Валентин Рунов - Полководцы Первой Мировой. Русская армия в лицах Страница 109

Три года учебы прошли быстро. В 1882 году Алексей Ермолаевич закончил по первому разряду академию, был причислен к Генеральному штабу, произведен в армейские капитаны и назначен старшим адъютантом штаба 3-й пехотной дивизии Московского военного округа.

В последующее двадцатилетие Эверт прошел путь, обычный для большинства выпускников академии. Получив четырехлетний опыт работы в штабе дивизии, он пять лет состоял штаб-офицером и офицером для особых поручений при штабе Варшавского военного округа. Затем, успешно пройдя цензовое командование батальоном, он был назначен начальником штаба пехотной дивизии. В 1899 году полковник Эверт получил в командование полк. Спустя год он был произведен в генерал-майоры и стал начальником штаба армейского корпуса. За эти годы его служебные заслуги были отмечены еще пятью орденами: Св. Анны 3-й степени, вторыми степенями Св. Станислава и Св. Анны, Св. Владимира 4-й и 3-й степеней.

Устроилась и личная жизнь Алексея Ермолаевича. В 1890 году 32-летний подполковник женился на дочери генерал-майора Познанского девице Надежде Игнатьевне, которая была на двенадцать лет моложе мужа. Супруги жили дружно. В течение десяти лет в семье Эвертов родились шестеро детей (четыре сына и две дочери), которые были окружены нежной любовью и заботой родителей…

Генерал А. Е. Эверт и император.

По мере обострения обстановки на Дальнем Востоке Эверт решил проситься в действующую армию. Воспользовавшись командировкой в столицу, он посетил Главный штаб, где встретил своего коллегу по академии Я. Г. Жилинского. Только что произведенный в генерал-лейтенанты, этот опытный военный чиновник получил назначение на должность начальника полевого штаба наместника императора на Дальнем Востоке генерал-адъютанта адмирала Е. И. Алексеева и был занят тем, что подбирал себе толковых помощников. Благодаря ему Алексей Ермолаевич неожиданно для себя был назначен генерал-квартирмейстером полевого штаба главнокомандующего сухопутными и морскими силами на Дальнем Востоке, став таким образом первым заместителем Жилинского. В этой должности он проработал пять месяцев, был награжден Георгиевским золотым оружием и произведен в генерал-лейтенанты.

В марте 1905 года Эверт назначается начальником штаба 1-й Маньчжурской армии, которой командовал генерал Н. П. Линевич. В этом объединении ему довелось встретиться со многими генералами и офицерами, ставшими боевыми соратниками в Первую мировую войну. Так, генерал-квартирмейстером штаба армии был генерал-майор В. А. Орановский, 3-м Сибирским армейским корпусом командовал генерал-лейтенант Н. И. Иванов, командирами полков были полковники П. А. Лечицкий и А. М. Зайончковский…

Планируя операции и отдельные бои соединений армии, Эверт неоднократно выезжал в войска, нередко оказывался в гуще сражений. Пренебрегая опасностью, порой с риском для жизни, он всегда стремился побывать там, где решалась судьба боя, разобраться в обстановке, встретиться с его непосредственными участниками, подбодрить их личным примером.

По итогам Русско-японской войны Алексей Ермолаевич был награжден орденом Св. Станислава 1-й степени. Граф А. Игнатьев, автор мемуаров «Пятьдесят лет в строю», впервые встретившись с Эвертом в штабе 1-й Маньчжурской армии, писал, что «Алексей Ермолаевич… был в ту пору еще совсем молодым генералом. Высокий стройный брюнет с тщательно подстриженной бородкой, в широких шароварах с красными лампасами, в мягких сапогах с большими шпорами. Он в церкви истово крестился, перед обедом выпивал рюмку водки и ни на минуту не терял подобающего генералу величия».

Заслушивание тылового начальника.

После окончания войны на Дальнем Востоке Эверт назначается начальником Главного штаба. В структуре Вооруженных сил России этот орган управления занимал важное место. Он ведал личным составом сухопутных регулярных и казачьих войск, вопросами прохождения службы, чинопроизводства и награждением офицеров, пенсионными делами и многим другим. Непродолжительная деятельность Алексея Ермолаевича на посту начальника Главного штаба совпала с началом нового цикла военных реформ, вызванных поражением России в последней войне. Эверт был их сторонником. Получив некоторую возможность влиять на формирование кадровой политики, он сделал многое для того, чтобы служебный рост офицеров и генералов зависел не от их придворных связей, а от профессиональных качеств и боевых заслуг. Однако данный подход к делу начальника Главного штаба многих не устраивал. Работать становилось все труднее, и Алексей Ермолаевич подал прошение о переводе его на командную должность в войска.

В 1908 году А. Е. Эверт был назначен командиром 13 армейского корпуса, а через три года за отличие в службе произведен в генералы от инфантерии. Еще спустя год он был награжден орденом Св. Владимира 2-й степени и направлен на должность командующего войсками Иркутского военного округа и войскового наказного атамана Забайкальского казачьего войска. На этих постах его и застала Первая мировая война.

В середине июля 1914 года Алексей Ермолаевич получил телеграмму от военного министра, требовавшего его немедленного прибытия в столицу для назначения в действующую армию. Сборы были недолгими. В конце месяца он уже был в Петербурге и доложил Сухомлинову о готовности принять новую должность. Однако Владимир Александрович объяснил, что хоть он и военный министр, назначением на должность в действующую армию ведают либо сам государь, либо назначенный Верховным главнокомандующим великий князь Николай Николаевич. Бросалось в глаза, что Сухомлинов обижен второстепенностью роли военного министерства в войне и откровенно интригует против Верховного главнокомандующего. Уже тогда Алексей Ермолаевич сделал вывод, что ничего хорошего из подобного противостояния получиться не может. В письме к жене в Иркутск он писал: «… в поисках должности оказался между двух огней. Уповаю на Господа Бога и Государя, который единственный может объединить усилия всего государства во имя победы над врагом».

2 августа Эверт был принят Николаем II в его резиденции в Царском Селе. До этого, будучи начальником Главного штаба, он неоднократно встречался с императором, знал о некоторых его недостатках. Несмотря на это, генерал был поражен беспечностью, с которой верховный правитель России говорил о предстоящей войне, его пренебрежением к противнику, уверенности в быструю и легкую победу. Желаемого назначения он так и не получил.