Анна Печерская - Пути блаженных. Ксения Петербургская. Матронушка-Босоножка. Мария Гатчинская. Любушка Сусанинская Страница 22

В наши дни, когда во многих оскудела вера, одного этого для молодой девушки было бы достаточно, чтобы прийти в отчаяние. А некоторые, возможно, задумались бы еще о более страшном грехе – самоубийстве. Тем более в последнее время, когда много говорят о такой форме самоубийства, как эвтаназия, когда больной человек, не имея возможности привести свой замысел в исполнение самостоятельно и не желая терпеть посланный ему Богом крест, просит другого (как правило, врача) помочь ему уйти из жизни.

Однако Лидии хватало веры, чтобы кротко и смиренно переносить посланный ей недуг. Она принимала его именно как промысел Божий, и исследователи ее жизни полагают, что это действительно было так. Несмотря на то что ее тело сильно изменилось, болезнь совсем не затронула голову, в том числе и лицо, которое до последних дней жизни оставалось чистым, светлым, открытым, что можно увидеть и на фотографиях ее мощей. Первый составитель жития Марии Гатчинской, ее современник священник Михаил (Польский), писал: «Оказавшись полным физическим инвалидом, она (мать Мария) не только не деградировала психически, но обнаружила совершенно необычные, не свойственные таким больным черты личности и характера: она сделалась чрезвычайно кроткой, смиренной, покорной, непритязательной, сосредоточенной в себе, углубилась в постоянную молитву, без малейшего ропота перенося свое тяжкое состояние».

Дивный дар утешения

Свидетельством ее кротости и смирения, несомненно, является тот факт, что Лидия получила от Господа дар прозорливости, любви и чудотворения. Она могла утешать тех, кто доверял ей свои скорби, страдания и сомнения, вселять в них уверенность в своих силах и веру в промысел Божий.

В 1913 году родственники Лидии переехали в Гатчину. Перевезли с собой и молодую женщину-инвалида. О периоде жизни здесь и о чудесах, которые она, несомненно, творила, до 1922 года известно немного. В первое время мало кто знал, что женщина-инвалид, сама беспомощная и во всем зависящая от своих близких, может кому-то помочь. Однако постепенно люди заметили ее дар и стали посещать ее. По всей видимости, к началу 20-х годов XX века ее уже почитали как угодницу Божию, потому что в 1921 году священник Покровского собора Иоанн Смолин организовал молитвенный кружок почитания Лидии Леляновой. Кружок назвали в честь святого праведного Иоанна Кронштадского (он умер в 1908 году и ко времени описываемых событий еще не был канонизирован, но его уже чтили).

В 1922 году Лидия Лелянова по благословению Вениамина Петроградского, впоследствии священномученика, была пострижена в монахини с именем Мария. Обряд совершил архимандрит Макарий на Покровском подворье.

Став монахиней, Мария продолжала принимать людей, которые приходили к ней. Ее посещали жители Гатчины, приезжали из Петрограда и других городов. К ней шли как миряне – крестьяне, ремесленники, так и священники, даже имеющие высокий сан. И для каждого матушка Мария находила добрые слова утешения, облегчала горе, придавала силы нести свой крест.

По свидетельству очевидцев, посещавших ее, келья матушки Марии имела очень простое убранство. В ней было много икон, постоянно горели лампадки и свечи, что придавало ей уюта и делало немного похожим на церковь. Ее часто посещали другие сестры монастыря для беседы. Там же они вместе молились, читали Евангелие или писания святых отцов. В этой же комнатке матушка Мария продолжала принимать своих многочисленных гостей. И все, кто заходил к ней, выходили, как свидетельствовали очевидцы, со светлыми лицами, полными надежды, расправляя плечи, как будто скинули с плеч тяжелый груз и за их спинами выросли крылья.

В 1927 году вышла декларация митрополита Сергия, в которой он высказывал абсолютную лояльность коммунистическому режиму, установившемуся в СССР. Матушка Мария не признала декларацию, приняв сторону митрополита Иосифа Ленинградского.

Между тем здоровье матушки Марии продолжало ухудшаться, она испытывала сильнейшие боли, сносить которые могла с трудом. И все же она находила в себе силы, превозмогая боль, принимать тех, кто нуждался в ее утешении.

Какими же словами утешала матушка тех, кто обращался к ней? Вот один из примеров: письмо к отцу Петру Белавскому на Соловки от 22 февраля 1931 года, которое записали под ее диктовку:

«…Зачем удивляешься, что у тебя меняется настроение? Посмотри на прекрасное небо: сейчас оно чистое и голубое, но вот появляются огромные белые облака, точно белоснежные глыбы льда прикрепились к небесному своду. Вот и это меняется белыми барашками. И вдруг появляются черные тучи с медным отливом, довольно скоро они сгущаются. В природетемно, у всего живого мира делается тревожное состояние – туча давит на мозг и сжимает сердце. Но вот поднялся ветер, грянул гром и полил обильный дождь; небо прояснилось, выглянуло солнышко, воздух очистился, повеяло приятной свежестью, все оживилось, и человек воспрянул духом… Не то ли самое испытываешь ты, родной, и все, и я не исключение?

Когда после пролитых горячих слез очистится наше сердце и становится легко-легко? О, как много милости у Всемогущего. Счастье и вас не оставило и на севере. Счастье в том, что вы живете среди природы. Природа – это родная мать, которая воспитывает нас, утешает и радует. Дух дышит везде, и не было ни одного дня, чтобы не вспомнили тебя…»[15]

Мытарства матушки Марии

Но через год над головой самой матушки Марии сгустились самые темные тучи, которые, к сожалению, уже не рассеялись. В феврале 1932 года ее арестовали вместе с сестрой. Ей предъявили ряд обвинений, в том числе и проповедь Евангелия.

Следствие продолжалось недолго, и уже 22 марта был вынесен приговор: «Лишить права проживания на три года (в центральных и пограничных областях – в 17 городах) с прикреплением к избранному месту жительства», означающий ссылку в провинцию. К тому времени здоровье ее было уже очень плохо, и, когда, по свидетельству очевидцев, чекисты вытащили ее под руки из здания, где был объявлен приговор, для того чтобы погрузить в грузовик, матушка громко кричала от боли, которую уже не могла переносить. Ее перевезли в Петроград и поместили в больницу дома предварительного заключения. Там 17 апреля 1932 года она закончила свой земной путь.

Работники ОГПУ боялись почитания, которое оказывалось матушке Марии при жизни, и не хотели, чтобы ее могила стала местом паломничества. Поэтому ее тело отдали невестке только с условием, что она похоронит ее тихо, без огласки. Она похоронила мученицу на Смоленском кладбище. И все же место захоронения мученицы очень скоро стало известно, и на этом месте постоянно можно было увидеть верующих, которые и после смерти матушки хотели получить от нее помощь. Они молились на могиле, прикладывались к кресту, а уходя, забирали с собой горсть земли. Священники служили на могиле панихиды.