Антон Иванов - Загадка подслушанных разговоров Страница 24

— Значит, можем идти, — скомандовал Луна.

Ребята направились в переднюю одеваться, но им преградила путь горничная:

— Стоп, стоп, стоп, гулены. Ну-ка, мыть руки и обедать. У меня как раз все готово.

— А мы думали, позже, — начал сопротивляться Баск.

— Никаких позже, — Альбина Ивановна решительно настроилась в пользу немедленного обеда. — Успеете нагуляться после. А я по сто раз не собираюсь разогревать.

— Ой! — братья глянули на часы. — Вообще-то нам тоже надо. Папандры наверняка вернулись. Давайте тогда сперва пообедаем, а потом уж и…

Тут у Луны громко заурчало в животе.

— Организм нашего Паши, конечно же, голосует за обед, — ехидно проговорила Варя.

— Жребий брошен, Рубикон перейден, — заявил Павел и первым пошел мыть руки.

Сразу после обеда вся компания поспешила на Шоколадную улицу.

— А интересно, — рассуждал на ходу Герасим, — у Леонида фамилия Диденко или это его жена Диденко, а он совсем не Диденко?

— Плевала я лично на его фамилию, — сказала Варя. — Главное для нас от чего-то там его спасти.

— Ну и расследование, — забрюзжал Каменное Муму. — Точной фамилии человека не знаем, кто он такой — тоже, и от чего спасать — неизвестно. А сидеть сложа руки тоже нельзя.

— Да ты не расстраивайся, — улыбнулась Марго. — Вот сейчас все ему расскажем пускай принимает меры. А мы до конца каникул можем спокойно отдыхать.

— Вот именно, — поддержал её Баск. — Основное мы выяснили. А детали пусть сам устанавливает.

— Они выяснили! — Герасим кинул на друзей выразительный взгляд. — Да если б я тогда не стал слушать радио…

— Твоих заслуг никто не умаляет, — хлопнул его по плечу Луна. — Но согласись, чтобы найти Леонида, нам пришлось поработать.

— А без нас, — перебили Илюшка с Кирюшкой, — вы никогда бы за территорию не попали и машины не обнаружили. Отцы-то наши.

— Так, братцы, мы пришли, — Баск указал на большой дом в скандинавском стиле. — Что говорить-то будем?

Из-за забора соседей послышался угрожающий низкий лай. Огромный пес, похожий на медведя, прыгнул на металлическую ограду. Она затряслась.

— Это ещё что такое? — с тревогой осведомился Герасим.

— Видал зверюгу? — широко улыбнулся Баск. — Пес кирсановский. Зовут Цезарем. Чистокровный кавказец.

— Оно и видно, — поежился Каменное Муму.

Цезарь с истинно кавказским темпераментом облаял незнакомую компанию. Улучив короткую паузу, Баск попытался навести дипломатический мост:

— Цезарь, привет. Это я.

Угрожающий лай смолк. Пес немного поразмышлял над полученной информацией. Количество незнакомых людей явно по-прежнему настораживало его. Однако и Сенино заявление чистокровный кавказец не собирался сбрасывать со счета. Поэтому угрожающий лай сменился не менее грозным, но тихим рыком. Пес, казалось, предупреждал: «Так живите на здоровье. Однако на мою территорию соваться не рекомендую».

Достигнув консенсуса с Цезарем, ребята вернулись к главной проблеме.

— Мне, наверное, лучше к Леониду не ходить, — сказала Варя. — Он ведь мой голос по телефону слышал.

— Ума палата. Молча постоишь, — посоветовал Баск.

— Уговорили, — Варе самой было интересно взглянуть на таинственного Леонида.

— А чего говорить, мы так и не знаем, — выжидающе смотрел Баск на Луну.

— Сейчас, — отозвался тот.

Вытащив из кармана блокнот и ручку, он быстро написал: «Уважаемый Леонид. Извините, не знаем Вашего отчества. Мы хотим с Вами поговорить. Выйдите, пожалуйста, на улицу. Дело очень серьезное».

Затем Павел вырвал листок из блокнота и сложил вдвое.

— Если он откроет, скажем: «Вам записка». Думаю, Леонид наверняка заинтересуется.

— А если жена или теща? — спросил Герасим.

— Попросим позвать Леонида, — спокойно ответил Луна.

Калитка была заперта. Луна нажал на кнопку домофона.

— Кто там? — раздался в ответ женский голос.

— Нам нужен Леонид, — принялся объяснять Павел. — К сожалению, мы не знаем, как его отчество.

— Петрович, — ответили в домофон. — А вы кто?

— Мы-то?

Луна замялся, соображая, как лучше ответить. На помощь ему неожиданно пришел Цезарь. То ли пес посчитал перемирие оконченным, то ли ему надоело рычать, но он вновь разразился громким и хриплым лаем.

