Дарья Донцова - Любовное зелье колдуна-болтуна Страница 54

– Младший Бражкин не только поставлял отцу девушек, – вклинилась я в рассказ Троянова, – а еще после смерти мэра зачистил территорию. Именно Макс вызвал фирму «Консъерж-вип», и ее сотрудники оперативно разобрали все, что находилось внутри дома. Вот окна, увы, пришлось оставить. Вы, наверное, подумали, что в запертую обитель колдунов никто не полезет? Тем более что снаружи стеклопакеты выглядели дряхлыми. Затем младшему сыну пришлось убить Хвостову и Фатеева; они-то знали, кто истинный владелец домика в карьере. С пенсионеркой проблем не возникло. Что вы ей принесли? Торт? А вот с бывшим пекарем Николаем случилась незадача – тот незадолго до происшествия с мэром укатил к другу-леснику. Но ничего, вы разобрались с одноклассником отца после его возвращения.

Максим вздрогнул.

– Я бы не тронул их, но оба поступили одинаково. Не успели гроб отца опустить в могилу, как Евдокия потребовала ежемесячных денег за молчание. Большую сумму, намного больше той, что ей регулярно давал отец. И Фатеев, едва вернулся, заявил то же самое. Они меня вынудили, сами виноваты.

– Молчи! – закричала Каролина. – Ни слова без адвоката!

Лицо молодого ученого осунулось.

– Давайте покончим с этой историей. Да, отец заставил меня приводить к нему женщин.

– Как ты мог? – заорал Константин. – Понимаешь, что теперь с нами всеми будет? Почему ничего не рассказал мне?

– И что бы ты сделал? – с ехидцей спросил младший брат. – Я пытался уберечь семью от больших неприятностей. В первый раз отец пообещал мне, что это единичный случай. Лечение, мол, подействует, опухоль исчезнет, он опять станет прежним. Клянусь, я понятия не имел, что дом колдунов куплен папой и отделан для встреч со Светланой Алексеевной. Только сейчас услышал правду и был шокирован…

Я вспомнила удивленные глаза Максима, его растерянность, когда звучал рассказ Шаровой, поверила ему и пробормотала:

– Вот почему вы испугались и попытались помешать Светлане Алексеевне говорить. Сообразили: она могла знать правду про убийства.

Максим никак не отреагировал на мои слова, продолжил:

– Отец соврал мне, что давно купил жилье для встреч с любовницами, но про Шарову даже не намекнул. Мы с ним тогда впервые как мужик с мужиком поговорили. Он объяснил, что у них с мамой, как он выразился, «никогда упоения в бою не было», исключительно тусклый, супружеский интим раз в два-три месяца, потом мать и вовсе от него отказалась. И как поступить здоровому мужчине? В таких случаях многие разводятся, но отец не хотел детей травмировать, купил на имя Фатеева дом, и много лет его временные подружки туда приезжали. Клялся, что все бабы из Москвы, прилетают специально, в Лоскутове он ни с кем дела не имеет. Повторяю: о Светлане Алексеевне он ничего не говорил. А вот про то, что Хвостова там убирает, про покупку Фатеевым дешевых машин, на которых отец в карьер ездил, я знал. С Евдокией в домике столкнулся. Отвез девку, спустя пару часов вернулся, стал с кровати белье снимать, а старуха с улицы вошла и буднично так говорит: «Езжайте домой, Максим Игоревич, не мужское дело грязь убрать. Не волнуйтесь, приберу». Она то, что происходит, понимала, поэтому гору денег за молчание и запросила. Гадина жадная! А я поверил отцу, что девушка ему нужна всего один раз, вскоре наступит полное выздоровление. Но затем была вторая, третья, четвертая… Случилась невероятная история с Еленой… Я понял… осознал, что меня сделали серийным убийцей… спасая реноме отца, я погубил свою душу… Я виноват. Я использовал любовное зелье колдуна-болтуна.

– Любовное зелье колдуна-болтуна? – возмутилась я. – Вы так смертельный яд называете? Оказывается, отрава всего лишь невинное любовное зелье!

– Мне так было легче, морально спокойнее, – прошептал Макс. – Я себе говорил: «Они просто пьют любовное зелье колдуна-болтуна, пьют, чтобы на время стать возлюбленными моего отца».

– Молчи! – заплакала Каролина Олеговна. – Дорогой, умоляю, закрой рот. Я найму лучшего адвоката. Солнышко, ты не преступник, ты стал игрушкой в руках сумасшедшего больного человека… его никто не мог остановить… даже я…

– Господи, – перекрестилась Раиса, – Кара-то все знала. Моя свекровь в курсе происходившего! Они с Максом вдвоем… вместе… покрывали Игоря Семеновича.

– Ради вас и внуков, – завизжала Каролина. – Скажите спасибо, что мы вас от позора спасли. Сейчас тут из-за Василия мучаемся. Какого дьявола он москвичей в Лоскутово приволок? У нас дурак Дубов полицией руководит, Федьке никогда бы правду не узнать, он безмозглый, тупой кретин!

