Софья Бенуа - Элизабет Тейлор. Клеопатра Голливуда Страница 22

По дому бродили четыре собаки, пять кошек и две утки. Кошки когтями в лохмотья разодрали дорогие обои, утки клевали мебель, а собаки откладывали свои ежедневные кучки прямо на толстом белом ковре в гостиной. Элизабет держала своего пуделя, Джи-Джи, и всех щенков в детской комнате вместе с младенцем, чем приводила няню в бешенство – ведь ей то и дело приходилось спотыкаться возле колыбельки о кучи затвердевшего собачьего дерьма.

Этот зверинец поверг в ужас даже Сару Тейлор, которой теперь было позволено навещать дочь раз в неделю.

«Я все-таки не удержалась и сказала: «Послушай, Элизабет, не разрешай Джи-Джи лизать младенца!» Она только уставилась на меня в изумлении: «Господи, мама, подумай, что ты говоришь! Неужели тебе не известно, что собачья слюна – самая чистая вещь в мире – она убивает микробы! Природа нарочно так придумала, чтобы позаботиться о животных и их потомстве!»

Элизабет понятия не имела, как готовить, убирать, закупать провизию, но это ее мало заботило.

«Она разбрасывает вещи по всему дому, – вспоминал Уайлдинг. – Все равно где. После нее кажется, будто по дому прошел ураган с той разницей, что ураган не перевернет все вверх дном так, как она».

Уайлдинг терпел неряшливость Элизабет, однако никак не мог привыкнуть к ее нерасторопности.

«Никак не могу взять в толк, почему у нее напрочь отсутствует чувство времени, – говорил он. – Наверно, это у нее от природы».

Вечно опаздывающая Элизабет заставляла людей ждать часами, пока сама она в это время занималась макияжем, причесывалась или красила ногти. Казалось, она всем своим видом давала понять: «Я буду делать все, что хочу и когда хочу». Она никогда не извинялась за свою вопиющую медлительность, а если ей делали замечания, то не лезла за словом в карман.

«Я бы советовал вам не перечить ей, – предупреждал Уайлдинг. – Она легко раздражается».

Уайлдинг, который избегал какой бы то ни было конфронтации, в начале их брака во всем потакал жене. Он ублажал ее как только мог – рисовал ее портреты, увешал все стены в доме ее фотографиями. На кофейном столике копились кипы журналов, с Элизабет на передней обложке. И, тем не менее, даже этих знаков внимания ей было недостаточно».

На съемках фильма «Слоновья тропа»

И вот это самое «недостаточно» постепенно накапливалось, создавая растущее напряжение между супругами. Майкл со временем стал все больше раздражать вспыльчивую Элизабет, а она своими выходками все чаще заставляла его жалеть о том, что он покинул Англию, женился и так стремительно изменил свою отлаженную, неспешную английскую жизнь. В один прекрасный день Элизабет, которая с головой погрузилась в работу и совсем перестала уделять время семье, во всеуслышанье заявила:

– Боюсь, что после пяти лет совместной жизни мы с Майклом Уайлдингом пришли к отношениям, которые больше для нас подходят – к отношениям брата и сестры.

Счастливые родители с сыновьями Кристофером и Майклом, 1956 год

Глава VI. Самолет «Счастливая Лиз»

Убедительна и прекрасна

Я знаю, что я красива, хотя ноги у меня коротковаты, стопы великоваты, а бедра широковаты. Кроме того, у меня несколько подбородков, и вообще я слишком полна. Можно быть толстой и все-таки обладать сексапилом. Все зависит от того, кем ты себя чувствуешь.

Элизабет являлась воплощением капризной звезды. Буквально во всем – в манере одеваться, вести себя, во всех своих замашках и ужимках – это была стопроцентная кинозвезда.

Семейная лодка Лиз медленно и верно погружалась в пучину, из которой нет возврата.

Тейлор вспоминала:

– Я была мертва, в двадцать четыре года уже была старухой. В моей жизни не было не единого просвета. Мы по утрам просыпались без всякой надежды на будущее. Нам было нечего делать и не о чем говорить друг с другом. Все наше существование было лишено какого-либо смысла.

«Элизабет являлась воплощением капризной звезды. Буквально во всем – в манере одеваться, вести себя, во всех своих замашках и ужимках – это была стопроцентная кинозвезда…», – Эвелин Кейс

Спасением от тоски для Элизабет стала работа: на съемочной площадке она выкладывалась и уставала так, что было совершенно некогда анализировать происходящее с ее браком и пытаться что-либо наладить.

Возраст, опыт и любовь к своему ремеслу (в отличие от Майкла Лиз появлялась на съемочной площадке не только ради денег, но и ради удовольствия, которое приносила ей работа) сделали свое дело: Элизабет Тейлор начала удивлять критиков. Многие из экспертов не ожидали от нее ничего существенного, считая главным и единственным козырем Лиз сексапильную, яркую внешность. Однако очередные фильмы с участием Тейлор выходили в прокат и становилось очевидным, что когда-то посредственная актриса превратилась в настоящую профи.

Наконец-то Элизабет стала получать отзывы в прессе, о которых мечтала с самого начала своей карьеры в MGM. Газета Variety (одно из старейших и наиболее влиятельных изданий на рынке американской киноиндустрии и шоу-бизнеса) так охарактеризовала работу Тейлор после выхода трехчасовой эпической кинодрамы «Гигант»:

– Мисс Тейлор, чей талант и эмоциональный диапазон до сего времени казались нам довольно ограниченными, неожиданно поражает яркой, убедительной игрой, которая никого не оставит равнодушным. Она нежна и одновременно упряма. Любопытно, что во второй половине фильма, когда в ее волосах начинает пробиваться седина, она смотрится гораздо лучше, чем в первой. Играя зрелую женщину, научившуюся приспосабливаться к различному социальному окружению, мисс Тейлор одновременно убедительна и прекрасна.

В 1956 году Тейлор снялась с Джеймсом Дином и Роком Хадсоном в фильме Джорджа Стивенса «Гигант»

Однако Элизабет Тейлор все еще было, к чему стремиться: ее лучшие роли пока еще не тянули на «Оскара» и Лиз продолжала упорно работать, не оставляя времени на отношения с мужем.

Пятидесятилетний сумасброд

Я привык делать ставки и готов поспорить, что наш союз будет длиться вечно.

Однажды Майкла и Лиз пригласили провести выходные на роскошной яхте: их друзья, переживающие за кризис в отношениях Уайлдингов, все еще пытались дать им возможность проводить время вместе, в романтической и веселой атмосфере. И вот, измученные необходимостью влачить изживший себя брак, Элизабет и ее муж ступили на палубу десятиместного суденышка, взятого на прокат голливудским продюсером Майклом Тоддом, 52-летним оригиналом, притащившим на яхту свою очередную невесту и биографа.