Дарья Донцова - Завещание рождественской утки Страница 35

– Мы уже закончили, – заявила Коткина. – Пошли, Вилка.

– Да, да, побежали, – обрадовалась я, – дел полно. До свидания, Иосиф Петрович. Огромное вам спасибо, спина у меня совсем не болит.

Возле лифта я попросила спутницу:

– Не рассказывай, пожалуйста, никому про медведя. И про то, что я ищу убийцу Веры.

– Не надо считать всех глупее себя, – в привычно хамской манере отреагировала Коткина.

Я отвернулась. А Людмила вдруг обняла меня.

– Будь осторожна. Мне что-то подсказывает, что медведь в этой компании не самое опасное существо. Вдруг тебя убьют?

Я хотела заверить, что проживу еще лет сто пятьдесят и скончаюсь в собственной постели от дряхлости, но Люся разжала руки и добавила:

– Тогда придется переться рано утром на кладбище, бросать на твой гробик горсть земли. Терпеть не могу вставать ни свет ни заря и пачкать руки глиной. И на поминках вкусно поесть не удастся, наверняка угостят дрянью. Адью, Тараканова!

Коткина со скоростью стрижа влетела в подъехавший лифт и, прежде чем я успела сделать шаг к кабине, нажала на кнопку. Подъемник уехал. Я осталась на площадке одна.

– Медведь? – переспросила Тонечка, когда я, сев в машину, позвонила ей. – Зверюга?

– Уж не плюшевая игрушка, – подтвердила я. – Так что нам нужен список всех топтыгиных, обитающих в Москве.

– Навряд ли где-то есть такой перечень, – засомневалась Антонина. – Однако нелегкую ты поставила мне задачу!

– Нет слов «не могу», есть «не хочу», – назидательно произнесла я. – Напряги мозг и составь перечень тех, кто с большой долей вероятности имеет дело с косолапыми. У всякой зверушки имеется хозяин, он-то нам и нужен.

– Ладно, – без особой радости согласилась подруга.

Я не дала Тоне расслабиться.

– Теперь второй пункт. У Веры есть соседи, их фамилия Гуляевы. Они могли видеть, как медведь убегал со двора Филипповой. Эти люди постоянно в дачном поселке не живут, найди мне их московский адрес. Имен не знаю, но, думаю, ты справишься.

– О’кей, – вздохнула Тоня, – начинаю. Как только нарою инфу, сообщу.

Я хотела поставить трубку в держатель на торпеде, но она зазвонила прямо в руке.

– Дорогая Виола, вы можете через полтора часа подъехать в ресторан «Туз»? – промурлыкал Иван Николаевич. – Я освободился пораньше. Но если вы заняты, то…

Больше всего мне хотелось посидеть в одиночестве и спокойно подумать, однако разве можно отказать Зарецкому?

– Диктуйте адрес, – потребовала я.

На пороге ресторана меня встретил кланяющийся, как японец, Леонид, наряженный сегодня не в черный, а в серый костюм. Из нагрудного кармана пиджака выглядывал красный носовой платок с черной каймой.

– Господин Зарецкий уже ждут, – объявил он. – Вы прекрасно выглядите. Хочу сказать, что для «Пентхауса в раю» огромная честь видеть в числе своих клиентов звезду российской литературы. Мы польщены и восхищены. Разрешите преподнести вам небольшой презент. Пожалуйста!

Менеджер в очередной раз переломился в пояснице и протянул мне пластиковую карточку. Я машинально взяла ее.

– Это VIP-скидка, – зачастил парень, – двадцать процентов на покупку вами пентхауса, десять на обед в честь вашего отлета в рай, пять на аксессуары.

– Аксессуары? – растерялась я.

Леня заулыбался.

– Платье, туфельки, сумочка – все что пожелаете, от любой фирмы. Женщины обожают таскать при себе кучу мелочей: косметика, зеркальце, расчесочка, носовой платочек. Кстати, о последних. У нас есть прикольный вариант, с принтами в виде летучих мышей.

– Боюсь, мне он не подойдет, – промямлила я, – это больше для вампиров. И я пока не собираюсь… э… в рай. Прекрасно себя чувствую, молода, здорова.

Леонид молитвенно сложил руки.

– Жизнь непредсказуема. А ну как в ДТП угодите… Или, например, кирпич с крыши свалится… Думаете, это хохма? Позавчера мы отправили в место вечного блаженства совсем не пожилую особу, на голову которой шлепнулся камень.

Я вздрогнула.

– Ужасно!

– Да уж, – поджал губы Леонид. – Некоторые люди не имеют понятия о прекрасном. Если решил убить свою жену, то обставь дело со вкусом, а не швыряй в нее булыжники с балкона пятого этажа. Неужели нельзя хотя бы отравить даму по-человечески? Предложить ей лечь в ванну, насыпать в воду лепестки роз, включить классическую музыку, распылить дорогой парфюм с тонким ароматом, зажечь свечи и подать шампанское с ядом. Ну ни малейшего вкуса у мужа!