Я мысленно похвалила Федора Михайловича. Он не стал возмущаться, не зафонтанировал поговорками, а молча смотрел в окно, делая вид, что слова Бражкиной к нему никак не относятся.

– Молчи, дорогой! – надрывалась Каролина. – Более ни слова! Завтра из Москвы прилетит лучший из лучших адвокатов.

Максим обнял мать и притянул ее к себе.

– Это не поможет. Светлана Алексеевна недавно сказала: «Я устала, поэтому открою правду». Ну так вот, я тоже очень устал. Пусть все наконец закончится. Пора поставить точку. Татьяна, это я задавил отца. Все!

Глава 40

Сначала в комнате воцарилась мертвая тишина, потом вскочил Семен:

– Что с нами будет?

– Все, кроме Максима и убийцы мэра, отправятся домой, – ответил Иван Никифорович.

Алевтина Степановна показала пальцем на Светлану Алексеевну.

– И эта шлюха тоже?

– Адюльтер осуждается общественным мнением, но в уголовном кодексе статьи за супружескую неверность нет, – ответил Глеб Валерьянович.

– Всем придется нелегко, – посочувствовала присутствующим Антонина, – вам предстоит осознать, что вы близкие родственники. Хоть и не нравится вам, но это так.

– Макса отпустят? – с надеждой спросила Оля.

– Дура, ты не поняла, что он убил нескольких женщин и отца? – воскликнул Константин. – Мерзавца посадят пожизненно, уж я постараюсь!

Оля кинулась к старшему сыну Бражкину и затрясла перед его носом кулаками.

– Давай! Начинай! А я побегу в газеты, и ты никогда не станешь мэром. Еще сделаю так, что ты убежишь в панике из Лоскутова со своей жирной бабой и тупыми детьми. Рухнула твоя карьера! Но я не отстану. Переедешь в Екатеринбург, я и там о тебе всем правду расскажу: Костя сын психа и сам сумасшедший.

– Да я тебе голову оторву! – закричала Раиса.

– Отлично, – захохотала Оля, – тогда Константин до кучи мужем убийцы станет. Круто!

– Погодите вы, – попросил разошедшихся родственников Семен. – Почему их шеф сказал: «Все, кроме Максима и убийцы мэра, отправятся домой». Но ведь нашего отца задавил мой брат, он в этом только что признался. Или…

Иван Никифорович подошел к доске, поместил на ней еще один лист бумаги и объявил:

– Вот информация от оператора мобильной связи. Игорь Бражкин солгал жене, что сидит в рабочем кабинете, хотя был за городом и беседовал с ней по сотовому, воспользовавшись услугой переадресации звонка.

– Хватит повторять одно и то же, уже слышали! – вскипел Семен.

Шеф не стал раздражаться.

– Верно, об этом мы говорили. Но есть один нюанс. Ваша мать звала мужа на ужин, и некоторое время мы считали, что она тогда находилась в собственных апартаментах. А потом наш компьютерщик решил проверить звонки на домашний телефон Бражкиных. И обнаружилась интересная штука: они тоже, оказывается, перенаправлялись на мобильник Каролины Олеговны. Ну и зачем сие ей понадобилось, если она готовила на кухне любимому супругу ужин? Обнаружив эту странность, Роберт стал изучать все соединения. И выяснил следующее. За пятнадцать минут до общения с благоверным первая леди города связалась с Максимом. Тот находился в Медянске в лаборатории. Это известно точно, потому как сначала мать звякнула сыну на сотовый, тот не отвечал, и тогда она набрала городской номер. Разговор длился пять минут. Еще информация к размышлению. Через некоторое время после того, как мэр упал на проселочную дорогу, Каролина снова позвонила мужу. Бражкин, естественно, не отозвался. Она начала разыскивать мужа, на сей раз вызывала его с домашней трубки. Потом беспокойство проявила Ирина Федоровна. А Каролина принялась названивать Константину, Семену. Макса, своего любимого сына, не беспокоила. Тот же не искал ни мать, ни отца. Костя, Сеня, Рая, Надя – все терзали сотовый Игоря Семеновича. Все, но не Максим. Почему?

– Потому что он убил отца и знал, что он не откликнется, – подал голос Василий Петрович.

– Неверный ответ, – возразил босс, вытаскивая из папки несколько снимков. – Обратите внимание на фото с дорожных камер. Господин Бражкин-младший в тот день получил гору штрафов – он летел от Медянска до Лоскутова на своем красном «Мерседесе», напрочь забыв о знаках, ограничивающих в небольших городках скорость движения, поставил личный рекорд, добрался от лаборатории до родного дома за предельно короткий срок. Нарушать правила нехорошо, но это обеспечило Максиму алиби: он не мог убить отца, потому что в момент наезда на Игоря Семеновича находился в городке Школьное, где его зафиксировал объектив. На трассе камеры отсутствуют, а вот в населенных пунктах установлены, и по сделанным стоп-кадрам для выписки штрафов понятно, как ехал приметный «мерс»: Медянск, Васильевск, Краснопрудск, Алимов, Школьное, Морозово, Каменск, Медногорск, Факельное, Лоскутово.