Галина Полынская - Суп из птичьих гнезд Страница 22

– А кто ж в моей квартире сидит? – вспомнила я, наконец, и о своем бедном песике. – Там кто-то есть!

– Это одноклассник мой, – сказал Влад, как следует, приценившись к остаткам виски. – Когда мы уезжали из твоей хатки… кстати, Сена, у тебя в квартире ремонт начали и бросили, зрелище убийственное! – то попросил своего приятеля присмотреть и за хаткой, и за песиком. Его как раз жена опять выгнала из дома, так он восторгом согласился, и до сих пор у тебя. Он с собаками никогда не общался, так чтобы не напортить, гуляет с ним раз по шесть на день и кормит… всё время…

– О! – взвыла я. – Нельзя кормить всё время! Испортит мне Лаврика!

– Сейчас к тебе поедем, – тихо икнула Тая, копаясь в секретере Марьи Петровны. Старушка тем временем что-то готовила на кухне. Тая извлекла бутылку мартини, и я подумала, что этим стоит запить виски. Тая щедро налила нам вина и полезла к пузану.

– Я не смогу успокоиться, пока не убедюсь… не убеждусь…

– Вскрывай, – я присоединилась к ней. Тая в остервенении принялась дергать выдающуюся часть статуи, а Влад, попивая мартини, с интересом за нами наблюдал. Вскрыв тайник, подруга запустила внутрь руку и вытащила пригоршню драгоценных буках, сверху сиял скорпион.

– Ох… ты! – изрек Влад и пролил себе на штаны мартини. – Вау!

Он схватил скорпиона и завертел в руках.

– Золото, что ли?

– Отдай, дурак!

Не успела Тая выхватить жука у Влада, как вдруг, бриллиантовая спина скорпиона подалась в сторону под пальцами Влада, и на ковровую дорожку посыпался какой-то желтоватый порошок.

– Ливасол! – крикнули мы с Таей одновременно, и подставили ладони под драгоценную струйку.

Собрав все до крупицы на чистый листок бумаги, мы перевели дух.

– Пожалуй… – начала Тая.

– Пожалуй, да, – кивнула я, – ты права, передадим формулу и порошок Бенедиктову. И не надо так на меня смотреть, Тая! Я же сказала: формулу и порошок!

– Да? – расцвела подруга, прижимая к себе пузана с золотом. – Я согласна.

– А вы уверены, что это все золотое? – сказал Влад, рассматривая жучка скарабея, – что-то не похоже… Чья-то коллекция, да?

– Еда готова, – Мария Степановна внесла поднос с дымящейся вкуснятиной.

– Что это? – сладострастно принюхалась я. – Пахнет так божественно.

– Картошка с обжаренной колбаской, – Марья Степановна поставила яство на стол. – Однажды мы со Стёшенькой были в Китае, зашли в ресторан, и нам предложили фирменное блюдо – суп из птичьих гнезд, звучало это так красиво, что мы заказали. А потом выяснилось, что это – слюна каких-то чаек… короче, не к столу будет сказано, ребятоньки. Так я и затребовала тогда что-нибудь получше, породнее, и принесли нам вот такую вот картошечку. Я в нее на всю жизнь и влюбилась. Ну? Что ж вы, ребятки, замерли? Стынет же вкуснятинка!

1999 г.