Лев Пучков - Изгой Страница 29

– А если несколько? Допустим, наряд – парочка: один впереди, другой сзади, на страховке?

– Ну, это ты уже утрируешь.

– Что, такая ситуация невозможна?

– Да нет, в принципе, возможна, – Федя на секунду призадумался. – Вот видите, правильно говорят: ум хорошо, а два и более – совсем круто. Упустили бы этот момент – могла быть плюшка... А! У вас же есть маркеры для пейнтбола?

– И что? У нас и для страйкбола есть.

– Нет, вот это не надо – видел я ваши пневматики, больно они на настоящие похожи. Давайте так: возьмите, на всякий пожарный, несколько маркеров и маски тоже. Это можно?

– Запросто.

– Ну вот. Думаю, такая ситуация вряд ли возникнет: утро, народу мало, все стражи порядка еще расслаблены после трудной ночи... Но если все же такое случится, пацаны из ГБР скажут, что мы собираемся проводить там пейнтбольный матч.

– Нормально, – одобрил Руденко. – Типа: военно-патриотическая игра «Зар-Ницца».

– Хе-хе... Хорошо, возьмем, – кивнул Усольцев.

– Дальше. Выставили наблюдателей, сидите тихо, ждете. При получении сигнала начинаете пешее выдвижение на рубеж засады. Почему не раньше – ясно?

– Чтоб не светиться.

– Верно. Выдвигаетесь – там рядом, минуты три уйдет, – занимаете позиции за забором, ждете. Вопросы?

– Ждем чего?

– А вот тут – как фишка ляжет. В идеале – ждете штурмовую группу. Если не попрет, ждете «Самооборону», это уже будет от их шустрости зависеть. Но в любом случае, даже если «Самооборона» прикатит до того, как мы к вам присоединимся, вы начинаете первыми.

– Так... Давай про «Самооборону» подробнее.

– Я сейчас перескочу на нас – чтобы вся картина была понятна, потом дойдем до этого момента. Итак, штурмовая группа выдвигается на транспорте к рубежу перехода в атаку. То есть к общаге. Транспорт будет наш – мы заказали грузовик. Если вдруг какие-то проблемы: поедем на ваших микроавтобусах. Но это уже будет полный не фонтан – мы теряем эффект внезапности. Учитываем это на крайний случай, если вдруг с грузовиком что-то случится. Я убываю со штурмовой группой, Саня – ты остаешься на стройке.

– Не понял? – удивился Руденко. – И что я там буду делать?

– Да это ненадолго. Я на месте доведу, что надо будет делать.

– Ну вот, секреты поперли, – неодобрительно буркнул Усольцев.

– Да ну, какие секреты! Там надо будет присмотреть за пленными, отследить один вариант – с водилой грузовика, а потом уже ехать за нами, к общаге. Просто пока точно не ясно, как все сложится, поэтому и сказал – на месте.

– Ясно, – кивнул Руденко. – Замышляется военная хитрость?

– Ну да, типа того... В общем, ты ждешь, когда мы подъедем к общаге – там обзор что надо, увидишь – потом едешь за нами. С тобой должен быть как минимум еще один боец – помимо штурмовой группы. Вы вдвоем подгоняете к общаге микроавтобусы. Если ты видишь, что процесс идет полным ходом, – звонишь Валере. Валера, вот это как раз тот самый сигнал: надо выдвигаться на рубеж засады.

– Понял. В смысле, по моей задаче – все понятно. Не совсем ясно, зачем вот эти выкрутасы с Саней, но...

– Да по ходу все будет ясно, – пообещал Федя. – Значит, мы вваливаемся, гасим почтенную публику, вытаскиваем в коридор. Расчетное время – пять минут на всю ботву. Саня, твои действия дальше: когда последний поломанный враг лежит в коридоре, бойцы штурмовой группы покидают здание, садятся на микроавтобусы, и вы выдвигаетесь к рубежу блокирования. То есть к гаражам, где уже сидят люди Валеры.

– А вы что, остаетесь в общаге?

– Да, буквально на пару минут. Напомню: сопротивление сломлено в буквальном смысле – почтенная публика лежит на полу со сломанными руками, а местами и ногами. Здесь очень важный воспитательный момент, ради которого, собственно, все и затевалось: я читаю речь, Ленка снимает. Потом мы мчимся к вам. Вы в это время примыкаете к засаде, которая к тому моменту уже успела там заскучать и лечь спать.

– Хе-хе...

– Нет, «хе-хе» – это если на самом деле так и будет. А может сложиться немного по-другому: к тому моменту засада уже вовсю будет биться с аномально расторопной «Самообороной», которая успеет раньше, чем мы закончим.

– Вот ни фига себе...

– Ага... В общем, тут уж – как фишка ляжет. Да, надо позиции заранее облюбовать, чтоб не кучковались, не демаскировали. Валера, будешь людей размещать, сразу предусмотри, что рядом с каждым бойцом засады встанет боец штурмовой группы.

