым звонить, они и просветили – дескать, романчик у него с этой заразой Оксаночкой. Мне как обухом по голове – то есть я, разумеется, знала, что кто-то у него есть, но на нее и думать не могла! Со мной он в последнее время не спал, так я решила – ну, завел себе какую-нибудь девочку из стриптиз-бара, на них ведь не женятся! А оказалось вон что, она его так в оборот взяла, что он семью бросил! Ну стерва, ну зараза, у меня просто слов тогда не было! Ведь мы с ней одно время даже общались, недолго правда.

– Семья – это ты одна? Детей, я так понимаю, у вас не было? – невольно спросила Ирина.

– Надо больно этих… заводить! – Ирину покоробило от неприличного слова. – Сначала токсикоз, потом пузо на нос лезет, затем ночей не спать, фигура опять же портится… Здоровье на них угробишь, а что потом?

– Дети радость приносят… – неуверенно проговорила Ирина.

– Да оставь! – Майя махнула рукой. – Вот ты много радости получила? А захотел твой уйти, никакими детьми его не удержала!

«Это верно, – подумала Ирина, – только я его не удерживала».

– Кто такая эта Оксана? – Она решила сменить тему.

– Черт ее знает! – Майя снова махнула рукой. – Крутилась тогда на тусовках, вроде бы раньше была с Катавасовым…

– Кто такой Катавасов? – удивилась Ирина.

Майя поглядела на нее, как на душевнобольную.

– Ты правда не знаешь?

– И знать не хочу! – рассердилась Ирина.

– Да, ты человек далекий от высшего общества, – констатировала Майя, и Ирина едва не выплеснула ей в лицо отвратительный кофе из своей чашки, до того стало противно. Тоже мне, высшее общество, родовая аристократия!

– В общем, мой со мной развелся и ушел к этой сволочи, – спокойно закончила Майя, – оставил без денег…

– Но все же квартира… и содержание какое-то он тебе дал.

– Ты называешь это содержанием? – вскипела Майя. – Полторы тыщи баксов в месяц – это что, по-твоему, деньги? Некоторые мужья оставляют своим женам приличный счет в банке. И оплачивают машину с водителем! А мой машину новую не захотел покупать после развода, обойдешься, говорит! И теперь она вечно ломается, даже на ремонт и то денег нету!

– Ну, некоторые живут и на меньшую сумму, – протянула Ирина, но Майя не слышала.

– Одеться прилично не могу, уже в магазины ходить перестала!

– Да ну? А по-моему, этот прикид очень даже ничего, – Ирина указала на кожаную курточку, – модный…

– Ты что – совсем рехнулась? – накинулась на нее Майя. – Это же из прошлогодней коллекции! Только и думаю, не дай бог кого из бывших знакомых встречу, со стыда сгоришь! Хожу как бомжиха! А, да что с тобой говорить, серая ты, Ирка, и всегда такой была…

Майя высморкалась в бумажную салфетку, скатала ее в комок и бросила в пепельницу. Ирина невольно передернулась.

«Что я здесь делаю? – подумала она. – Зачем я вообще сюда пришла? У меня столько важных дел, хватает собственных неприятностей, а я вынуждена выслушивать эту отвратительную бабу, играть для нее роль жилетки…»

Майя почувствовала, очевидно, что разговор принял совершенно не то направление, и попыталась наладить отношения.

– Ты не обижайся, – неожиданно сказала она вполне нормальным голосом, – просто мы с тобой всегда были очень разными, непохожими, оттого и не могли найти общего языка. А меня вся эта история с разводом так подкосила, нервы стали ни к черту. Муженек-то бывший устроился прекрасно, видела его тут как-то – выглядит отлично. Говорит, что счастлив безмерно, что нашел, наконец, свою половинку, а все остальное было ошибкой – я то есть, ты представляешь? На женушку свою не надышится, она тоже с него пылинки сдувает и – можешь себе представить? – обеды ему готовит собственноручно! Пироги печет! Кулебяку и мясной рулет!

– Кулебяку? – поразилась Ирина и недоверчиво поглядела на порванную газету.

Как-то не умещалось у нее в голове, что та блондинка на снимке умеет печь кулебяку. Да если на то пошло, по первому впечатлению она мужчине и картошки поджарить не сумеет – посолить забудет или масла налить!