— Что вы говорите? — Луна прикинулся будто пес заглушил голос жены Леонида. — Мне очень плохо слышно. Видите ли, тут лают. А когда Леонид Петрович вернется?

— Вечером, — донеслось из домофона. — А кто вы? Кто? И что ему передать?

— Ой, вы не знаете, — Павел нарочно невнятной скороговоркой выпалил. — Объяснять очень долго. Мы лучше ещё раз попозже зайдем.

И поманив ребят за собой, Луна скорым шагом направился вверх по улице. Пройдя метров сто, мальчик остановился.

— Упустили.

— Кто-то, между прочим, урчал животом и требовал обеда, — напомнила Варя. — И, кажется, это была не я.

— А за обедом радио никто не слушал, — добавили почти близнецы. — Вот и прошляпили Леонида.

— Могли бы и слушая прошляпить, — заспорил Баск. — И вообще, имею я право хоть поесть без наушников!

— Прошлого не вернешь, — махнул рукою Луна. — Давайте соображать, как дальше поступим.

— Может, стоило сказать Любови Борисовне? — неуверенно проговорила Марго.

— Глупей не придумаешь, — Иван с ходу отверг саму мысль об этом. — Во-первых, мы что, в домофон на весь поселок орать будем? А во-вторых, она только перепугается и наделает глупостей.

— Есть ещё и в-третьих, — Луна внимательно посмотрел на друзей. — Вы, например, не допускаете, что Леонид о чем-то догадывается?

— И позволяет спокойно себя слушать? — Герасиму не верилось в такое.

— Да нет, — перебил Луна. — О подслушке он как раз может ничего не знать. А вот о том, что ему кто-то угрожает, — вполне. Но жене в этом не признается. Представляете, как он будет нам благодарен, если мы все разболтаем!

— Болтать нельзя, — поддержали его почти близнецы.

— Опять задача, — хмуро изрек Муму. — Болтать нельзя, а проинформировать надо. Где же выход? Где, я вас спрашиваю?

И, приняв весьма живописную позу, Герасим простер руку в сгущающиеся сумерки.

— Ну, вылитый памятник Каменному Муму, — одарила его восхищенным взглядом Варя.

— Разумеется, ситуация, с одной стороны, усложнилась, — сказал Павел. — Но с другой — даже несколько упростилась. Мы теперь знаем, что Леонида Петровича нет дома. Значит, можем покараулить его и, когда он вернется, просто вручим записку.

— А если не вернется? — трагическим голосом осведомился Муму.

— Вот тогда мы с легким сердцем обо всем расскажем жене, — объяснил Луна. — Согласны?

Друзья кивнули.

— Теперь главно не прозевать возвращение Леонида, — сказал Баск. — Предлагаю дежурить посменно.

— А если Леонид не скоро вернется? — спросила Марго. — Мы же на морозе окоченеем.

— А ты слышала, что я сказал? — повернулся к ней Баск. — Дежурим посменно. Ну, например, вы с Иваном первые двадцать минут, я с кем-нибудь — вторые, и так далее, пока объект не возникнет на горизонте.

— Ага, — с сомнением покачал головой Муму. — А вы думаете, что здешние люди с их подозрительностью будут спокойно смотреть, как кто-то постоянно ошивается возле чужой калитки?

— Ну, во-первых, не обязательно просто ошиваться, — возразил Иван. — Сделаем вид, будто играем на улице. В конце концов трое из нас живут в Изумрудове. Значит, имеем право.

— А давайте вспомним детство, — оживились Илюшка с Кирюшкой. — Выстроим напротив диденковской калитки крепость. Разделимся на два отряда и поиграем в снежки. Если устанем, а Леонид так и не появится, тогда уж продолжим дежурство посменно.

Идея пришлась по душе всем, за исключением Цезаря. Стоило ребятам вернуться к калитке Леонида, как чистокровный кавказец вновь разразился хриплой бранью.

— Слушайте, — первым не выдержал Каменное Муму. — Эта собака мне действует на нервы.

— Признайся уж честно, Мумушечка, что ты просто боишься, — с издевкою покосилась на него Варя.

Вспыхнув, Муму с достоинством ответил:

— Таких собак не боятся только их хозяева, а кроме них — только полные дураки.

— Боюсь, этот пес нам сейчас все испортит, — сказал Илюшка. — Его необходимо утихомирить.

— Очень хорошая мысль, — отозвался Герасим. — Только интересно как?

— Есть способ! — воскликнул Сеня. — Путь к сердцу собаки лежит через желудок. Этот Цезарь помешан на булочках с корицей. Его хозяин моему папандру однажды рассказывал. Они купили в нашем магазине такие булочки. Выложили на блюдо и собирались пить чай. Но перед этим куда-то вышли. Возвращаются — и глазам не верят. Цезарь последнюю булочку с блюда слизывает. Видимо, он с улицы запах учуял и в окно впрыгнул.