– Хорошо.

– Саня, люди спешились, заняли позиции – оба микроавтобуса вот через этот пролом едут на эвакопункт, – Федя показал на схеме.

– Может, лучше оставить машины сразу за проломом? – предложил Усольцев. – Отработаем, сразу сядем и помчим?

– Во-первых, все не сядем – две тачки у нас остаются на эвакопункте. Во-вторых – и это главное, – враг не должен знать, что у нас есть транспорт для эвакуации. Мы типа банда: наскочили, побили, разбежались кто куда. Чтобы, когда начнут ловить, не рассматривали вариант организованной эвакуации.

– Ясно.

– Теперь вот еще что. Надо будет сразу назначить людей, которые проколют шины всем тачкам, на которых прикатит «Самооборона». Чтобы не кивали друг на друга, а конкретно – вот ты и ты. А перед этим надо будет одну тачку подогнать к забору и заблокировать пролом. Не исключено, что «Самооборона» с района будет подтягиваться партиями, – так вот, чтобы эти резвые хлопцы не ломанулись через пролом за нашими убегающими бойцами да не передавили всех на хрен.

– Понятно, – кивнул Усольцев.

– Валера, для этого тоже надо заранее поставить задачу. А то потом в спешке можно упустить.

– Да это те же самые люди будут. Подгонят, заблокируют, потом быстро проколют шины.

– Ну, смотри – но на всякий случай назначь резерв.

– Резерв для прокалывания шин? – Усольцев хмыкнул.

– Да, звучит глупо, но... Короче, ребята – везде должен быть резерв, двойное перекрытие задач, на случай, если основной исполнитель вдруг не сработает. Учитывайте это, когда будете раздавать задачи.

– Хорошо.

– Вопросы по вашим задачам?

– Охрана в общаге есть?

– Да, охрану беру на себя. Кроме того, там у нас сидит шпион. Он пасет обстановку и в нужный момент обозначит комнаты с «объектами». Еще будут ролик и снимки интерьера – попозже на почту пришлют, завтра с утра покажем, на ноутбуке.

– Все ясно.

– Ну вот, вроде бы по задачам все. Штурмуем общагу, по прибытии «Самообороны» гасим всех подряд, потом – бегом на эвакопункт, посадка, и уже в машине быстро снимаем толстовки, шапки, жилеты. Шапки, толстовки – уничтожить, жилеты потом сдать – «таблетка» будет стоять вот здесь, – Федя показал на схеме.

– «Таблетка»?

– Сейчас дойдем. Еще вопросы по задачам есть?

– Ожидаемое количество бойцов «Самообороны»?

– От двадцати до сорока. То есть двадцать примчатся быстро, еще столько же могут подтянуться чуть позже. В любом случае, работаем по первым прибывшим. Если в течение пяти минут больше никого не будет – валим оттуда. Потому что потом обязательно подключатся органы.

– Так... Значит, там тридцать, здесь от двадцати до сорока. А сколько всего будет народу от нас?

– Тридцать плюс тридцать, плюс шесть – наблюдатели и ГБР... Ну и – руководство – мы с вами. Грубо – семьдесят. Да, в микроавтобусах придется тесновато, но ничего, потерпят. У нас вон в маршрутках, бывает, и по двадцать катаются, и даже с авоськами.

– Зачем такая толпа? Штурмовая группа сама не справится?

– Чтобы создать явное преимущество. Штурм – внезапно, в комнатах, враг спит. А вот «Самооборона» – это уже совсем другой формат. Здесь они будут готовы к бою, работать придется на улице, так что места для «как следует развернуться» хватит. А пацаны там у них здоровые, сплошь спортсмены. Поэтому я и сказал: нам надо не просто шестьдесят всех подряд, а шестьдесят подготовленных бойцов. Юнг не брать, «патриотов» – ограниченно. Потому что мы там намеренно засветимся, и при разборках в первую очередь станут искать подозреваемых среди бывших членов «Патриота».

– Так... – Усольцев принялся усиленно морщить лоб. – Уже вижу проблему.

– Да, мы в курсе, – выступил я. – Поэтому есть просьба: обратиться к Московскому филиалу за помощью.

Легионеры переглянулись. Руденко вопросительно вскинул бровь, а Усольцев почему-то покачал головой и поджал нижнюю губу. У меня не было настроения разбираться во всех этих мимических нюансах, но я и без того понял: к Московскому филиалу они обращаться не собираются. Почему – это уже другой вопрос, но было понятно, что на этот вариант рассчитывать не стоит.

– Думаю, москвичей сейчас лучше не трогать... – немного поразмышляв, выдал Усольцев. – И вообще, мы это не озвучивали, но сейчас хочу уточнить: ты сказал «намеренно засветимся»... То есть вы подпишетесь за акцию?

– В каком плане? – не понял Федя.

– В смысле, возьмем ли мы на себя ответственность? – отреагировал я. – Ну, не знаю – если хотите, мы можем уступить вам это право совсем за небольшие деньги.