Леонид примолк, тряхнул головой и открыл дверь ресторана.

– Прошу!

Я вошла в холл, сняла куртку, причесалась, переступила порог зала и увидела неразлучную парочку – Зарецкого и Антона. Иван Николаевич вскочил.

– Счастлив! Рад безмерно! Осмелился заказать вам лосось со шпинатом.

– Мой любимый ужин, – покривила я душой, вспоминая о батоне докторской колбаски, мирно лежащем дома в холодильнике.

Шпинат, на мой вкус, смахивает на тряпку, хуже него только брокколи. А от лосося у меня в животе начинается революция. Нужно отказаться от рыбы и зелени, попросить пасту с грибным соусом. Но мне не чужда простая алчность. Мне хочется взлета тиражей книг и, как следствие этого, повышения гонорара. Для пополнения счета в банке я готова слопать шпинат с рыбой, это не самое отвратительное, что делают люди ради денег.

– Мы собрались тут, чтобы обсудить меню банкета для отлетающего в рай, – зачирикал Леонид. – Сразу хочу назвать блюда, которые все непременно ставят на стол.

– Кутья, – вздохнула я. – Нечто вроде рисовой каши вперемешку с черносливом, курагой, изюмом и орехами.

– Скучно, – скривился Иван Николаевич, – нет драйва.

– Дань традиции, ее истоки бурлят в Древней Руси, – засуетился Леонид. – Славяне не выращивали рис, засевали поля рожью, поэтому, чтобы порадовать во время ужина отбывшего в мир вечной радости, люди всегда покупали самую дорогую крупу. Та же фишка с сухофруктами. Но у нас-то нет проблем ни с рисом, ни с сушеными плодами. Кутья в принципе не нужна. Но она, как стихи Чехова, – классика обеда усопенного.

Я сцепила зубы. Молчи, Виола, молчи! Не стоит заявлять вслух, что Антон Павлович Чехов не писал стихов, он гениальный драматург и прозаик.

– Однако, если мне позволительно сделать замечание, лучше начать не с кутьи, – продолжал заливаться соловьем менеджер. – Вот гости начали прибывать после прощания на аэродроме… Все одновременно не подъедут, на дорогах пробки, значит, надо позаботиться о пред-пати. То есть подать тем, кто уже появился, небольшой перекус. Наш самый лучший в мире ресторан обслуживания пентхаусов предлагает оригинальный вариант особого канапе. Ольга, подайте нам блюдо номер раз.

Не успел Леонид замолчать, как официантка поставила в центр стола тарелку.

– Необычно и полностью соответствует теме, – восхитился Леонид. – А то иногда посещаешь мероприятие и не понимаешь, чему оно посвящено, у всех на тусовках одинаковая еда – руккола с помидорами и белыми грибами плюс стейки на горячее. А у нас! Восхитительно и креативно! Миниатюрный пентхаус, покрытый глазурью.

Я во все глаза уставилась на крохотный розовый гробик, на крышке которого был искусно выложен из укропа погребальный венок.

– Пентхаус из паштета, – торжественно объявил менеджер. – Обливка на базе клюквенного соуса. А теперь смотрите… Снимаем крышечку, и – кто у нас там внутри?

– Покойник! – подскочила я. – В черном костюме!

Леонид укоризненно кашлянул.

– Путешественник в приличествующей случаю одежде. Наш шеф-повар гений, он, если, конечно, пожелаете, даже придаст фигурке из картофельного пюре портретное сходство с вами. Смею заверить, гости будут в восторге. И поверьте, ни у кого на столе ничего подобного вы не увидите.

Я перевела дух. Да уж! Не могу сказать, что часто бываю на поминках, слава богу, все близкие мне люди пребывают в добром здравии, но на тех двух-трех печальных ужинах, где мне довелось побывать, присутствующим ни разу не предлагали слопать покойника, вылепленного из картошки.

– Интересно, – снисходительно заметил Иван Николаевич. – А ваше мнение, Виола?

– М-м-м, – протянула я, – весьма необычно.

Леонид потер руки.

– Забыл сказать. Зал оформим по теме отлета. Декор любой, какой пожелаете. Есть вариант живых фигур. Сейчас покажем.

Менеджер хлопнул в ладоши, из боковой двери выпорхнула Красная Шапочка и вошел римлянин в лавровом венке.

– Завтра у нас церемония на тему русских народных сказок, – пояснил гробовщик, – официанты репетируют. Девочек и мальчиков одеваем по-разному.

– «Красная Шапочка» – произведение французского писателя Шарля Перро, – некстати блеснула я эрудицией, – а парни в тогах в русском фольклоре не упоминаются.

Леонид наклонил голову.

– Так пожелали родственники дорогого усопенного, а мы никогда не спорим с клиентом. Кстати! Тема сказок крайне популярна на банкетах, в особенности людям нравится гигантский трехглавый дракон. Он выполнен из фруктов, стоит в центре зала на столе. Из одной пасти у змея льется вино, из другой водка, из третьей пиво. Очень впечатляюще!