Людо Мартенс - Другой взгляд на Сталина Страница 112

Вот что рассказывал Жданов на информационном совещании девяти коммунистических партий в Польше в сентябре 1947 года. Эти положения важны не только в силу точного отражения действительности, но и потому, что в них было предвидение того, как через девять лет, шаг за шагом, свершился хрущевский переворот.

«Целью экспансионистского курса Соединенных штатов является установление мирового господства. Этот новый курс нацелен на укрепление монопольного положения Соединенных Штатов, которое образовалось после исчезновения двух важнейших конкурентов – Германии и Японии – и ослабления капиталистических партнеров, Британии и Франции. Этот новый курс зависит от большой военной, политической и экономической программы, применение которой должно будет установить в каждой конкретной стране ее внедрения политическое и экономическое господство Соединенных Штатов, низводя тем самым эту страну до положения сателлита США, и должно будет создать такой международный режим, который уничтожит любые препятствия для эксплуатации этих стран американским капиталом. Самые яростные и неустойчивые политики начали вслед за Черчиллем подготовку плана для развертывания, чем скорее, тем лучше, превентивной войны против Советского Союза, открыто призывая использовать против советского народа временную монополию США на атомное оружие.

Военным стратегическим планом США предусматривается создание в мирное время многочисленных военных баз и складов, расположенных далеко от Американского континента и предусмотренных для использования в агрессивных целях против Советского Союза и новых демократических стран.

Монополии США связывают все свои надежды с восстановлением капиталистической Германии, полагая, что это должно установить самую надежную гарантию для успеха в борьбе против демократических сил в Европе.

Но на пути к своим претензиям на мировое господство США должны противостоять Советскому Союзу с его растущим международным влиянием, бастионом антиимпериалистической и антифашистской политики, и новым демократическим странам, которые успешно избежали англо-американского подчинения, а также рабочим всего мира.

Послабления этому новому курсу Соединенных Штатов и империалистического лагеря позволили бы его создателям стать более грубыми и агрессивными. Вот почему коммунистические партии должны возглавить сопротивление империалистическим планам экспансии и агрессии по всем направлениям»{814}.

Сталин всегда был уверен в стойкости советского народа и революционных и антикапиталистических сил всего мира. Эта позиция со всей очевидностью была отражена Молотовым в официальной декларации в 1950 году.

«Не верьте, что горы оружия поджигателей войны запугают нас. Испуганы не мы, а империалисты и агрессоры… Может ли кто-то сомневаться, что если империалисты начнут третью мировую войну, то эта война будет означать не просто прекращение существования отдельных капиталистических государств, а всей мировой капиталистической системы?»{815}

В 1947 году Советский Союз создал свое ядерное оружие. Сталин сумел расстроить кошмарную ядерную дипломатию США. В то же время Советский Союз и коммунистические партии всего мира начали большую международную кампанию против военных планов США и за запрет ядерного оружия. Всемирный Совет Мира развернул широкое движение за мир во всем мире. Его «Манифест», опубликованный на втором Всемирном конгрессе, гласит:

«Все больше и больше народы мира рассчитывают на свои силы, на свою твердость и волю. Борьба за мир – это ваша борьба. Знайте, что сотни миллионов борцов за мир объединяются и протягивают вам свои руки. Не надо ожидать мира, он победил. Вместе с 500 миллионами сознательных людей, подписавших Стокгольмское воззвание, мы требуем запрета атомного оружия, всеобщего разоружения и контроля над этими мерами»{816}.

Ревизионизм Тито и Соединенные Штаты

Страны Центральной и Восточной Европы, которые вели тяжелую борьбу за построение социализма в 1945–1948 годах, имели гораздо меньший опыт, чем советские коммунисты. Идеологически они не были едины: тот факт, что они имели сотни тысяч вновь вступивших членов, зачастую пришедших из социал-демократических кругов, превращал их в потенциальный объект проникновения оппортунизма и буржуазного национализма.

Уже в 1948 году руководство Югославской коммунистической партии приняло антисоветскую социал-демократическую модель развития.

Побуждаемый борьбой против ревизионизма Тито, Сталин показал свою дальновидность и твердость принципов. Сорок пять лет спустя история полностью подтвердила его прогнозы.

Во время немецкого вторжения в 1941 году подпольная Югославская партия насчитывала 12 тысяч членов, 8 тысяч из которых погибли во время войны. Но за годы сопротивления в нее вступило 140 тысяч человек, и еще 360 тысяч в 1945–1948 годах. Десятки тысяч кулаков, мелко-, а, зачастую и крупнобуржуазных элементов вступили в партию{817}. В борьбе против настоящего коммунизма Тито все более и более полагался на них. Внутрипартийная жизнь была далека от нормальной, политические дискуссии не проводились, не было места маркистско-ленинской критике и самокритике, руководство партии не избиралось, а назначалось{818}.

В июне 1948 года Информационное бюро коммунистических партий, куда входили представители девяти партий, опубликовало резолюцию с критикой Югославской партии. В ней подчеркивалось, что Тито не обращает достаточно внимания на рост классовых различий в деревне и на увеличение капиталистических элементов в стране{819}. В резолюции утверждалось, что, заняв буржуазную националистическую позицию, Югославская партия взломала единый фронт против империализма. Она гласила:

«Подобная националистическая линия может привести только к перерождению Югославии в обычную буржуазную республику»{820}.

После опубликования этой критики Тито устроил массовые чистки. Все марксистско-ленинские элементы партии подверглись гонениям. Два члена Центрального комитета, Жуйович и Хебранг, были арестованы еще в апреле 1948 года. Генерал Арсо Йованович, начальник штаба партизанской армии, был арестован и казнен, как и генерал Славко Родич{821}.

Лондонская газета «Таймс» упоминала о многочисленных арестах коммунистов, поддержавших резолюцию Информационного бюро; по ее оценкам, число арестованных составило от 100 до 200 тысяч человек{822}.

В докладе восьмому съезду партии, состоявшемуся в 1948 году, Карели неоднократно цитировал Сталина, для того чтобы показать, что Югославия «давила кулацкие элементы» и никогда не займет «антисоветские позиции»{823}.