Елена Усачева - Самый романтичный выпускной бал. Большая книга историй о любви для девочек Страница 69

– Прости, что поступил с тобой плохо. Я тогда вообще не понимал, что делаю. – Даша видела, что эти слова дались ему тяжело. – Действовал под влиянием эмоций. Мне ведь Лика изначально вообще была не нужна, это потом… Я просто был обижен на тебя. Мне казалось, ты слишком холодная и уделяешь мне мало внимания. А она так хотела быть со мной!.. Вот я и поддался. – Он опустил глаза. – Но Лика заразила меня своей любовью. Через какое-то время я понял, что люблю ее по-настоящему.

– Зачем же ты тогда пришел ко мне просить начать все с начала? – спросила девушка, уже зная ответ.

– Хотел позлить ее. Мы в последнее время часто ссорились. Прости.

– Знаешь, а я не сержусь, – медленно проговорила Даша, удивляясь тому, что на самом деле не сердится. – Но все равно хорошо, что ты сказал.

Официант поставил перед ней чайничек с зеленым жасминовым чаем и большую тарелку с лежащими на ней многочисленными пирожными.

Антон вздохнул и налил в ее чашку чай.

Какое-то время они сидели молча. Даша делала осторожные – чай был обжигающим – маленькие глотки из чашки, грела об нее руки и смотрела в сторону танцплощадки – от их столика был виден лишь ее краешек.

– И все-таки это неправильно, – проговорил Антон, словно продолжая какую-то свою мысль. – Он не должен был вот так тебя бросать.

– Как вот так? – не поняла девушка.

– Ну, совсем. Даже не подошел ни разу.

– Так он ведь с Ликой. А я вроде как с тобой, – ответила она. И вдруг подумала: «А Костик, наверно, и в самом деле уверен, что мы с Тошей снова вместе».

Захотелось тут же вскочить и бежать к нему – объяснить, что он ошибается, что на самом деле они с Антоном всего лишь расставляют те самые точки, и если их что-то до сих пор и связывает, то только совместная память, не более того. Но она вовремя вспомнила, что они с Антоном тут вообще ни при чем. Костик давно любит Лику – и это и есть самая жирная, самая весомая точка.

Даша почувствовала, как ее начинает затягивать в омут тоски и безысходности.

«Я так и буду бегать по кругу, – сказала себе она. – От отчаянья к ложной надежде, множить иллюзии, возводить в своей голове волшебные хрустальные замки, а затем сама же их разрушать. Надо заканчивать с этим».

– Вот что, – сказала она. – Ты как хочешь, а я пошла танцевать. Пусть даже через силу. Не дело так сидеть и страдать.

– Может, ты и права, – согласился Антон. – Надо попробовать развеселиться.

Не сговариваясь, они одновременно встали и целенаправленно пошли к площадке.

– Дубль два, – шепнул ей Тошка, и она улыбнулась.

Они пробрались в самый центр танцующих и начали двигаться в ритм. Постепенно музыка их захватила, увела за собой.

В какой-то момент Даша почувствовала, что улыбается. Она смотрела на Антона и видела, что и его тоже потихоньку отпускает тоска.

Песни сменяли одна другую, ритм то убыстрялся, то замедлялся, народ вокруг то убывал, то прибывал снова, а девушка все танцевала. Она даже не заметила, когда устал и ушел за столик Антон. Но когда доиграла последняя быстрая композиция и группа на сцене объявила перерыв, Даша оказалась одна.

Конечно, вокруг были ее одноклассники, но сейчас она особенно остро поняла: они чужие. Им на нее наплевать так же, как и ей на них.

Даша огляделась по сторонам в поисках Лики и Кости, но их не увидела. Наверно, они тоже вернулись за стол. Тогда она проскользнула к выходу с танцплощадки и углубилась в парк.

Хотелось немного пройтись, отдышаться, посмотреть вблизи на пруд, посидеть у воды в тишине.

Девушка медленно шла по аллее. За ее спиной из динамиков раздавался голос ведущего, объявляющего какой-то конкурс, но с каждым ее шагом он становился все тише и тише.

У пруда росли старые деревья с густыми кронами. Клены, дубы, у самой воды – ивы. Их ветви словно врастали в пруд. В детстве Даше даже казалось, что на самом деле ивы – это такие большие водоросли.

Она спустилась к глянцевой глади пруда и села на единственную стоящую здесь скамейку – раньше она стояла на аллее, но кто-то не поленился перетащить.

Утки уже спали в своем домике, им не мешала даже громкая музыка. По воде разбегались разноцветные дорожки от фонариков, и перекрестки этих дорожек притягивали Дашин взгляд, словно как раз на них, в этих точках, открывались порталы в иные миры.

«И в одном из этих миров мы с Костей вместе и любовь – взаимна», – фантазировала девушка.

Ее фантазии плавно перетекли в воспоминания. Хотелось восстановить каждую их встречу поминутно, все диалоги – дословно, воспроизвести все ощущения и эмоции, насладиться ими и снова, будто в тяжелый сундук, убрать до поры в хранилище памяти.

