Александр Македонский. Царь Всего - Сергей Иванович Ковалёв Страница 15

Ответ Александра в иронической форме повторил содержание первого письма. В деньгах он не нуждается и не желает менять всю территорию на часть ее. И деньги, и земли Дария все принадлежат ему, Александру. Если он захочет жениться на дочери Дария, он может это сделать и без его позволения. Если Дарий желает получить его дружбу, он должен явиться лично.

Получив ответ Александра, Дарий понял, что надежд на сколько-нибудь сносный мир нет никаких, и начал снова готовиться к войне.

Мирные переговоры и, в частности, обсуждение предложений Дария в совете очень важны для понимания дальнейшего. Если битва при Иссе была решающим моментом в военной истории похода, то отказ от мирных предложений явился таким же решающим событием в политической истории войны. Отвергнув конкретные предложения Дария, Александр тем самым практически начал осуществлять программу, изложенную им в первом ответе Дарию. Персидские предложения, сделанные в Марафе, были еще слишком неопределенны. В Тире Дарий предложил очень определенные и очень выгодные для Македонии условия мира. Не говоря уже о колоссальной сумме денег, Македония получила бы область, размерами своими далеко превосходящую Грецию и Македонию вместе взятые. И тем не менее, Александр отверг эти предложения. Это означало, что планы его, каковы бы они ни были в начале похода, теперь, летом 332 г. до н. э., окончательно уточнились: он хотел завоевать всю огромную персидскую державу, простиравшуюся от Средиземного моря до реки Инда.

Очень интересна позиция, занятая Парменионом при обсуждении мирных предложений Дария. Его выступление в совете показывает, что он был не согласен с программой царя. Почему? Можно предположить, что старый, опытный и осторожный полководец боялся огромного риска, связанного с проникновением вглубь Азии, где маленькая македонская армия действительно могла быть раздавлена персами. Ведь к Иссу Дарий стянул далеко не все свои силы. У него оставались еще огромные резервы, для мобилизации которых нужно было только время. А времени у Дария было достаточно, так как он мог очень далеко отступать на восток. Все это прекрасно знало македонское командование. Возможно поэтому, что для Пармениона на первом плане стояли именно соображения военного характера.

Но помимо них действовали и другие, чисто политические мотивы, которые вовсе не исключали военных соображений, но дополняли их и, быть может, даже лежали в их основе. Парменион, как и большинство высшего командного состава Александра, принадлежал к македонской знати. Правда, это была та часть знати, которая в свое время поддерживала Филиппа и не принимала участия в заговоре на его жизнь. После его убийства она стала на сторону его сына и стала служить Александру так же верно, как раньше служила Филиппу. Она делала это потому, что была заинтересована в создании сильной, объединенной Македонии, а вовсе не в ее расчленении, к чему стремились обломки старых княжеских родов. Но все-таки это была македонская земельная знать, со всей ограниченностью и близорукостью родовой знати отсталой страны. Она стояла за сильную Македонию, она стремилась подчинить Грецию, она была, наконец, не прочь завладеть богатствами Малой Азии. Но завоевание Востока ее пугало. Она смутно чувствовала, что это грозит такими изменениями, такими потрясениями «исконных» основ македонского строя, при которых, быть может, придется поступиться кое-чем и македонской знати.

Точка зрения Пармениона, высказанная на совете этеров, не являлась только его личным мнением. Дальнейшие события показали, что за его спиной стояла сильная группа македонской армии. Мало того. Устами Пармениона впервые заговорила, – правда, пока еще очень робко, – греко-македонская оппозиция Александру. Оппозиция его грандиозным планам, его политическим идеям, далеко выходящим за рамки понимания рядового грека и македонянина. В этот момент оппозиция только начала складываться; скоро она должна была проявиться гораздо более резко и открыто.

Глава IX

Александр в Египте

После взятия Тира македонские войска направились в Египет. Можно поставить вопрос, насколько целесообразным явился этот маршрут. Не лучше ли было бы из Финикии немедленно двинуться в центральную часть персидского государства, чтобы помешать Дарию произвести новый набор войск, захватить его столицы – Сузы, Персеполь, Экбатаны, захватить его самого и тем самым в кратчайший срок окончить войну? Однако у Александра были серьезные причинысоображения не торопиться. Во-первых, как указывалось выше, он стремился к прочному овладению персидским государством. Македоняне, что видно на примере Малой Азии, систематически занимали одну сатрапию за другой, и с этой точки зрения оставить Египет незанятым было бы нарушением общего стратегического плана. Тем более, что Египет мог стать новым опорным пунктом для всех сил, враждебных Александру. Не забудем, что туда после Исса бежало 8000 греческих наемников.

Во-вторых, занятие Египта диктовалось важными политическими соображениями. Александр на Востоке разыгрывал роль освободителя всех угнетенных персами народностей. По отношению к грекам Малой Азии это дало очень хорошие для македонян результаты. Еще большее значение должна была иметь эта политика в долине Нила. Египет в течение тех двухсот лет, что он был под властью персов (с 525 г. до н. э.), являлся самой беспокойной частью персидской державы. За это время там было не меньше трех крупнейших восстаний, из которых последнее окончилось лишь в 40-х годах IV в. до н. э., т. е. незадолго до похода Александра. Поэтому овладение Египтом, где македоняне имели все основания ожидать дружеского приема со стороны очень широких слоев местного населения, дало бы Александру прочную базу для дальнейшего наступления на восток.

Наконец, лично Александра Египет манил, может быть, той загадочностью, которой он был окутан в представлениях греков. Беспокойный дух исканий неудержимо влек македонского царя в таинственную «страну чудес».

По дороге в долину Нила македонским войсками снова пришлось задержаться на два месяца на осаде Газы, в южной Палестине. Это был сильно укрепленный город, расположенный на высоком холме. Гарнизон, состоявший в значительной части из арабских наемников, отказался сдаться. Осаду затрудняло неприступное местоположение города. Македонским войскам пришлось соорудить высокую насыпь, чтобы пустить в ход штурмовые орудия. Однако первые попытки были неудачны и стоили македонянам больших потерь. Только после того, как из-под Тира привезли тяжелые осадные машины, удалось взять город. Уцелевшие остатки населения были проданы в рабство, а на их место водворили новых