Книгоед - Владимир Константинович Пузий Страница 18

С этими словами Багира спрыгнула вниз, на тропу.

— Я так и знала! — повторила черная пантера, недовольно скалясь. — Прошло еще слишком мало времени, и королевский дворец Удайпура еще не превратился в Холодные Берлоги! А вместе с ним — и зверинец, которому постоянно нужны новые обитатели. — Багира вздохнула. — Маугли… Он наш и не наш, он из джунглей и не из джунглей! Он обещал, что не предаст нас. Но я говорила, всегда говорила, что он человек, а не волчонок. И теперь Голый Лягушонок подтверждает это. Но… но я всего лишь черная пантера. И я люблю его. Он не стал бы пленять нас ради забавы. Я уверена, ему для чего-то нужны все мы. И я отправлюсь в клетку, когда он попросит, — клянусь в этом сломанным замком, который освободил меня!

— Думаешь, на твоей клетке снова окажется тот самый замок? — хмыкнула Полосатая Сестра. — Сомневаюсь. Впрочем, твое дело, идти или не идти за Маугли. Для меня он — никто. И если Голый Лягушонок придет за моим детенышем, я убью Лягушонка. Пускай помнит о ночи, подаренной Первому из Тигров самим Тха. Я чувствую, Лунный Шакал скоро выбежит на небо, чтобы пропеть там свою песнь.

— Да погодите же вы! — закричал Эмка. — Неужели вы не понимаете — ни один из ваших выходов выходом не является!

Обе кошки ошеломленно взглянули на него.

— О чем ты говоришь, Странный Брат? — спросила Багира.

— Нельзя просто убить Маугли, это не спасет тех, кто уже сидит в клетках.

— Если бы там были одни лишь Бандар-Логи, я бы не пошевелила и кончиком хвоста… — проворчала пантера.

— Но там не одни Бандар-Логи, — прервал ее мальчик. — Там и Серые Братья! И от того, что ты по просьбе Маугли отправишься в клетку, ничего не изменится. Они не обретут свободу.

— Тогда как нам быть? — спросила тигрица. — Ответь, Странный Брат.

— Нужно собрать всех у Скалы Совета. Возможно, кто-нибудь подскажет, что нам делать.

— Да пос-скорее, — вмешалась молчавшая до сих пор священная кобра. — Раньше люди приходили в джунгли и приносили с с-собой С-смерть, но с-случалос-сь это редко. Красный Цветок в трос-стниках или Кус-сачая Муха, которая вылетает из Белого Дыма… От них мы могли уберечьс-ся, ес-сли не вс-се, то большинс-ство. Безволос-сые довольс-ствовалис-сь мертвыми и ос-ставляли в покое живых. Теперь же им нужны живые. И ес-сть ли предел жаднос-сти Безволос-сых?

— Следует предупредить остальных, — решила Багира.

— И сровнять деревню с землей, — добавила тигрица. — Как это уже не однажды случалось.

— Но нам потребуется помощь Хатхи. И…

Тут Эмка почувствовал, что начинает… таять.

— Ой! — крикнул он.

— Что с-с тобой, С-странный Брат? — обеспокоенно прошипела священная кобра. — Кажетс-ся, ты с-становишься непос-стоянным, с-словно туман над водами Вайнганги.

— Это я просыпаюсь, — прошептал Эмка.

Что-то сильно тряхнуло его за плечо.

Мальчик из последних сил держался за остатки сна. Если раньше он с удовольствием бы удрал в реальность, то теперь, наоборот, хотел остаться. Ведь Маугли до сих пор ловит зверей, а Серые Братья — пленены. И…

— Ну-ка, С-странный Брат, опус-сти меня на землю, — велела кобра. — А то ты еще развеешься, а падать с-с такой высоты я бы не хотела.

И она скользнула по подставленной руке, перебравшись вниз. И примостилась на гнилой колоде.

— Да, ты с-стал почти прозрачным, — сказала змея. — Тебя уже вроде и нету.

— И твой запах почти не ощущается, — добавила Багира.

— Я вернусь, дождитесь меня, обязательно!..

Мальчик исчез.

— Еще раз убеждаюсь в твоей мудрости, Капюшонная Сестра, — пробормотала тигрица. — Ты была права, назвав его Странным Братом.

Глава одиннадцатая,

в которой Эмка просыпается, Терминатор возвращается, а сеттер Петрофф попадает за решетку

Бабушка трясла его за плечо так настойчиво, что спать дальше было никак невозможно.

Эмка проснулся.

— Ну ты и перепугал меня, внучек! Как уснул у своих книжек — так только сейчас и добудилась.

Он растерянно моргнул:

— Я еще во вчера или уже в сегодня?

— Ты еще не в завтра, — улыбнулась в ответ бабушка. Что у нее за улыбка — Эмке всегда становилось теплее и уютнее, когда он ее видел!

— Ну я и проголодался! — сообщил он, сладко потягиваясь.

— То-то я решила пирожков испечь. — Бабушка лукаво прищурилась и погладила внучка по голове. — Идем, накормлю тебя.

— Да я только перехвачу чего-нибудь… — Дел у Эмки невпроворот, столько книжек еще нужно спасти!

Он решил обязательно отыскать «Маугли» и стереть тот рисунок, на котором мальчику из джунглей пририсован костюм, а сзади него изображены (Эмкой, кем же еще!) клетки.

Но шум на улице отвлек. Казалось, в дачном поселке одновременно лают все собаки, мяукают коты, кудахчут куры… Да так оно и было!

Едва прожевав порцию пирожков, Эмка рванул на улицу. Он совершенно позабыл о том, что видел во сне, — да и про книги забыл тоже.

— Теть Фрось, что за шум, а драки нет? — спросил у соседки, выглянувшей, как и он, разузнать, в чем дело.

— Да вот, — досадливо пожала она плечами, — кто-то вызвал к нам «собачник». Ездят теперь, всех собак ловят, какие только под руку попадаются.

— Как так?

— Да вот так. Не каждый ведь для дачи породистую псину заведет, многим и дворняги достаточно. А эти-то как раз на дворняг и охотятся!

— Так надо их остановить! Объяснить!..

— Остановишь их! Здоровенные лбы, им что дворняга, что пенсионер — никакой разницы. Посадят в клетку с собаками — и на мыло!

У Эмки по спине побежали мурашки.

— Ну это вы, тетя Фрося, преувеличиваете, — неуверенно протянул он.

— Может, и преувеличиваю, — согласилась соседка. — А может, и нет. Только проверять что-то не хочется. С такими мордоворотами и рядом стоять страшно, а уж спорить… Кто их знает, чего у них на уме. Если у них он вообще есть…

С этими словами тетя Фрося развернулась и пошла к себе на участок.

«Не люблю «собачников», — подумал Эмка. — А вот собак люблю. Надо что-то делать».

И мальчик побежал туда, где