На аллее за Дашиной спиной раздался цокот каблуков. Кто-то торопливо шел в ее сторону. Девушка еще надеялась, что этот кто-то пройдет мимо, но уже понимала, что этого не произойдет.

Она нехотя обернулась. К ней по газону, увязая каблуками в дерне, целенаправленно шагала Лика.

«Только этого мне не хватало, – вздохнула про себя Даша. – Чего она от меня хочет? Отношения собралась выяснять?»

– Вот ты где! – громко произнесла бывшая подруга, плюхаясь на скамейку. – А я весь парк обегала. – Она перевела дыхание. – Поговорить надо.

– Это я уже поняла, – усмехнулась Даша. – Говори, я тебя слушаю.

– Костик куда-то увел Антона, – сообщила Лика. – Их я найти не смогла. Короче, боюсь, подерутся.

– Из-за чего им драться? – удивилась девушка.

– Не из-за чего, а из-за кого, – зло проговорила подруга. – Ты у нас первая красавица. Весь мир только вокруг тебя и вертится.

– По-моему, ты ерунду говоришь, – осадила ее Даша.

– Ерунду?! – взвилась и без того накрученная Лика. – Да я все десять лет, что тебя знаю, только и смотрю, как все перед тобой стелются! Я ни одного парня не вспомню, который был бы к тебе равнодушен! А ты словно и не замечаешь, как будто это что-то само собой разумеющееся.

– Ты преувеличиваешь, – тихо сказала девушка.

– Ничего я не преувеличиваю! – Она по-прежнему почти кричала. – Тебе кругом, куда ни плюнь, повезло. С родителями повезло – раз. Деньги в семье есть – два. Отдыхать вы всегда за границу ездите, в то время как я вынуждена сидеть в городе или уезжать в глухую деревню к троюродной тетке, где кроме столетних бабок и нет никого. Парни все твои – три! Что еще надо для счастья?

Даша не стала ничего ей объяснять, вдруг совершенно отчетливо поняв, что их представления о счастье и смысле жизни кардинально разнятся.

– Если ты все время так мне завидовала, – проговорила она, – почему же дружила со мной? Или тебе доставляло удовольствие себя мучить?

– Думала, может, и мне, как ближайшей твоей подруге, перепадет хотя бы часть внимания, направленного на тебя.

Странно было это слышать. Вроде Даша и поняла все это давно сама, а все равно странно.

– Лик, мне жаль, – тихо сказала она. – Я не думала, что причиняю тебе такую боль. Я была уверена, что мы подруги и наша дружба настоящая, глубокая, а не из зависти и желания быть на виду.

Бывшая подруга как-то сникла. Теперь она сидела, уставившись в одну точку.

– Я ведь понимаю, что сама во всем виновата, – наконец произнесла она, – только от этого не легче. Ты отбираешь у меня то, что мне особенно дорого, и даже не замечаешь этого, потому что не подозреваешь о моих истинных чувствах.

– Странно, – задумалась Даша, – а мне казалось, что как раз ты у меня отбираешь самое для меня ценное.

– Что, например? – усмехнулась Лика. – Антона? Так ведь он сейчас с тобой, если ты не заметила.

В ее словах Даша услышала такую горечь, что сердце ухнуло куда-то вниз, словно она летела в бездонную пропасть.

– Лик, он не со мной, – твердо сказала девушка. – Если он и ушел, то лишь потому, что ты переметнулась к Косте.

– Так я переметнулась не просто так, – снова взорвалась та, – а потому, что он пошел проситься назад к тебе!

– Сказка про белого бычка какая-то, – улыбнулась Даша. – «Я пошла, потому что он пошел, а он пошел, потому что я пошла…» Вы же взрослые люди, Лик. Разберитесь уже наконец в своих чувствах и желаниях. Кто с кем хочет быть, кому чего надо. Не стоит в это втягивать окружающих.

– Легко тебе говорить, – обиженно протянула подруга.

– Он тебя любит, это я знаю точно, – проигнорировала девушка ее реплику. – И он очень переживает, что ты выбрала Костю. И если ты на самом деле Костика не любишь, а просто он подвернулся тебе под руку, мой тебе совет: скажи ему об этом. Нельзя использовать других людей в своих целях. Знаешь, есть такой жизненный закон – закон бумеранга. Рано или поздно все к тебе вернется. К тому же Костик любит тебя искренне, и он не заслужил такого к себе отношения.

Лика задумалась.

– Что-то я не поняла, кто там кого любит? – переспросила она. – Ты сказала, Костя любит меня?

Даша молча смотрела ей прямо в глаза.

– Ну ты и тормоз! – с недоверием в голосе и одновременно восхищенно проговорила бывшая подруга. – Всегда это знала, но чтобы до такой степени!.. – И она рассмеялась, а успокоившись, пояснила: – Костя любит тебя, и только тебя, причем уже не первый год. Для него вообще никто больше не существует. И об этом вся школа знает. Выходит, только ты оставалась в неведении. – Теперь в Ликиных глазах был вопрос: – И он тебе не сказал?