Королевы эпохи рыцарства - Элисон Уэйр Страница 2

При Эдуарде I престиж и влияние средневековой английской короны достигли апогея. Сын Генриха III во всех отношениях олицетворял идеалы короля своего времени. Выдающийся воин, он сокрушил и завоевал Уэльс и с тех пор в течение долгих лет неустанно пытался покорить Шотландию, стремясь объединить под своей властью всю Британию. Эдуард I провел административные реформы, расширил королевские прерогативы, дальновидно инициировал изменения в правовой системе, что принесло ему славу «английского Юстиниана», и способствовал развитию парламентского правления. Он понимал необходимость ограничить влияние крупных феодалов и, благодаря волевому характеру и продуманным брачным союзам, держал магнатов под жестким контролем.

Главным противником Эдуарда I был Филипп IV, король Франции, самый могущественный правитель христианского мира. С 1296 года Филипп одновременно воевал с Англией и Фландрией.

Конфликт вспыхнул в результате давней вражды из-за английских владений во Франции. В XII веке после брака Генриха II с Алиенорой, герцогиней Аквитанской, империя Плантагенетов – династии, основанной в 1154 году, – распростерлась от границы с Шотландией до Пиренеев, охватив примерно треть Западной Франции, в то время как домен французского короля ограничивался окрестностями Парижа. К 1204 году сын Генриха, король Иоанн, дед Эдуарда I, утратил большую часть континентальных территорий, включая Нормандию, которые перешли к Филиппу II Августу. При сыне Иоанна, Генрихе III, французские монархи поочередно стремились расширить свои владения. К правлению Эдуарда I от английских земель во Франции остались только процветающее винодельческое герцогство Гасконь (южная часть герцогства Аквитания), а также графства Понтье и Монтрёй, перешедшие к английской короне после женитьбы Эдуарда I на Элеоноре Кастильской в 1254 году.

В 1296 году, энергично проводя в жизнь экспансионистскую политику своих предшественников, Филипп IV захватил Гасконь. Эдуард был полон решимости ее вернуть, в то время как Филипп хотел вбить клин между ним и фламандцами, объединившимися против французской короны. К 1298 году оба короля вели тайные переговоры о мире. Весной того же года папа Бонифаций VIII написал Эдуарду письмо с призывом жениться на старшей сводной сестре Филиппа, восемнадцатилетней Бланке, чтобы положить конец войне. Идея о браке пришлась Эдуарду по душе, и он отправил послов в Париж, чтобы выяснить, хороша ли невеста собой. Монарху сообщили, что во всем мире не найти создания краше, и он сделал Бланке предложение. Но когда его брат Эдмунд Горбатый, эрл Ланкастера, прибыл во Францию, чтобы договориться о браке, то обнаружил, что Бланка помолвлена с Рудольфом, герцогом Австрийским. Обман возмутил Эдуарда, но Филипп IV заменил Бланку младшей сестрой, «госпожой Маргаритой, в чьем мизинце, по всеобщему мнению, [было] больше добродетели и красоты, чем в прекрасной Идуане, возлюбленной Амадаса»[5]. Принцесса Идуана, сердце которой покорил рыцарь, была героиней английского романа в стихах «Сэр Амадас». Эдуард, вероятно, уже встречал семилетнюю Маргариту в 1286 году, когда он и королева Элеонора долгое время находились в Париже.

Бонифаций предложил заключить двойной брачный союз между Францией и Англией: Эдуард I женился на Маргарите, а его сын и наследник, Эдуард Карнарвонский, принц Уэльский, впоследствии Эдуард II, – на дочери Филиппа, двухлетней Изабелле. После заключения мира Гасконь возвращалась к Эдуарду. Обе стороны и английский парламент одобрили план. Филиппу открывалась заманчивая перспектива распространить французское влияние на островное королевство и со временем посадить своего внука на английский трон. Эдуард получал возможность заключить два блестящих брака и вернуть Гасконь. Маргарита стала бы первой французской принцессой, взошедшей на английский престол, и первой за сто пятьдесят лет королевой-консортом, происходившей не с юга Франции или Пиренейского полуострова.

Маргарита и Изабелла принадлежали самой блистательной королевской династии христианского мира. В начале XIV века Франция была самым богатым и густонаселенным королевством Европы. В нем проживал двадцать один миллион человек против всего лишь четырех с половиной миллионов в Англии. Парижан насчитывалось восемьдесят тысяч, что вдвое превышало численность лондонцев. Французское общество было, по сути, феодальным. Королевский домен охватывал более половины территории современной Франции; остальную часть занимали вассальные владения.

Капетинги правили Францией с 987 года, и корона неизменно переходила от отца к сыну. В их жилах текла кровь императора Карла Великого. Свою славу они снискали во многом благодаря успехам королей XIII века и канонизации в 1297 году деда Маргариты, Людовика IX, одного из величайших монархов Средневековья.

Изабелла и Маргарита, несомненно, росли с осознанием своей исключительной значимости. В них с детства воспитывали веру в святость рода Капетингов и его превосходство над другими правящими домами. Принцессы также были осведомлены, что браки между монархами и аристократами могли перекраивать карту феодальных владений, в результате чего короли и сеньоры приобретали территории, удаленные от своих исконных земель.

Мать Эдуарда I, Алиенора Прованская, приходилась сестрой Маргарите Прованской, жене Людовика Святого. Семейные узы между королевскими домами привели к подписанию Парижского договора 1259 года, установившего мир между Англией и Францией. Новые брачные союзы должны были укрепить эту связь.

Маргарита родилась в 1279 году предположительно в Париже. В 1299 году, на момент замужества, ей исполнилось «двадцать лет»[6]. Она была младшим ребенком Филиппа III Смелого и его второй жены, Марии Брабантской, утонченной красавицы из феодального герцогства, возникшего после падения империи Карла Великого. Брабант наряду с Фландрией, Люксембургом, Эно и другими землями входил в состав так называемых исторических Нидерландов (Нижних земель), нередко вступавших в конфликт с соседней Францией. Неудивительно, что при французском дворе Марию недолюбливали за властный характер и вмешательство в политику. Ходили слухи, что в 1276 году она отравила своего пасынка Людовика и вознамерилась погубить других сыновей мужа от первого брака, чтобы Францией правил ее собственный сын Людовик, граф д’Эврё. Достоверность обвинений доказать невозможно, однако известно, что Мария была хорошей матерью и заботилась о своих детях.

Филипп III был мягким правителем умеренных взглядов, который продолжил дело Людовика Святого, но находился у власти недолго. В сентябре 1285 года он умер от дизентерии в возрасте сорока лет. Маргарите к тому времени исполнилось шесть. Трон унаследовал ее сводный брат Филипп IV, старше ее на одиннадцать лет. Высокий и крепко сложенный, он обладал холодным, расчетливым умом, жесткой деловой хваткой и безжалостным нравом. Он упрочил престиж французской монархии, расширив королевский домен, учредив на базе Парижского парламента Генеральные штаты и централизовав государственное управление. По натуре, однако, Филипп IV был аскетом: под дорогими мехами и бархатом он носил власяницу в знак умерщвления плоти и по велению духовника регулярно подвергал себя самобичеванию. Его пристальный взгляд, привычка подолгу молчать и загадочная натура приводили современников в замешательство. «Ни человек, ни зверь, а статуя», – отозвался о Филиппе IV один епископ[7].

Филипп IV был авторитарным, деспотичным и умелым правителем, который внушал своим подданным страх. Он