Влияние - Бентли Литтл Страница 24

– Конечно. Люблю. Кто не любит макароны? – Он внутренне сконфузился от собственной неловкости. – Нужно бы мне было купить что-нибудь… – начал было он.

– Это я вас пригласила. Вы помните? Вам не нужно ничего покупать.

– И все же… – Он прошел за ней в дом.

Дом Джилл был невелик, но обустроен с умом. Как и другие дома в тупике, снаружи он казался сборным и напоминал трейлер двойной ширины, но она умело использовала ограниченное внутреннее пространство и изобретательно украсила свое жилье стильной и цветастой всячиной: старый багажный кофр служил ей кофейным столиком, стоявшим перед оранжевым диваном, какие были в моде в пятидесятые годы, рядом с ним стояло нечто, напоминающее уличный фонарный столб. Там было и какое-то подобие столовой, хотя размещалась она в коридоре, соединяющем гостиную с кухней, но, как и следовало ожидать от женщины, которая любит печь фигурные булочки, Джилл отчасти отдала коридор кухне, оснастив его разделочным столом, на котором лежала видавшая виды скалка, и старинным буфетом со встроенным ситом для муки. Хотя коридор выходил в гостиную, границы зон были очевидны.

Росс с восторгом огляделся.

– У вас тут чудесно, – сказал он.

– Не пытайтесь перельстить льстеца.

– Нет, я серьезно. Очень ловко. Даже когда у меня было собственное жилье, оно никогда не выглядело привлекательно. У меня отсутствует воображение. – Он осмотрел кактус, растущий в гигантском контейнере в стиле поп-арт от «Арахис Плантерс»[33]. – Вы вполне могли бы стать дизайнером по интерьеру.

– Спасибо, – сказала она, оценив его комплимент. – Я думаю, что не ошиблась в вас, – добавила она, улыбнувшись.

В воздухе висел запах чеснока и трав, и Джилл повела его к сердцу кухни, где на плите стояла громадная кастрюля с красным соусом для макарон, над кастрюлей поднимался пар.

– Я подумала, что стоит приготовить побольше соуса, чтобы не на один раз, если уж я взяла на себя такие хлопоты, – объяснила она. – Только не подумайте, что вы – это и есть хлопоты, – поспешила добавить она. – Я просто хотела сказать…

– Я понимаю, – сказал он и рассмеялся.

– Вот сюда. Садитесь. – Джилл вытащила стул из-под стола в середине кухни.

– Вам помочь? – спросил он. – Могу я что-нибудь сделать?

– Нет. Я предпочитаю быть одиноким рейнджером. Садитесь.

Росс сел, он теперь смотрел на нее, а она поставила на плиту кастрюлю с водой для макарон и принялась готовить салат. Он должен был почувствовать себя виноватым, но ничего подобного с ним не случилось. Здесь ему было хорошо, и он чувствовал себя на удивление свободно для первого свидания.

– Новые змеи к вам в гости не приходили? – спросил он.

– Вы говорите, помимо той, что обосновалась у меня на крыльце? Я ее больше не видела, но она где-то здесь. Надеюсь, что не в доме. Но зато сегодня утром ко мне в окно спальни пыталась залететь ворона. Стекло она не разбила, но этот удар настолько ее оглушил, что она упала на землю, а когда я подошла посмотреть, что с ней случилось, мой пес Пьюк, который так с тех пор еще и не появился, вдруг возник из ниоткуда, схватил ворону и потащил в горы. – Джилл улыбнулась. – А у вас какие новости?

Они поговорили о Магдалене, и разговор у них шел легко. Ее, казалось, сильно потрясли странные события, которые происходили в городке, – предмет, благодаря которому и состоялось их знакомство. Он не мог не признать, что у него тоже есть несколько вопросов, но ее озабоченность была гораздо глубже, и Росс решил, что девушка религиозна.

– Дело в том, – сказала она, – что, на мой взгляд, тут что-то случилось, оно и вызвало все дальнейшие события. Я не знаю, что случилось, не знаю, каким образом, не знаю, когда, но даже некоторые мои друзья, кажется, что-то скрывают от меня, словно все они знают что-то, но пообещали молчать.

– Да ладно. Вам не кажется, что в таком взгляде есть нечто параноидальное…

– Может быть, – согласилась она, – но даже если вы и параноик…

– …Это вовсе не значит, что кто-то не вышел охотиться на вас?

– Вот именно. – Джилл положила нож, которым нарезала томаты, и посмотрела влево. – Ой, чуть не забыла. Хотите вина? – Джилл достала бокал на высокой ножке и бутылку пино.

– Да, спасибо, – сказал он.

– Прошу прощения, – извинилась она. – Я ужасная хозяйка. Видите, даже на это ума не хватило.

– Ни в коем случае, – сказал он таким экстравагантно протестующим голосом, что они оба рассмеялись.

Росс сделал глоток вина и одобрительно кивнул. Джилл тоже пригубила из своего бокала и вернулась к салату.

– Так вы выросли здесь? – поинтересовался Росс.

– Нет. Магдалена – одно из таких мест, где… хотят жить лишь те, кто видел места и похуже. Большинство людей, которых можно назвать местными, в конечном счете уезжают. Ребят, которые хотят остаться, можно по пальцам перечесть.

– Так откуда вы и как оказались в этом городке?

– Вероятно, так же, как Дейв и Лита. Нет, может, и не так. Я думаю, семья Дейва знала об этом месте, потому что здесь развито фермерство. Но мне попалась статья в «Аризона хайвейс» о весенних полевых цветах в южной Аризоне, и я приехала сюда с моим бойфрендом, чтобы сделать фотографии. Мы оба тогда учились в Меса Коммьюнити колледже, оба специализировались на искусстве, вместе ходили на лекции по искусству фотографии. Фотографии цветов, о которых рассказывалось в журнале, были сделаны ближе к Сьерра-Виста, и мы поехали туда, но, поскольку у нас с собой было все, что нужно туристам, оттуда мы отправились наобум по грунтовкам в этой части штата, так мы случайно оказались в Магдалене. Я никогда прежде не слышала про Магдалену и решила, что это такое клевое место и такое совершенно… совершенно невинное. На обед мы заехали в бар, бургеры там были отличные, и я просто влюбилась в этот городок. Мы вернулись в Месу, а вскоре после этого мой роман с Крейгом закончился, но Магдалена не давала мне покоя, и, закончив колледж, а после и Аризонский университет, я решила пожить здесь в роли голодного художника. У меня, конечно, не было на это денег, а потому я после окончания университета поселилась у моей матери и работала на разных проектах, никакой постоянной работы у меня не было. Я отложила немного, и когда в 2008 рынок недвижимости упал, мне хватило, чтобы сделать первый взнос. И я купила этот дом. Я работала рекламным агентом и, как это ни удивительно, работала неплохо –